Чтение онлайн

Лотейн позволил своему взгляду пройтись по Мерритту от длинных, волнистых волос до сапог и обратно. Это был снисходительный осмотр.

— Никто не говорил тебе, мальчик, что настоящие волшебники не нуждаются в мечах?

Магда ожидала, что последуют неприятности, но Мерритт сделал то, что ее удивило. Он усмехнулся. Прислонился к дверной раме и пожал плечами.

— Я компенсирую свои многочисленные недостатки.

Лотейн выгнул бровь, отталкивая высокого мужчину со своего пути.

— Полагаю, так и есть.

Мерритт оглянулся через плечо, наблюдая, как Лотейн с личной гвардией уходят.

— Чего

он хотел? — спросил Мерритт, его улыбка исчезла.

— Жену.

— Что?

Магда отмахнулась от вопроса.

— Я позже расскажу тебе. Что с Джеймсом?

Мерритт вздохнул.

— Мне повезло. У него были большие проблемы с дыханием. Другие думали, что его легкие сожжены, когда он вдохнул жар от взрыва разрушающейся сети. Они просто не понимали реакции, вызванной комбинацией участвующих заклинаний. Эти заклинания по-прежнему держались вместе, думаю, ты могла бы сказать, что они по-прежнему реагировали, подавляя способность к дыханию. Как только я разъединил элементы конструкции, чтобы прекратить реакцию, он снова смог дышать. Ему все еще больно, но другие теперь могут исцелить его. У нас есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться.

Магда вздохнула с облегчением.

— Слава Создателю.

Мерритт не выглядел готовым разделить ее радость.

— Все еще есть три жены, оплакивающие гибель своих мужей.

Магда кивнула.

— Пойдем в чулан, просто на случай возвращения Лотейна. Я сказала ему, что ты пришел за инструментами Бараха. Давай не будем давать ему повода думать, будто мы что-то затеяли.

Как только они вошли в чулан, Мерритт простер руку, зажигая лампы. Так как он одаренный, зажглись и полдюжины тяжелых, стеклянных светящихся сфер в железных подставках на стенах. Закрытые ставни прикрывали ночь и далекие вспышки молний на горизонте.

— Так зачем Лотейн хочет тебя в жены?

В его голосе показалось недовольство.

— У нас проблемы, — сказала Магда, не отвечая на вопрос.

— Хуже, чем то, что Лотейн хочет тебя в жены?

— Лотейн назван Первым Волшебником.

Внезапно оцепенев, Мерритт уставился на нее, наподобие того как она смотрела на Советника Сэдлера, когда тот впервые сказал эту новость. Единственным звуком в чулане было потрескивание недавно зажженных ламп.

Мерритт, наконец, справился с голосом.

— Это проблема. Я никогда не верил ему. Он не тот человек, который должен быть Первым Волшебником.

— Поверь, я думаю о нем намного хуже, чем ты, но он достаточно могущественный человек, чтобы стать Первым Волшебником.

— Это правда. Много людей следует за ним. Будучи Главным Обвинителем, он сверг множество уважаемых в прошлом людей. Многие относятся к нему с большим уважением за преследование преступников и предателей. Признай, преследовал многих изменников. — Мерритт наклонился к ней, когда они пересекали комнату. — Хотя, должен признаться, у меня всегда были сомнения насчет виновности тех, кого преследовали.

Магда хмуро взглянула на него.

— Например, кого?

Мерритт плотно сжал губы, прежде чем ответить.

— Я знал некоторых волшебников из команды Храма, всегда уважительно думал о них, но видел, что многие в

команде отвернулись от нашего дела, и предали, но все ли? Не удивлюсь, если некоторые из них оказались козлами отпущения. Обвинение и обезглавливание заканчивает расследование. Это создает видимость успешного преследования Лотейном всех виновных. Но я сомневаюсь.

Магда была немного удивлена слышать от Мерритта такие вещи. Она считала, что одна так думает. Будучи не одаренной, она предполагала, что не знает достаточно, чтобы делать выводы. Не знала, что у волшебников есть сомнения в виновности команды Храма. Но, возможно, так считал только Мерритт.

Магда посмотрела через плечо в глаза волшебнику.

— Я сомневаюсь не меньше. И это еще не все, — сказала она, добравшись до своего привычного рабочего места. — Сразу после того, как ты оставил меня, чтобы помочь Джеймсу, я встретила Советника Сэдлера, когда тот выходил из Замка. Помимо того, что Лотейна назвали Первым Волшебником, еще Лотейна уволили из Совета.

— Уволил? — Наклонился Мерритт. — Может ли он сделать такое?

— По всей видимости. Сэдлер вел себя храбро, но я могу сказать, что он очень подавлен из-за этого.

Мерритт почесал щеку, обдумывая.

— Почему, вдруг, Лотейн захотел избавиться от Сэдлера?

— Решил сократить число советников до пяти, что даст возможность принимать любое решение тремя голосами. До этого было шесть членов, так что голосование могло распределиться три на три, предотвращая поспешные решения. Теперь же, с пятью членами, голоса не могут распределиться равномерно. Отныне, несмотря ни на что, у них всегда есть гарантированное большинство, чтобы принять либо отклонить любое решение.

— Это беспокоит. У меня никогда не было ничего общего с высшими силами в Замке, но это звучит не очень хорошо. О чем я еще больше беспокоюсь, Лотейн может знать о ведении войны.

— У него есть личная гвардия.

Мерритт изогнул бровь.

— Это не делает его генералом, это делает его самодуром с горой мышц за плечами.

— Ну, если я права, теперь он может стать еще большим тираном.

Мгновение Мерритт молча размышлял, потом сложил руки на груди.

— Все эти новости достаточно беспокоят, но что насчет твоего выхода замуж?

Магда сделала глубокий вдох. Она возненавидела эту тему.

— Лотейн сказал, что я повинна во всех неприятностях, происходящих в Замке. Сказал, что тут назрел раскол, и он наполнен раздором и недоверием. Видимо, множество людей, кроме нас, думают, что Лотейн не тот, кто должен стать Первым Волшебником. Он считает, ему не доверяют, главным образом, из-за меня. Те вещи, которые я рассказывала, подорвали его авторитет и заставили людей сомневаться в нем.

— А что ты о нем рассказала?

— Когда я была перед толпой на заседании Совета, он обвинил меня в выдумывании истории о сноходцах, чтобы заставить людей стать верными Д'Харе. В ответ я обвинила его в погоне за призраками только для того, чтобы возвысить себя. Я сказала, что он видит заговоры, скрывающиеся в каждой тени, шпионов на каждом углу и предателей за каждой дверью. Сказала, что он озабочен только выдумыванием преступлений, чтобы получить больше власти.

Мерритт присвистнул.

— Ты так сказала? Публично?