Перерождение
Шрифт:
– Если будет сильно жечь – скажи, я вколю обезболивающее, - участливо произнесла Ольга.
– Нормально все, - Кир вжимался в кресло. Все его тело изнутри разогревалось и медленно вскипало. – Словно я снова в клубе и мы экспериментируем с «кипятком». – Кир начал ерзать. Он открыл глаза и удивленно посмотрел на Ольгу. В его памяти не яркой вспышкой возник образ и прошлого.
– Ты еще что-то вспомнил? – ее брови приподнялись. Она быстро схватила со стола записывающее устройство и подошла к Киру.
– Вроде бы, - неуверенно подтвердил он.
– Не будем спешить, - успокаивала Ольга, - по порядку. Как обычно: уточняющий вопрос – развернутый ответ, - Кир кивнул в знак согласия.
– Ты сказал, что ощущения от препарата тебе
– Да. Ну, почти, - Кир рылся в памяти и подбирал верные слова, - я почему-то вспомнил как мы с другом пробовали легкий наркотик.
– «Кипяток»?
– на лице Ольги красовалась ухмылка.
– Мы его так называли, наверное, - сомневаясь, ответил Кир.
– Его все так называют. Он будто подогревал тебя изнутри. Все жилы кипели, - делилась опытом Ольга. – А что за клуб? Ты упомянул что вы «кипяток» в клубе пробовали.
– Клуб… - Кир смолк. Ему не хотело произносить его название.
Ольга видела непонятные сомнения в глазах Кира. Она догадалась, что он вспомнил. Но сегодня она дала себе слово быть как можно отрешеннее.
– «Невъ-8».
Сказав это, Кир почувствовал, как по его затылку прошелся взгляд лаборантки за спиной. Ольга нахмурилась. Об этом клубе знали все и знали, что далеко не каждый может в него попасть. Опасное место, где замешиваются самые ядовитые сливки.
– Ты помнишь только название клуба? – спросила Ольга с надеждой, что сейчас Кир кивнет в подтверждение.
Но Кир медленно мотал головой. Он помнил гораздо больше и от этого на его лице разливался страх. Он закрыл глаза, не веря воспоминаниям, надеясь, что это лишь плод его воображения. Проматывая их словно кинопленку, ему хотелось удостовериться что это действительно правда.
– Кир? – Ольга дотронулась до его руки.
Он одернул ее от испуга.
– Это клуб моего друга, - набравшись смелости, ответил Кир. – Иначе как бы я туда попал.
– Друга? – Ольга прищурилась. – Кто же он?
Его глаза дрожали. Он знал, что сказал уже достаточно, чтобы из него вытянули правду. Молчать было бесполезно. Он сам подписал себе приговор. Таш с остальными напрасно ждут его теперь.
– Тот кто взорвал БиоНИЦ, - по щеке Кира скатилась слеза. Он откинул голову назад, понимая, что оказался тем, кто так нужен был майору ФСБ. – Я – подрывник.
Опешившая от таких воспоминаний Ольга пятилась назад, пока не уперлась в стол. Она держала в руках записывающий девайс и смотрела, то на Кира, то на Инну. Вторая лаборантка ошарашенным взглядом смотрела на Ольгу. Она медленно встала из-за стола и вдоль стены осторожничая, прошла к двери. В голове Ольги промелькнула мысль, что эту информацию надо сохранить в тайне. Но открывавшаяся дверь и вылетевшая пулей лаборантка развеяли эту призрачную надежду. Ольга лишь помотала головой. В ее голове не могло уложиться сказанное Киром. Она всегда хвалила себя за то, что видела людей насквозь.
– Нет, я не могу в это поверить, - Ольга подошла к Киру и положила руку ему на ладонь. – Я чувствую, что ты хороший человек. Ты не можешь быть террористом, который взорвал исследовательский центр.
– Но это я, - Кир выдернул руку, - и я помню, как мы с ним обсуждали это.
– Невозможно… - Ольга качала головой. – Не может быть. Этого просто не может быть. Чтобы взорвать БиоНИЦ нужно быть просто криминальным гением…
– А Кнут и есть гений, - Кир перебил ее. Он понурил голову и закрыл глаза.
