Паслен
Шрифт:
– Ты говоришь о трупе. Похороненном. В земле?
– Да .
Проведя рукой по лицу, она фыркнула от смеха в ладонь и покачала головой.
– В этом нет никакого смысла. Мне нужно бросить пить, потому что ... это... это полный бардак. Я общалась с некоторыми испорченными людьми, но ты получишь пирог, леди .
Я не могу винить ее. Возможность того, что Ван Круа был прав насчет меня, тоже оставила меня в состоянии отрицания. Единственная разница между мной и Алисией заключалась в том, что я видела, что с ней случилось. Я знала, что на другой стороне
– Что происходит?-Потирая лоб, она посмотрела на свой напиток, затем отставила его на ближайший столик.
– Я не пытаюсь тебя расстроить .
– Ну, ты недостаточно стараешься, потому что я, конечно, расстроена.
Отвернувшись, она, казалось, прикусила губу, красноречивые признаки отрицания запечатлелись на ее лице.
– Значит, я оказалась здесь, потому что не верю в Бога, верно?
– Насколько я понимаю .
– Ну, зачем мне это? Что Бог когда-либо делал для меня?
– Алисия, мне нужно знать, помнишь ли ты, кто причинил тебе боль той ночью .
– Бога нет. Рая нет .
– Если ты скажешь мне, кто причинил тебе боль, я смогу помочь .
– Как? Ты тоже не умерла? Как и все здесь, как ты сказала?
– Нет .
Растерянные глаза прошлись по мне, как будто ища различия между нами.
– Тогда как ты здесь оказалась?
– Я здесь только временно .
– Как? Ты можешь вернуться?
Я ненавидела то, как она смотрела на меня с проблеском надежды в глазах, как будто я, возможно, могу спасти ее из этого места.
– Да, но … то, о чем ты думаешь ... это невозможно .
– Ты хочешь сказать, что тоже не можешь вернуться?
– Я могу. Потому что я не мертва .
Почувствовав крепкую хватку моей руки, я взглянула вниз, туда, где ее пальцы, словно тиски, сжали мою плоть.
– Ты можешь взять меня с собой. Ты можешь взять меня с собой, и я смогу вернуться. Я могу пойти домой .
Горькая боль пронзила мое сердце от ее мольбы.
– Ты не можешь вернуться со мной .
– Почему? Почему ты можешь вернуться, а я не могу?
– Потому что, если ты это сделаешь, ты проведешь вечность в погребенном трупе .
Ее бровь дрогнула, как будто она только что получила пощечину от осознания, и она, казалось, на мгновение задумалась над этой мыслью. Серия эмоций сменила выражение ее лица, все стадии горя не более чем за минуту, пока ее плечи не опустились в знак поражения. Она оглядела комнату, прикидывая, с какими душами ей предстояло провести целую вечность.
Глаза, в которых всего несколько мгновений назад светилась искра надежды, казались более усталыми.
– Мне нужно, чтобы ты сказала мне, кто причинил тебе боль .
– Чтобы ты могла вернуться. И я осталась здесь .
Она покачнулась на ногах, ее взгляд стал рассеянным и расфокусированным. Зрачки расширились.
Напиток.
– Чтобы я могла убедиться, что он схвачен и больше никогда не убивает .
Фыркнув невеселым смехом, она сжала челюсти и покачала головой.
– Какое мне теперь дело? Оглянитесь вокруг, мисс Рейвеншоу.
Я никуда не пойду .Когда она уставилась куда-то мимо меня, ее глаза расширились, и она опустила взгляд.
– Вирджил .
Нахмурившись, я оглянулась и увидела мужчину в костюме сатира, приближающегося к нам слегка прихрамывающей походкой. Когда он бочком подошел ко мне, маслянистое ощущение практически оставило тонкий слой на моей коже, и я вспомнила, что Аня сказала мне ранее вечером.
– Почти время шоу .
Его дыхание пахло серой, его длинное тело напомнило мне изголодавшуюся собаку, то, как слегка изогнулась его спина и длинные сухожилия мышц натянулись под кожей.
– Кто твой друг?
– Она всего лишь сделала комплимент моему платью .
Подняв нос в воздух, он вдохнул, закрыв глаза.
– Какой восхитительный аромат. Такой чистый и непорочный .
Когда он наклонился ко мне, принюхиваясь в моем направлении, я отступила назад.
Полуприкрытые янтарные глаза, выглядевшие слегка опьяненными, оценивающе оглядели меня, и он облизнул губы.
– Этот костюм просто сногсшибателен.
– Его пристальный взгляд, наконец, поднялся на мой, и в его глазах мелькнул огонек интриги. Губы растянулись в улыбке, он наклонил голову, казалось, прикованный к делу.
– Странно. У меня такое чувство, что мы уже встречались раньше.
– Я так не думаю .
Его губы растянулись шире.
– О, я думаю, что у нас есть. У тебя необычное имя ... Оно начинается на ... на букву "Ф". Фанни? Нет, это неправильно. Фея? Нет. Фа-фа-что-то вроде.
В этом парне было что-то жуткое, от чего у меня в животе возникло неприятное чувство.
– Фаррин , - сказала Алисия, к моему большому разочарованию, и я не могла не бросить на нее разочарованный взгляд за то, что предложила это.
– Ее зовут Фаррин .
– Фаррин! Конечно, это все .
– Откуда именно ты меня знаешь? Меня осенила мысль.
Я поспешно открыла свой медальон на фотографии моего отца.
– Ты тоже его знаешь? Ты его видел?
Улыбка на его лице исчезла, его глаза переместились с изображения на меня, и, если мне это не почудилось, в них, казалось, промелькнуло узнавание.
– Конечно, нет .
– Ты не видел его?
– Я никогда этого не делал .
Однако то, как он не мог оторвать от этого взгляда, говорило мне об обратном. Он лгал.
– Тогда откуда ты знаешь меня?
Снова улыбнувшись, он проигнорировал вопрос и снова обратил свое внимание на Алисию.
– Мистер Барчиел намерен сделать объявление, а затем вы подниметесь на сцену. А пока я бы посоветовал вам пообщаться с его очень добрыми гостями.
– Конечно .
Когда он потянулся к ней, я заметила, как дрогнули ее глаза, прежде чем он положил руку ей на затылок.
– Прости, что это было, дорогая?
Бровь Алисии дернулась, ее тело напряглось, явно испытывая дискомфорт.
– Я была бы счастлива это сделать, сэр .