Чтение онлайн

Уже собираюсь поднять руку, чтобы привлечь внимание, как меня за запястье хватает Лери.

— Я слышала ваши слова тютор. Рейв говорит правду, — произносит подруга.

Каким-то чудом я удерживаюсь от попытки возразить. Наверное потому, что Валейт с такой силой стискивает мою руку, что мне хочется пищать от боли, а не возмущаться.

— Полери? — ошарашенно выдыхает Таррик, разом теряя всю напыщенность. — Ты что такое говоришь?

— Правду, — продолжает гнуть свою линию Лери.

— Ты идешь против своего народа! — краснеет Таррик и оборачивается к Ривейле в поисках

поддержки.

Но Осот только отступает от Эрто, всем своим видом показывая, что она ему не помощница.

— Не больше, чем вы, — чуть склонив голову набок, парирует Валейт.

И неожиданно подмигивает мне.

— Ты не могла слышать!

— Зато достаточно услышал я, — пугая всех своим появлением, произносит Кайрис и наконец-то выходит из своего укрытия.

В руках Тени обнаженный клинок, а взгляд припечатывает тютора к месту. В кабинет, под испуганный взвизг завхоза, заходят еще двое бойцов из охранного отряда Миррали.

Только в этот раз они одеты не в форму Летней стражи. На них темно-серебристые одеяния Теневого братства, лучших бойцов на службе Владыки. И наших разведчиков.

Получается Альгераль с самого начала знал, кого отправляет с дочерью? Знал, что отец Ильке может оказаться предателем?

— Таррик Элаверис Эрто, властью, данной мне Владыкой королевства Алерат, я арестовываю вас, — пока Кайрис продолжает говорить, стражи подходят к ошарашенному Таррику и заламывают ему руки. — Вам вменяется участие в заговоре против союза Трёх, связь с демонами Демастата, а также организация нападения на аметистового дракона Рейварда Греаза.

— Что?!

— Как?!

Снова тишину в кабинете ректора взрывает десятком потрясенных голосов. Даже Пелагея не удерживается от изумленного возгласа.

— На Рейва? — слышу свой ошарашенный голос.

Почему на него? Атаковали же меня!

— У вас нет доказательств! — явно придя в себя, Таррик принимается упираться и пытаться вырвать руки.

— На вашем месте, я бы не сопротивлялся, — холодно советует Кайрис.

А от угрозы в его голосе у меня волосы что на руках, что на затылке дыбом встают. Мельком посматриваю на моих соседей по шеренге и понимаю, что друзья в таком же шоке, что и я.

Наш тютор предатель?!

— В ваших вещах обнаружен артефакт, наводящий помехи на магические поля. В узких кругах известный как «открывашка», — Кайрис достает из внутреннего кармана небольшую брошку, в форме ромба с крупным рубином в центре. — Мой коллега, — Тень кивает на мастера Панчека, — подтвердил, что артефакт разряжен, и что видел его у вас в день нападения. Именно этим устройством вы повредили защитные поля между секторами и тем самым дали Радовилю возможность напасть на адепта Греаза.

— Но откуда мне было знать, что парень свихнется и нападет? — возмущается Таррик, но вырываться прекращает.

— То есть повреждение полей вы не отрицаете? — уголок губ Кайриса дергается в едкой усмешке, а тютор стремительно бледнеет. — Как и сказал Ведагор, особо сильные альвы Охотника могут захватывать разум драконов. Это закрытая информация, но участники войны за независимость о ней в курсе. В любом случае, остальные факты вашей подрывной деятельности

будут установлены в ходе допроса и расследования. — Кайрис оборачивается к Алдерту и, уважительно склонив голову, спрашивает: — Вы позволите открыть портал на территории Илларии? Хочу побыстрее доставить нашего обвиняемого в руки Владыки.

— Да, конечно, — отвечает Алдерт.

И только сейчас я понимаю, что он единственный, кто всё это время оставался невозмутимым. Будто знал о предстоящем аресте!

— Рейвард Греаз, — Кайрис одним смазанным движением оказывается рядом с драконом. — Позволите ли вы альвам самим заняться расследованием и вынесением справедливого приговора Таррику Эрто?

Рейв молчит всего мгновение, за которое успевает обменяться взглядами с Армом, и согласно кивает:

— Я вверяю его в ваши руки. Спасибо, что посчитались с моим мнением.

— Это нам стоит благодарить тебя, — качает головой Кайрис и отдает короткий сигнал своим бойцам.

И тут я согласна с Тенью. Будь на месте Рейва Миллат, он не упустил бы возможность устроить из этого события невиданный скандал.

И тогда о союзе можно будет забыть. Какой бы властью ни обладал император, но поднявшаяся на дыбы общественность вынудит его отказать нам в помощи.

Таррик, очевидно, взявшись за ум, молчит. Лишь только в его глазах отчетливо читается угроза. Насколько я знаю тютора, он просто так не сдастся. А на все предъявленные обвинения найдет контраргументы.

Теневые братья выводят Эрто, и я машинально поеживаюсь от его брошенного в мою сторону взгляда. Ой, не к добру это. Не к добру.

И что же теперь будет с Ильке?

— Лери, ты подтвердишь свои слова под клятвой искренности? — прежде чем выйти вслед за конвоируемым тютором Кайрис обращается к подруге.

— Да, — спокойно кивает Валейт, и я в удивлении переглядываюсь с Миррой.

Либо Лери действительно слышала слова Таррика, либо она собралась врать перед лицом суда! А клятву искренности не просто так назвали – под ее действием ты способен говорить только правду.

— Да не дойдет дело до суда, — тихо шепчет мне Валейт, при этом с легкой улыбкой глядя на нахмурившихся преподавателей.

Те обсуждают между собой что-то вполголоса, будто бы вообще про нас позабыв.

— С чего ты так решила? — тихо интересуюсь я, дергая Мирру за руку и привлекая внимания к разговору с Лери.

— Сбежит Таррик, — пожимает плечами подруга. — Вряд ли наш тютор действовал один. Значит у него есть достаточно важные пособники.

— Вот это мы сейчас и разъясним, — нахмурившись, задумчиво тянет Мирра.

Принцесса поворачивается к Ривейле, но прежде чем успевает что-то сказать, свой вопрос задает Алдерт:

— Армониан, а тебе есть что сказать?

Теперь все внимание в кабинете приковано к принцу.

— Э-э-эм, ну да, вообще-то есть, — тот как-то вымученно улыбается Арм и несколько нервно проводит рукой по волосам. — К нам едет матушка.

— Императрица?! — взвизгивает Жадми, тем самым напоминая о своим присутствии.

— Последние двадцать два года именно ее я называю мамой, — кривится Арм, бросая на завхоза неприязненный взгляд.