Чтение онлайн

Но Рея далеко не глупа. Она наверняка осознает, несмотря на соблазны поскорее получить деньги, что стоит ей попытаться продать колье и она пропала.

В этот момент я услышал стук в дверь, сестра встала и пересекла комнату.

— Хелло, мисс Бакстер, — сказала она.

— Как он? — спросила Дженни.

— Все так же.

Дженни здесь!

Лишь большим усилием воли я заставил себя не открывать глаз. Слишком рано. Нужно сделать вид, что я возвращаюсь к жизни медленно, так, чтобы иметь возможность отступить в притворный обморок, если полиция станет прижимать меня. Сознание того, что Дженни приехала

в Парадайз-Сити и интересуется моим состоянием, подействовало на меня, как бодрящая инъекция.

— Можно на него посмотреть?

— Конечно.

Я лежал, закрыв глаза, и с сильно бьющимся сердцем прислушивался к движениям у моей постели.

— Как плохо он выглядит. — Огорчение в голосе Дженни очень много для меня значило.

— Ничего удивительного. Он перенес операцию мозга и держался на волоске, но доктор Саммерс говорит, что теперь опасность позади. Надо только подождать, пока он придет в себя.

Прохладные пальцы прикоснулись к моему запястью… пальцы Дженни. Меня подмывало открыть глаза, взглянуть на нее, увидеть ее небрежно зачесанные волосы и выражение доброты в заботливых глазах, но для этого еще не пришло время. Ради собственной безопасности я должен был ждать.

Потом послышался звук открывавшейся двери и другой голос, голос Лепски:

— Если это была кошка сестры-хозяйки, то мне по душе ленч из кошки.

Приветствую, мисс Бакстер, — продолжал он. — Видите, он без изменений.

— Да. — Я услышал вздох Дженни. — Вы известите меня, когда он придет в себя, сестра?

— Конечно.

Шорох, шаги. Я не осмеливался даже приподнять век, слыша, как Лепски устраивается на стуле возле меня.

Потом закрылась дверь… Дженни ушла.

— Она мне нравится, — сказал Лепски. — Есть в ней что-то такое… Влюблена в него… верно?

— Да, — согласилась сестра.

— Угу. — Наступила длинная пауза, затем Лепски продолжал:

— Пару месяцев назад меня произвели в детективы первого разряда. Трудно в это поверить, как мною помыкают. Сижу и сижу в этой проклятой палате день за днем! Они хотят внушить мне, будто это очень важно.

— Я просто не могу понять, в чем тут дело, — сказала сестра. — Вот вы бы мне объяснили. Я читала все газеты, но там ничего толком не сказано, написано только, что мистера Фремлина убили. Как все это понимать?

— Строго между нами, мы и сами не знаем. Ждем, пока Карр очнется и расскажет, что же там стряслось. Мы считаем, что украдена какая-то большая ценность, только не знаем, какая. Значит, не понимаете, в чем тут дело… Ну так нас с вами пара.

Я слушал с напряженным вниманием.

— Но ведь у вас есть какие-то улики? — спросила сестра.

— Детка, вы читаете слишком много детективов. — В голосе Лепски звучала горечь. — Нам только известно, что мужчина и женщина ворвались к Фремлину, убили его, вывели из строя Карра и смылись. У нас есть их описание внешности. Ночной сторож слышал выстрел и видел, как они выходили. От его описания, правда, нет никакого толку. Значит, все зависит от того, что видел и знает Карр. Вот я и сижу здесь. Ясна картина?

— Я рада, что я не полицейский.

— Ну, так нас с вами пара. — После продолжительной паузы Лепски спросил:

— А что на ужин?

— Вы же только что поели, мистер Лепски.

— Неважно. Я предусмотрительный

человек. Так что на ужин?

— Не знаю. Все зависит от настроения повара.

— Вот как? А если сказать ему, что я приду и подниму ему настроение, если он состряпает что-нибудь вкусненькое?

Сестра захихикала.

— Так говорить неприлично, мистер Лепски.

— Да. Сидишь тут и смотришь на этого парня. Вы уже уходите?

— Конечно ухожу, а то вы еще вздумаете и мне поднять настроение.

— Хорошая мысль. Если бы я не был солидным женатым человеком…

Я услышал, как закрылась дверь.

Выходит, они не знают о краже колье. Пусть Лоусон видел Рею и Фела.

Лепски правильно сказал, это не имеет никакого значения. Они были переодеты и имели все шансы остаться неузнанными.

Обдумав ситуацию, я решил не подавать признаков жизни в течение еще хотя бы нескольких часов. Нельзя давать Лепски заподозрить, что я слышал его разговор с сестрой.

Я лежал тихо и думал, а время шло. Болела голова, раздражала возня Лепски. Время от времени заглядывала сестра. Наконец, появился доктор и я решил — теперь можно. Услышав, как он здоровается с Лепски, я зашевелился, тихо застонал и взглянул в склонившееся надо мной лицо, потом зажмурился.

— Он приходит в себя.

— Да ну! Вот это новость! — воскликнул Лепски.

Я вновь открыл глаза, поднес руку к голове, полной тупой боли, и потрогал бинты.

— Как вы себя чувствуете, мистер Карр? — спросил доктор.

— Где я? — Классическая реплика человека, очнувшегося от беспамятства.

— Вам незачем волноваться. Вы в городской больнице. Как вы себя чувствуете?

— Болит голова.

— Сейчас будет лучше. Только лежите спокойно, мистер Карр.

— Сидни… они его убили…

— Ни о чем не тревожьтесь. Я сделаю вам укол и вы отдохнете. Некуда торопиться. Времени сколько угодно…

— Эй! Погодите! Я хочу с ним поговорить! — с лихорадочной торопливостью сказал Лепски. — Это очень важно.

— Пока никаких разговоров с моим пациентом, — отрезал док. — Сестра…

Секундой позже я почувствовал прикосновение тампона, а потом укол иглы.

Медленно погружаясь в забытье, я подумал, что время работает на меня. Я не особенно рвался к разговору с полицией, но знал, что в предстоящей партии покера мои карты сильнее.

Меня разбудило солнце. Я пошевелился, приподнял голову, потом, моргая, огляделся вокруг. Головная боль прошла. Сознание было ясным. В противоположном конце комнаты у окна стоял высокий, худой, сильно загорелый человек, в котором я угадал полицейского. Возле кровати сидела привлекательная сестра. Она встала и наклонилась надо мной, увидев, что я зашевелился.

— Хэлло, мистер Карр… теперь лучше вам?

— Мне совсем хорошо. — Я поднес руку к голове. — Что случилось?

— Не волнуйтесь, я позову доктора Саммерса.

Она отошла к телефону и на меня спикировал Лепски. Я увидел над собой бледные жесткие глаза, глаза копа.

— Привет, мистер Карр, — сказал он, понизив голос. — Я очень рад видеть вас снова живым. Не имеете желания поговорить?

— Кто вы… врач?

В следующую секунду сестра оттолкнула его от кровати.

— Пока нельзя, — заявила она. — Вы не будете с ним говорить, пока не разрешит доктор Саммерс.