Ольга хотела отбить и этот аргумент. Но она видела, что Кир не врет и не заблуждается. Видя его лицо и муки на нем, ей хотелось поддержать его. Она даже протянула к нему руку. Но вдруг перед ее лицом возникли обломки БиоНИЦ, которые она видела по телевизору. Она вспомнила всех своих подруг и друзей, работавших там и пришедших на работу перед самым взрывом. Со многими Ольга училась в одном институте и все они проходили практику в БиоНИЦ. И их лица сейчас стояли между ней и Киром, их голоса вновь эхом доносились из ниоткуда. Ольга глубоко вдохнула, прижав руку к груди.
Она отвела взгляд от Кира, пытаясь справиться с чувствами, в которых она начинала путаться. Одна ее часть корила ее за то, что она позволила взрастить к нему жалость, зная, что он может оказаться причастным к подрыву исследовательского центра. Другая ее часть продолжала испытывать к нему жалость, ведь она знала, что Кроберг давным-давно приготовила для него смертельный сценарий. И сейчас, своим неожиданным признанием Кир приблизился к финишу жизни на сто шагов. Оставалось лишь донести его громкие слова до Кроберг и ниточку, что держала его среди живых, обрежут.Через двадцать минут в лаборатории появился Мамонтов. За его спиной были два охранника, возвышавшихся над своим шефом более чем на голову. Увидев начальника охраны, Кир съежился в кресле. Мамонтов с кирпичным лицом подошел к нему и внимательно заглянул в глаза. Громко хмыкнув, он отошел и приказал двум своим молодцам выйти за дверь. Затем он внимательно просканировал взглядом Ольгу и увидел в ее руках записывающее устройство. Не двигаясь с места, Мамонтов протянул руку. Ольга медленно подошла к начальнику охраны и передала девайс. Мамонтов повертел кусочек пластмассы в широкой ладони и указал другой рукой Ольге на выход. Арно бросила растерянно посмотрела на Кира. Перед закатом своей жизни его ждал мучительный разговор с самым гадким из хранителей человеческих жизней.
– Странно, но ты не похож на террориста, - наконец заговорил Мамонтов.
– Я тоже так думал, - обреченно произнес Кир.
– И как же ты взорвал центр?
– Этого я не помню, - начальник усмехнулся. Он прошелся вперед-назад и, немного наклонив голову, с прищуром посмотрел на Кира.
– И кто же ты у нас? – Кир не понял вопроса. – К какой группировке принадлежишь?
– Не знаю, не помню, - безразлично ответил Кир.
– Ха! – наигранно поразился начальник охраны. – Как интересно. Слушай, малый, ты простак или все же дурак? Что ты еще помнишь?
– Только имя главного… - Мамонтов приподнял брови, скорчив вопросительную мину на лице. – Его зовут Кнут.
– Так ты химбат, - шепотом проговорил начальник, открыв от удивления рот.
Мамонтов многое слышал о человеке по имени Кнут. И почти половина из этого была выдумкой. Имя Кнута знакомо каждому блюстителю порядка. Его хорошо помнил и Мамонтов. Во времена работы в криминальном отделе он долго гонялся за призраком под именем Кнут. Но кроме прозвища никто ничего не знал о нем. Даже когда Мамонтов пересекся с капитаном Бобровым из ФСБ, расследуя кровавую разборку на заброшенном заводе, он не узнал ничего нового о личности Кнута. Хотя факт того, что им заинтересовалась федеральная служба, наводил на определенные выводы. Все преступления, в которых косвенно светилось имя Кнута были так или иначе связаны с химической и биологической промышленностью. Спустя время Бобров рассказал Мамонтову о том, что ФСБ разрабатывает версию о том, что Кнут является главарем химических батальонов Петрополиса. По другой версии Кнут – это структура управления, в которую входит несколько криминальных авторитетов. Любая попытка выяснить большее сталкивалась со смертью любопытствующего. Расследования убийств и преступлений, где были замешаны химбаты, напоминали хождения по лезвию бритвы. Каждый раз, когда в деле значилось прозвище Кнут – следователи писали заявление о своем отстранении от дела. Из-за этого Мамонтов и ушел в отставку, когда ему не позволили отказаться от расследования.
Начальник охраны подошел к Киру и схватил его за грудки, приподняв с кресла.
– Кнут это человек?
– прорычал Мамонтов, тряся Кира как куклу.
– Да, - испуганно ответил Кир.
– Ты помнишь его? Как его зовут? Где он живет? – злобствовал Мамонт.
– Не знаю, не помню, - голос Кира сильно дрожал. – Клуб, мы виделись в клубе.
– В каком? – прокричал Мамонтов.
– «Невъ-8».
– Все? – начальник сильно тряхнул Кира. Страх сковывал его так, что в ответ он лишь кивнул.