Переплутова шалость
Шрифт:
– Гарольд, с твоего позволения.
– Шаркнул ножкой юной волшебник. "Сбитая на взлете", Гермиона поперхнулась и, резко умолкнув, вопросительно взглянула на друга.
– Если ты обращаешься ко мне полным именем, то оно звучит, как Гарольд Джеймс Поттер. А никак не Гарри Джеймс.
– Пояснил он, пожимая плечами, и мысленно отметил, что предложенная Корпи тактика по укрощению инстинкта наседки Гермионы, кажется, работает... Или?
– Ла-адно.
– Подруга чуть прищурилась и, оказавшись в полуметре от Гарри, внезапно ткнула друга пальцем в грудь.
– Ты не-мед-лен-но расскажешь мне, что это было!
Сказала
– Знаешь, я сюда шел с желанием поговорить со своей подругой. И вовсе не рассчитывал, что вместо нее увижу помесь миссис Уизли с профессором Макгонагл.
– Холодным тоном проговорил он, усилием воли погасив неожиданно поднявшуюся злость.
– Но...
– Но? Гермиона, пойми простую вещь, мне нужны друзья... а не надсмотрщики. В качестве последних, мне и Дурслей с головой хватает.
– Из-звини, Гарри. Я просто...
– Беспокоилась, знаю.
– Кивнул Поттер.
– Вот только, это не дает тебе никакого права орать на меня и что-то приказывать. Не находишь?
Гермиона дернулась было что-то объяснить, но наткнулась на серьезный взгляд друга и вздохнула. Может, родители правы, когда говорят, что она чересчур давит на окружающих.
– Вот-вот. Не давите и неподавимы будете.
– Ехидный голос, раздавшийся за спиной девочки, заставил Гермиону с визгом подпрыгнуть на месте. А вот Гарри только обрадовался.
– Корпи!
– Ась?
– Ухо домовика приподнялось, развернувшись в сторону юного волшебника, хотя взгляд Корпи был устремлен на подругу подопечного.
– Так вот ты какая, Гермиона Джейн Грейнджер... А ничего, ничего. Я думал, ты лохматее. Да и прикус в порядке... Хм.
От такой наглости Гермиона потеряла дар речи, но начала багроветь от возмущения...
– Но-но!
– Заметив, что рука девочки, с проворством прирожденного ганфайтера, выхватила из сумки "Историю Хогвартса", домовик сместился на пару метров.
– Порча чужой собственности, между прочим, есть уголовно наказуемое деяние.
– Э-э, ты это о чем, Корпи?
– Не прекращая улыбаться, поинтересовался Гарри.
– Как о чем, как о чем?!
– Возопил домовик, с деланной опаской косясь на пыхтящую от злости Гермиону.
– Она ж меня бить собралась! Твоей собственностью, между прочим. Вот, я и предупреждаю...
– Гарри, это кто?!
– Это? Корпи. Мой знакомый домовик.
– Твой знакомый, кто?
– Не поняла Гермиона.
– Положь орудие убийства, и я тебе все объясню.
– Встрял Корпи.
* * *
Загрузив Грейнджер до полной потери соображения, я повернулся к своему неприлично хихикающему подопечному.
– А теперь, поведай мне, юный падаван, что ты сотворил с Малфоем, а то Снейп, кажется, скоро пытать его начнет, как белорусского партизана. По крайней мере, его шипение, доносящееся из подземелий, наводит на такие мысли.
– Пытать, как кого?
– Я уже говорил, что в любопытстве мой подопечный не уступит заучке?
– Не важно. Так что у вас там произошло?
– Отмахнувшись от вопроса, я вернул Гарри к интересующей меня теме.
Рассказ Поттера не занял много времени, потому, уже через четверть часа я был в курсе
каверзы, устроенной подопечным Малфою сотоварщи. И, честно говоря, не знал, что делать. То ли хлопнуть падавана по спине и заявить что-нибудь вроде: так держать! То ли, устроить безбашенному гризеринцу... или слиффиндорцу? А! Один черт - Поттеру... да, так вот устроить этому лохматому очкарику без тормозов в комплектации, потрясающую головоймойку за развлечения с волшебными клятвами?В результате, остановился на половинчатом решении. Отвесил символический подзатыльник и пообещал рассказать все Сириусу.
– А теперь, поведай мне, как ты намерен удержать это происшествие в тайне от вашего дражайшего директора?
– Поинтересовался я.
– Ну... Макгонагл знает только то, что я ей рассказал, так что тут проблемы не будет.
– Беспечно пожал плечами Поттер.
– Рон пребывал в отключке, ничего не видел, и знает о произошедшем не больше декана. Малфой... Он будет молчать, как и его гориллы. Для них, это происшествие - потеря лица перед всем факультетом, если не школой. А прочесть их, по-моему, невозможно... Они, защитные артефакты, наверное, вообще никогда не снимают.
– И правильно делают. С их-то умственными способностями, надежды на овладение окклюменцией нет вообще.
– Кивнул Корпи, вспоминая свое "общение" с младшим белобрысым.
– Согласен.
– С улыбкой кивнул Гарри, и вздохнул.
– В общем, остается только...
Взгляды Корпи и Гарри скрестились на резко занервничавшей Гермионе.
Глава 15. И снова объяснения и снова знакомства
Честно говоря, умножающееся количество "псевдоличностей", начинает меня немного нервировать. А уж идея псевдоличности домовика, чьим хозяином является не менее иллюзорная личнсть некоего господина Бодрагери и вовсе отдает шизофренией. Тем не менее, ничего более внятного, для предотвращения приступа "логической лихорадки" у лохматой подруги моего подопечного, я не придумал. Ну да ладно. Слишком странное и независимое для домашнего духа поведение, свалил на привязку непосредственно к хозяину, "чье родовое поместье было разрушено в ходе одного очень перспективного, по идее, эксперимента". Да-да, оказывается, Бодрагери так привык к помогавшему ему в лаборатории домовику, что после взрыва, решил привязать умирающего к себе, минуя родовой камень. Ну и вот... что вышло.
Гермиона Джейн Грейнджер пребывала в расстроенных чувствах. Точнее, она была в ужасе от предложения ее лучшего и первого друга. Ну, в самом деле, ведь всю свою короткую жизнь, девочка была прямо-таки образцом поведения для других детей. Она слушалась старших, хорошо училась, не шалила и не капризничала... ну, разве что, совсем-совсем редко. И самое главное, Гермиона прекрасно знала значение слова "нельзя". Так что, когда Гарри предложил ей принести Непреложный обет, несмотря на то, что декан их факультета прямо заявила, что в их возрасте принесение волшебных клятв небезопасно, первым порывом Гермионы было стремление немедленно отчитать легкомысленного друга. Ну, после того, как она пришла в себя от такого пренебрежения правилами.