Чтение онлайн

Барах часто говорил, что если она делает что-то важное, она не должна рассказывать людям то, что им не нужно знать. Он прожил жизнь, следуя этому правилу. Фактически, он часто не говорил даже Магде о тех вещах, которых, как он считал, ей знать не требовалось.

Например, почему он покончил с собой.

Она была уверена, что смерть Бараха не была обычным самоубийством, так считали те, кто не знали его, как она. Магда знала, что все было намного сложнее. Самоубийство, просто, было не совместимо с его характером, поэтому она знала, что должно быть нечто большее, должна быть веская причина. Она также знала, что если Барах пожертвовал жизнью, причина была жизненно важной.

Магда подозревала, что в этот раз отличие было в

том, что он действительно хотел, чтобы она узнала причину. Его последние слова в записке, которую он оставил ей, казалось, говорили так же много. Его голос до сих пор звучал в ее голове словами из записки.

«Твоя судьба — найти истину».

Так или иначе, она призвана раскрыть правду о его смерти.

Проходя через огромный зал, она заметила, что несколько полукруглых углублений в стене слева служили рабочими местами. Люди склонялись над верстаками, занимаясь пилением, ковкой, резкой, формованием металла, а иногда и дерева. За некоторыми из этих полукруглых рабочих мест были обширные комнаты, в основном с большими вращающимися дверями, широко распахнутыми, возможно, для подачи свежего воздуха.

В красноватом свете пламени кузницы в глубине одного из тускло освещенных помещений открылась лихорадочная деятельность, привлекшая внимание Магды и Тилли. Люди выкрикивали указания, упорно пытаясь ограничить ущерб от чего-то, похожего на серьезную аварию.

Через широкий проем Магда увидела, что в помещении был полный разгром. Кузницу почти разорвало на части. Битые кирпичи и горящие угли были разбросаны по всему полу. Металлического колпака, который должен был находиться над горном вместе с вытяжной трубой, нигде не было видно. Едкий дым и тлеющий пепел, все еще поднимающиеся от остатков огня, клубились под потолком и вылетали из открытых дверей. Железные прутья, вделанные в кирпич вокруг горна, были скручены и выгнуты наружу, как будто в нем произошел мощный взрыв.

Зловещие вспышки разрядов все еще мерцали вокруг поврежденного горна, искрясь в тускло освещенном помещении и пробиваясь дугой сквозь дым, клубящийся под потолком. Извивающиеся нити разрядов, потрескивающие в комнате, по-видимому, исходили из горна, свидетельствуя о магии, применявшейся в работе и, возможно, являвшейся источником катастрофы.

Дрожащие молнии освещали вспышками голубоватого света ряды людей, спешащих с ведрами и выплескивающих воду в огонь. Горячие угли шипели и дымились. Другие люди торопились принести сияющие сферы, чтобы дать больше света.

Магда заметила труп человека, сползший на пол у дальней стены, и еще один, распластавшийся неподалеку. Оба человека были оборваны и окровавлены. Несомненно, они были мертвы. Почерневшая одежда одного из них еще тлела.

Длинный, мерцающий кусок сломанного меча торчал из его груди. Магда заметила, что его рука была оторвана по самое плечо. По тому, как неподвижен был кусок лезвия, торчащий из его груди, она поняла, что он не дышал. Угли, все еще светящиеся красным, были разбросаны среди оставленных тел рядом с полированными осколками сломанного лезвия. Один осколок, застрявший в дальней стене, сверкал в полумраке.

Небольшая группа людей окружила пострадавшего, лежащего на полу. Люди, стоящие на коленях вокруг стонущего человека, по-видимому, работали вместе, склонившись над ним и осматривая раны. Одна его нога согнулась в колене, потом выпрямилась, затем согнулась другая, туда и обратно, будто он испытывал ужасные мучения. Некоторые удерживали его, пока остальные, видимо, использовали свой дар, чтобы попытаться помочь ему.

Магда поняла, что, должно быть, это и есть источник криков, которые она слышала. Ей хотелось подойти и помочь этому человеку, но одаренные уже занимались этим.

