Чтение онлайн

– А тебе, Эстель, я уже сейчас дам поручение. Отправляйся на левый берег. Пройдешь по набережной Турнель к воротам Сен-Бернар. Это не так далеко. Надеюсь, ты бывала в той части города?
– Девушка кивнула.
– Хорошо. Спросишь дом графа Гишара де Боже и передашь ему записку, которую я сейчас напишу.

– А если графа не окажется дома?

– Узнаешь, когда он вернется, и будешь ждать столько, сколько понадобится. Но записку отдашь только ему лично.

– Что ж, дядя Венсан, если так - я готова!
– с воодушевлением заявила Эстель, соскакивая с кровати.
– Пишите...

– Нет, ты не готова, - оборвал ее рыцарь.

–

Почему?
– В глазах девушки застыло удивление.
– Что вы имеете в виду?

– Милая Эстель, в таком наряде тебе нечего слоняться по улицам. Пойми, ты уже не будешь заниматься своим прежним ремеслом, а это значит, что и одеваться нужно так, чтобы на тебя не косились все проходящие мужчины. Ты должна стать обыкновенной горожанкой, неприметной и похожей на других. У тебя есть, во что переодеться?

– Кое-что найдется, - с пониманием ответила девушка.
– Мои вещи остались на улице Вуарри, где я снимаю комнатенку у одного лавочника.

– Тогда отправишься туда, чтобы переодеться, а потом вернешься и возьмешь записку для графа. Заодно я посмотрю, как ты выглядишь.

– Хорошо, дядя Венсан.

– И еще одно, - озабоченно добавил рыцарь.
– Постарайся не попадаться на глаза полицейским и людям прево. Постарайся не вляпаться в какую-нибудь историю. Ты очень нужна мне, Эстель.

Лицо девушки просияло.

 ***

Тем временем Тибо, насвистывая какую-то веселую песенку, слонялся по Соборной площади и вокруг нее. Здесь, на самом оживленном рынке Парижа, как всегда, было тесно и шумно. Между Большим мостом, давно облюбованным менялами, лавками и мастерскими ремесленников, и улицей Глатиньи, широко известной как район публичных домов, нищих и воров, он рассчитывал встретить своего старого приятеля Луи.

Тибо и Луи были ровесниками, выросли на одной улице в Лане, маленьком городке на северо-востоке Франции, когда-то бывшем столицей династии Каролингов, в то время как весь Париж тогда умещался на острове Сите. На высоком холме горделиво стоял свой - ланский - собор Нотр-Дам, на четырех башнях которого располагались, пугая искаженными мордами, пучеглазые скульптуры быков. Этот собор был значительно меньше парижского, но зато он был на добрую сотню лет старше. Прихожане любили его и гордились такой достопримечательностью. Жизнь в провинции была тихая, мирная и голодная.

И однажды парней потянуло в большой город с большими возможностями. Они бросили сельскую глушь и приехали в Париж в поисках лучшей судьбы. Сняв угол на окраине, возле ворот Сен-Дени, они поначалу перебивались случайным заработком: то удавалось наняться на стройку или разгрузку в порту, то стать временным подмастерьем, а то и торговцем вразнос. Так продолжалось до тех пор, пока Луи однажды не украл у своего хозяина-лавочника отрез дорогого сукна. Его поймали и взяли под стражу. Через несколько дней королевские судьи приговорили Луи к публичному наказанию, и несчастный воришка получил свои сорок плетей у позорного столба в Сен-Жермен-де-Пре.

С тех пор дороги приятелей разошлись. Луи, озлобившись на весь белый свет, примкнул к шайке воров, где в короткий срок прошел полный курс обучения весьма непростому ремеслу. Тибо же подался к тамплиерам, принял их жесткую дисциплину, через некоторое время дослужился до звания "сержанта" и впоследствии стал оруженосцем рыцаря Венсана де Брие.

За десять лет, прошедших после тех событий, с приятелем детства Тибо виделся всего несколько раз, да и то случайно. Они перебрасывались парой фраз

и снова расходились на долгое время. Не будучи ни в чем уверенным, Тибо очень надеялся, что Луи по-прежнему обретается в Париже, и встретить его можно не иначе как на Соборной площади.

Так и случилось. Проходя в очередной раз по Большому мосту в сторону Сите, Тибо заметил быстро идущего прямо на него земляка. Тот стремился вперед, пряча одну руку под камизой, не глазея по сторонам, не заглядывая в лица прохожих, и явно хотел от кого-то улизнуть. Ему помешал Тибо.

– Эй, приятель!
– окликнул он, задерживая Луи за локоть.
– Давно не виделись!

– Тибо! Друг!
– Луи замялся на мгновение.
– Рад встрече, но я тороплюсь. Если хочешь, пошли со мной.

Луи был такого же роста, как Тибо, только худее и Уже в плечах. Его лохматая рыжая голова сидела на тонкой подвижной шее, светлые, будто выцветшие глаза постоянно бегали из стороны в сторону. Он был из тех, кто не любит ветра в лицо, кто не способен преодолевать сопротивление жизни. Он плыл по течению, однако не бездумно и вольно, а еще и стараясь извлечь из этого максимальную выгоду для себя.

– А ты, я вижу, на работе?
– усмехнулся оруженосец.
– Срезал?

– Что ж ты так кричишь?
– Луи забеспокоился, оглядываясь.
– Или ты теперь служишь в полиции?

– Я не служу в полиции, - ответил Тибо, - и я не кричу. Просто рад встретить тебя, вот и все.

– Пошли.
– Теперь уже Луи взял приятеля за локоть и повлек за собой.
– Здесь неподалеку, на Английской улице, есть замечательное местечко. Посидим там.

– На твои или на мои?

– Сегодня на мои, - ответил Луи с улыбкой, потом добавил приглушенно: - Ты угадал, я теперь сборщиком промышляю.

– Значит, я правильно предположил, что ты только что срезал кошелек с пояса какого-нибудь зеваки?

– Ну да! И если мы не поторопимся, меня могут увидеть и опознать.

– Тогда вперед!
– Тибо и сам оглянулся, бегло осмотрел прохожих, пытаясь определить, нет ли за Луи погони.
– Как называется твое местечко?

Через несколько минут они уже сидели в небольшой, но уютной таверне под названием "Джон-три пальца" и потягивали вино из кружек.

– Действительно хорошее заведение, - сказал Тибо.
– Мне как-то раньше не доводилось тут бывать. Почему только оно так называется?

– Это очень просто, - ответил Луи.
– Хозяин когда-то был кукольником, бродил со своей ширмой по свету, показывая представления детишкам и взрослым. А тряпичную куклу держат ведь тремя пальцами, вот его так и прозвали.

– Забавно, - усмехнулся Тибо.
– Но меня больше интересуешь ты, друг детства Луи Ландо. Сколько мы не виделись, года два?

– Да, примерно так.

– И где ты теперь живешь?

– Знаешь, постоянного места у меня нет, - вздохнул Луи.
– То у кого-то из приятелей переночую, то на постоялом дворе.

– Выходит, семьей не обзавелся еще?

– Нет угла - нет и семьи.
– Луи вздохнул и сжал губы.
– Такая вот жизнь...

– А дома бываешь? Как там твоя мать? Все работает на мельнице?

– Умерла в прошлом году, - произнес Луи, - мне передали...

– Жаль, хорошая она была женщина. Меня всегда чем-то угощала.

– Ну, а ты?
– переключился Луи.
– Сам-то как? По-прежнему с тамплиерами? Орден ведь запретили... Сам король и папа занимались этим.

– Да, и три дня назад казнили Великого магистра.