Чтение онлайн

А я о чем говорил?

Наконец, шум в доме улегся, для Гарри подготовили спальное место, и Молли объявила отбой по казарме. Вот интересно, в доме есть две свободные комнаты, которые до недавнего времени занимали Билл и Чарльз, но моего подопечного, почему-то, определили в комнату к Рону. Это что, элементы психокоррекции по Дамблдору, или Молли так скучает по сыновьям, что не позволяет ничего менять в их комнатах? Не знаю, но мне это не нравится. Гарри, как никто другой нуждается в личном безопасном пространстве, и чтобы понять это, совсем не нужно быть Макаренко...

– Корпи...
– Тихий голос подопечного вырвал меня из дремоты и я, проснувшись, чуть не треснулся головой... о днище кровати Гарри, под которой я устроил

себе лежбище. Выбравшись из-под кровати, я заглушил звук, чтоб не будить рыжих и, поморщившись от храпа Рона, наложил на него персональное заглушающее.

– Что не спишь?
– Поинтересовался Корпи у подопечного, когда в комнате воцарилась тишина.

– Я тут подумал...
– Протянул Гарри, и замялся.

– И?
– Усевшись на край его постели, поторопил его домовик.

– Ты действительно считаешь, что ребята забрали меня... ну-у... не по своему желанию?
– Наконец, выдавил Гарри.

– Какая разница, что думаю я? Важнее, как считаешь ты сам.

– Ну... я им верю.
– Пожал плечами Гарри.

– Угу. Ты знаешь их меньше года, и уже безоговорочно веришь? Я понял бы, если бы ты говорил только о Роне, все-таки, именно он твой первый друг в Хогвартсе... но откуда такое доверие к людям которых ты вообще не знаешь? В Литтл-Уининге ты тоже верил всем подряд?
– Поинтересовался домовик, задумчиво теребя длинное ухо.

– Нет, но ведь я знал, что тетя Петуния распространяет про меня всякие слухи... Так что, догадаться об отношении соседей ко мне, было нетрудно.
– Пожал плечами Поттер и замолчал.

– Что не отменяет странности твоего отношения к семье рыжих...
– Заключил Корпи назидательным тоном, и вдруг усмехнулся.
– На самом деле, я могу понять, что ты переносишь свое отношение к Рону, на его родственников, вот только... почему ты не хочешь воспользоваться возможностями своего разума?

– Не понял.
– Честно проговорил Гарри.

– Критическое мышление, друг мой!
– Домовик хмыкнул.
– Я понимаю, что ты еще неопытен, и у тебя может просто не хватить знаний для понимания действий окружающих, но у тебя есть замечательное подспорье.

– Ты случаем не себя имеешь в виду?
– Улыбнулся Поттер.

– О! Значит, целых два подспорья.
– Гордо кивнул Корпи, но продолжил уже вполне серьезным тоном.
– Второе, это твоя эмпатия. С ее помощью, например, ты способен чувствовать фальшь в словах собеседника, а можешь угадать момент атаки противника. Предугадать действия людей, находящихся рядом с тобой и знать, когда тебе врут. После некоторых тренировок, разумеется. Но кое-что, ты способен делать уже сейчас. И пренебрегать этим умением, просто преступно. Оно ведь может помочь тебе избежать большого количества неприятностей. Помнишь, как ты почувствовал мое присутствие в своем разуме?

– Ну... скорее я почуял чужое любопытство.
– Уточнил Гарри.

– Мое. Потому что, именно это чувство двигало мной, когда я коснулся твоих мыслей. Понимаешь?

– Да.
– Уверенно кивнул Поттер. Все-таки первое занятие не прошло даром...

– Так вот, чувствовать чужие эмоции можно не только тогда, когда ты пытаешься защититься от вторжения в свои мысли или шаришь в чужой голове, но и просто в разговоре. Более того, в отличие от легиллименции, чтение чужих эмоций неопределимо. А единственный способ помешать эмпату считать состояние собеседника, это... убить этого самого собеседника. Потому что эмоций не испытывают только трупы.

– А легиллименция?