Те трое мужчин, которые встретились в коридорах, говорили, что ничего бы не случилось, если бы волшебник Мерритт не оставил бы этих людей. Она не могла понять, почему он оставил людей, которые нуждались в его помощи.

Теперь люди были мертвы из-за него.

Она также не могла себе представить, как меч мог бы взорваться и нанести столько повреждений.

Магда и Тилли продолжили движение через оживленный зал. Они ничем не могли помочь.

В других комнатах, темных, если бы не яркий свет горнов и печей, кипела работа. Несмотря на несчастный случай, произошедший рядом, работа продолжалась неустанно. Печи и расплавленный металл нельзя было забросить. Команды мужчин поднимали тяжелые контейнеры и подталкивали их в печь с помощью длинных шестов. На других участках мужчины вытаскивали ослепительные горячие тигли из печей, чтобы вылить светящийся жидкий металл в формы.

В других помещениях люди спешили с раскаленными слитками от горнов к массивным наковальням, где ждали кузнецы с молотами. Как только раскаленный металл оказывался в нужном месте, молоты начинали работать одновременно. Мерный стук холодной стали по горячему металлу с нескольких рабочих мест разносился по огромному залу, пока люди придавали форму податливому металлу. Звон молотов смешивался с ревом пламени, раздуваемого мехами, криками, разговорами и приглушенным скрежетом напильников.

Магда чувствовала запах расплавленного металла, дыма от огня и пара от соленой воды и масла, используемых для закалки стали. Туман от дыма и пара, неподвижно висящий по всему огромному залу, местами был окрашен в желтовато-оранжевый оттенок отблесками света из горнов и печей под сводчатыми проходами и помещений неподалеку.

Несмотря на аварию, работа похоже, вряд ли остановилась. Война бушевала. С каждым днем враг был все ближе и ближе. Эти люди знали, что медлить нельзя.

Нависшая угроза была почти осязаема.

Когда они дошли до дальнего конца длинного зала, Магда огляделась, чтобы убедиться, что люди занимаются своими делами и не обращают на нее никакого внимания. Убедившись в этом, они с Тилли проскользнули в скрывший их проход.

Хотя его стиль подражал многим величественным помещениям Замка, этот уединенный проход был, в отличие от большинства других мест, довольно небольшим и уютным. Рифленые колонны из известняка выстроились по обе стороны темной ниши. Маленькие столбы, не намного выше Магды, сверху завершались длинными балочными перекрытиями, поддерживающими арки, искусно украшенные сложными резными каменными декоративными накладками, обрамляющими плитки, выложенные темными геометрическими узорами. Скамьи по обеим сторонам были замысловато украшены в соответствии со зловещими архитектурными деталями остальных частей прохода.

Скамьи, казалось, предлагали посетителям присесть и еще раз подумать, прежде чем идти дальше. Или задержаться, изнывая от тоски, чтобы успокоиться, перед тем как продолжать путь.

Окружающие непроглядно темный проем невероятные каменные фигуры в зловещих, искривленных, безумных позах явно навевали ощущение заброшенности и несчастья от того, что ждало впереди.

И не зря. Нависающие фигуры, окружающие проход, были предназначены для напоминания всем о том, что это не то место, куда можно беспечно войти.

Это был порог к месту мертвых.

Не задерживаясь для раздумий или отдыха, Тилли исчезла в темной утробе. Магда поспешила за ней. Их фонари вместе с теми, что висели на стене через определенные промежутки, высвечивали каменные ступени, спускающиеся вниз в черноту. Лестница была достаточно широка, чтобы они обе могли идти рядом.

— Ты часто здесь бываешь? — спросила Магда.

— Нет, госпожа. Только если волшебник или колдунья просит, чтобы я спустилась для уборки в определенном месте. Некоторым нравится, когда их комнаты приводят в порядок. Но большинству не нравится, когда кто-то заходит туда, где они занимаются работой. За местами общего пользования следят другие назначенные из штата прислуги, как и наверху.