Перекрёсток
Шрифт:
Мои философские и не очень размышления прерывает телефонный сигнал. Взглянув на экран, я изумленно охаю, схватив трубку, убегаю в туалет и отвечаю на звонок:
— Нинель!
— Она самая. Но я ненадолго, сама понимаешь. Давай рассказывай, какие новости?
— Лучше сначала ты.
Я передаю инициативу подруге не просто так. Тревожные нотки в её голосе не остаются незамеченными, да и мы ведь договаривались больше не звонить друг другу по пустякам. Значит, у Нинель есть для меня какая-то срочная информация. И что-то подсказывает, что информация
Слова подруги подтверждают мои опасения:
— Короче, Лин, ты только не переживай, но… Я слышала… Чтобы вас найти, Гриша собирается обратиться за помощью к каким-то своим приятелям из Москвы.
Как ни странно, но мне удаётся обуздать свои эмоции и лишь горько усмехнуться:
— Не зря я думала, что слишком хорошо у нас всё складывается…
— Не вешать нос! — строго приказывает Нинель. — Пока что он не дергается, это так… Женька краем уха слышал новость, и мне передал. Но запасной план тебе точно пригодится. Есть идеи?
«Нет», — с ходу хочу ответить я, но тут вспоминаю предложение Артура — стать нянькой для его сына и пожить в безопасности хотя бы несколько недель… Разумеется, план очень рискованный. Но какой у меня выбор? Всё ведь ясно, как день Божий — если у Гриши в Москве нашлись какие-то влиятельные друзья, то моя поимка это лишь вопрос времени.
— Слушай, Нин, — я решаю поделиться идеей с подругой, — тут такое дело…
Вкратце пересказываю ей события сегодняшнего дня. Выслушав меня, Нинка уточняет:
— Погоди, ты сказала Артур Вавилов? Сын Альберта Вавилова?
— Понятия не имею, я у него не уточняла. А ты что, его знаешь?
— Лично, конечно, не знакома, — задумчиво отвечает Нинель, — но частенько натыкалась на статьи о нём во всяких журналах и новостных лентах.
— Погоди, каких еще журналах? Артур этот, он что — какая-то знаменитость?
Ну вот только этого нам не хватало!
— Он не какой-то актёр и не звезда шоу-бизнеса, — поясняет подруга, — но его отец — очень серьёзный московский предприниматель. А Артур как бы главный наследник всего этого добра. Потому и неудивительно, что им постоянно интересуются всякие СМИ.
— И что ещё тебе про него известно?
— Да так, по мелочи. Человек он скрытный, о личной жизни особо не распространяется. Есть сын, ему около пяти лет, кажется. И супруга имеется, Илона Вавилова.
«Кто бы сомневался», — хмыкаю про себя. Почему-то именно информация о наличии у Артура жены неприятно царапает душу.
С другой стороны, а чего я хотела? Чтобы на моём жизненном пути попался принц-холостяк на белом коне (то есть, на тонированном гелике) и одним взмахом своей волшебной руки решил все мои проблемы?
Смешно.
Зато Нинка моих настроений не разделяет. Она, наоборот, полагает, что наша встреча с Артуром это просто бесценный шанс раз и навсегда отделаться от Гриши.
— Лин, ну ты сама посуди, а? — сбивчиво вещает подруга. — Твой муженёк может сколько угодно гнуть пальцы веером в нашем захолустье, но в Москве он никто и звать его никак. В отличие от Артура Вавилова! Если ты сумеешь
очаровать этого…— С ума сошла?! — выкрикиваю я, и тут же понижаю голос, вспомнив, что за стеной спит Лерка, — Нина! Ты же сама сказала, что у него есть жена! Неужели ты думаешь, что я…
— Тьфу, Радовская! Я же не предлагаю тебе становится его любовницей! Просто говорю, что ты бы могла как бы… ну не знаю, мужики ведь любят чувствовать себя героями. Уверена, Вавилов — не исключение. Постарайся посильнее надавить на жалость, попроси помощи, защиты и так далее. Если получится, Гришаня останется в пролёте. Связывать с Вавиловым он точно не станет, даже ради тебя.
Нинка замолкает, даёт время на размышления. А мне её план кажется каким-то… нечестным что ли. Даже унизительным.
— Сбежала от одного мужика, чтобы решить свои трудности с помощью другого? Нет, Нин, это как-то неправильно.
— То есть, очутиться в психушке и потерять ребёнка это по-твоему правильно? — в голосе подруге отчётливо слышится злость. — Радовская, ты не сходи с ума со своей моралью. И помни, что сейчас тебе нужно сделать всё возможное и невозможное, чтобы спасти себя. И Лерку.
Ну да, истинная позиция Нинель — ради выгоды засунь все свои принципы, куда подальше. И ведь она права.
— Короче, Лин, я тебе так скажу: если ты не воспользуешься предоставленным шансом, то совершишь огромную ошибку. Всё, я отключаюсь, а то мы с тобой и так заболтались.
С этими словами подруга кладет трубку, оставляя меня один на один со своими размышлениями.
Просидев в ванной добрых полчаса, я всё-таки принимаю решение. Да и что мне терять? Даже если Нинкин план не сработает (в чём я почему-то уверена), и Артуру не будет никакого дела до моих проблем, то хотя бы денег заработаю. А то ведь они в один день действительно могут закончиться.
Ночью я сплю плохо — опять мучают кошмары, в которых, естественно, главную роль занимает благоверный.
Он врывается в наш номер, медленно приближается, гадко ухмыляясь. Я пытаюсь спрятаться, исчезнуть, прижимаю к себе отчаянно ревущую Лерку. Но стены в комнате будто начинают сужаться, давят со всех сторон, оставляя всё меньше пространства для каких-то маневров. Гриша подходит к нам почти вплотную, уже собирается привычным движением схватить меня за горло, как вдруг дверь резко открывается, и на пороге появляется Артур. Он бросается на Гришу, а в моей душе теплится слабая надежда — Вавилов пришел, чтобы защитить нас.
Но внезапно драка между мужчинами прекращается. Они смотрят друг на друга и начинают безумно хохотать.
Ты правда думала, что кто-то сможет помочь тебе, принцесса? — ухмыляется Гриша. И тянет ко мне свои руки, которые почему-то начинают удлиняться, как у какого-то монстра…
Просыпаюсь я с криком и в холодном поту. Лерка беспокойно ворочается, и я, укрыв её одеялом, подхожу к окну. На улице едва начинает — но часы уже показывают восемь утра. Задумчиво рассматривая потоки машин и куда-то спешащих прохожих, я размышляю о своём кошмаре.