– Не защитит. Она действует на других принципах. Опытный окклюмент может спрятать свои эмоции от легиллимента, но не от эмпата. Разный подход, понимаешь?
– Корпи пощелкал пальцами, словно пытаясь подобрать точное объяснение.
– О! Вспомни, какой любимый вопрос у Большого Шмеля?

– Э-э?
– Гарри на минуту завис, но потом встрепенулся.
– Он часто спрашивает, не хочет ли его

собеседник что-нибудь рассказать... Но...

– Правильно. Без заклинания "Легиллименс", даже самый серьезный мастер может считать лишь поверхностные образы в голове собеседника. Потому, он задает вопросы, которые вытащат из глубин памяти именно те мысли, которые волнуют человека больше всего... или те, которые он желает спрятать. Конечно, в отличие, от легиллимента чистый эмпат не способен читать мысли, но зачастую это и не нужно. Достаточно чувствовать собеседника, а дальше, дело техники.

– А ты ведь тоже эмпат, да Корпи?
– Вдруг прищурился Гарри и домовик расплылся в широкой улыбке.

– Ну-ка, ну-ка... Как догадался?
– Корпи с интересом взглянул на подопечного.

– Я... э-э... Ну, ты так уверенно говорил...
– Промямлил Поттер и схлопотал от домовика одобрительный, но неожиданно сильный удар ладонью по спине.

– Вот! О чем я и говорил. Моя речь ничем не отличалась от "лекции" о тех же приемах легиллиментов, но ты п о ч у в с т в о в а л меня и сделал правильный вывод. Пусть, пока и интуитивно...

– Ой.
– Гарри взлохматил волосы и вдруг попросил.
– Корпи, а ты не мог бы показать мне... ну... как это работает?

– Показать?
– Домовик задумался, побарабанил пальцами по колену и, вздохнув, кивнул.
– Хорошо. Только, чур, не визжать!

– Э-э?
– Больше, Гарри не успел ничего сказать, потому как домовик вдруг исчез, и в комнате, кажется, резко потемнело.

Воцарившаяся тишина вдруг стала почти осязаемой и очень тяжелой. И с каждой секундой она давила на юного волшебника все сильнее и сильнее. Краем глаза Гарри заметил как по стенам поползли неясные тени, а свет луны падавший в окно вдруг показался каким-то мертвым и пугающим. Хлоп!

От резкого щелчка, раздавшегося за его спиной, Поттер подпрыгнул и испуганно ойкнул. Сердце мальчишки колотилось как бешеное... А когда он увидел, что виновником его страха явился все тот же Корпи трансгрессировавший ему за спину, юный волшебник облегченно выругался.

– Вот тебе пример эмпатии. Но до такого уровня тебе еще грести и грести.
– Усмехнулся Корпи.

– Внушение страха? Зачем мне это?
– Поморщился Гарри.

– Как однобоко... Ты слишком поспешен в решениях, мой друг.
– Покачал головой домовик, явно недовольный выводом подопечного.
– С этим умением, ты можешь добавить уверенности в своих силах сомневающемуся, воодушевить соратника или вселить неуверенность в противника. А можешь успокоить волнующуюся перед экзаменами Гермиону, чтобы она прекратила накручивать себя и доставать окружающих... утихомирить Рона после очередного проигрыша его любимой команды, или получения не менее очередного вопиллера от его матери, да мало ли возможностей?
– Покачал головой Корпи.
– Применение этого умения зависит только от тебя. Это... как парселтанг. Само умение говорить со змеями, еще не делает волшебника злым, хотя этот редкий дар и считается темным. Понимаешь?

– Да, кажется, понимаю.
– Медленно кивнул Гарри и вдруг побледнел.
– Редкий?! Темный?!

– Хм... кажется мне, есть новости у тебя, падаван юный?
– Приподнял бровь Корпи.

Вот так, аккуратненько уводим Поттера от темы приглашения в "Нору". А то, что-то я поторопился. Если сейчас начать убеждать его в небескорыстии рыжих, он же может и заартачиться, еще и мне на слово верить перестанет... А Гарри мальчишка упрямый, задолбаюсь потом свою "пушистую белоснежность" доказывать. Нет уж, пусть сам доходит. Зря я его что ли в эмпатии натаскиваю?