Пари на дракона
Шрифт:
— Отпусти! — вскидываю голову, с гневом глядя на дракона. — Ты не имеешь права меня трогать!
С моих рук снова срывается золотистое сияние. Тонкой нитью оно проникает в тело Греаза, заставляя его с шумом вдохнуть. Но в отличии от произошедшего в инсектарии, на этот раз вокруг нас не закручивается воронка силы.
— Что ты сделала, маленькая альва? — в глазах Греаза мелькают пурпурные искры, а на лице застывает ошарашенное выражение.
Он трет грудь под парадным кителем, а я неосознанно делаю шаг назад. Потому что сама не знаю, как так получилось. Почему моя магия выходит из-под
Да еще и кому!
Дракону, самому страшному врагу нашего народа. Они же реагируют на нас, как шушарики на радужный нектар! Глядя в хищно сузившиеся глаза Рейва, на то, как опасно раздуваются его ноздри, я вспоминаю слова бабушки Виреми:
— Раз дашь дракону себя попробовать, век не отвяжешься. Нет никого упоротей дракона, вкусившего альву!
На мое робкое возражение, что дракон, должно быть, «упрямый», бабушка всегда уверенно поправляла – «упоротый». И вот сейчас я прекрасно понимаю, о чем говорила бабуля.
Передо мной такой и стоял. Драконус упоротус. Похоже, спасая Светоч, я случайно коснулась Рейва Нитью! Всего одно касание! А этот чешуекрыл уже от удовольствия глаза зажмурил.
И самое главное – понял, кто я есть! Не мог не понять, учитывая опыт наших прошлых встреч!
И вот что теперь делать? Только как-то изворачиваться.
— А что я сделала? — невинно хлопая глазами, я продолжаю пятиться, пока не упираюсь в колонну, возвышающуюся у самого Осколка.
Мне, конечно, удалось снова зажечь его, но Хранители академии не дураки и совсем скоро кто-то из них поймет, что с их древней реликвией что-то не так. Кстати, а что именно?
— Как ты зажгла Осколок? — наступает на меня Рейвард. В его глазах хищным огнем горит азарт и предвкушение. — Только альвы Жизни способны на это.
— Альвы Жизни сказка для юных драконят. Такая же, как существование аметистовых драконов, — с ухмылкой отвечаю я.
Давлю панику, скрывая ее под бравадой. Хотя чувствую, что вот-вот или разревусь, или в драку полезу.
Но дракон и в этот раз заставляет меня растеряться.
— Да-а-а? — тянет Рейв с бархатной хрипотцой.
Неожиданно для себя ощущая сладкую дрожь в коленях, которая усиливается с каждым его шагом ко мне.
Я замираю испуганной птичкой, когда Греаз нависает надо мной. Уперевшись локтем в колонну, он смотрит на меня глазами, в которых разрастается лиловое пламя. И впервые в своей жизни чувствую настоящий отклик внутри себя. Впервые в жизни мое тело весьма однозначно реагирует на близость, а магия рвется наружу, чтобы снова коснуться его. Никогда раньше моя сила не звучала в унисон с чувствами. И это пугает. Но и заставляет желать большего!
Похоже не только драконы влипают в альв. Похоже мы и сами не прочь плениться.
— Знаешь в чем главная загвоздка? — склоняется ко мне Рейв и даже тянет ладонь к моему лицу, но резко отводит ее. Словно боится обжечься.
Его дыхание опаляет мои губы, заставляет сердце учащенно биться.
— В чем? — отчего-то сиплым спрашиваю я.
— Я и есть аметистовый дракон, — с откровенным превосходством во взгляде заявляет Рейв. И это объясняет странное поведение остальных. Греаз просто внушил им нужные эмоции и необходимость
поскорее уйти. — И теперь мы возвращаемся к моему вопросу. Как ты зажгла Осколок? Или это ты его и похитила?Опешив от признания, я не сразу понимаю суть последних слов. О какой краже он говорит? Светоч же на месте!
Осознание нелепости обвинения наполняет меня праведным гневом.
— О чем ты вообще? — складываю руки на груди, инстинктивно пытаясь закрыться от пугающего меня дракона.
Да и только сейчас понимаю, что традиционное платье сейчас слишком откровенно, мне хочется снова надеть форму, чтобы спрятаться в ней, как в броне. Доспехах безликости и общего равенства.
— Об этом.
Рейв все же касается меня, но не так, как этого бы хотелось. Он хватает меня за запястье и снова тащит, теперь уже к самому Светочу. Мы останавливаемся у боковых отростков кристалла. Эту сторону Осколка не видно со сцены, и я не совсем понимаю, на что сейчас указывает Рейв.
— Вот, — дракон кивает на основание Светоча. — Видишь?
— Да что я должна видеть? — вырываю руку и в возмущении поднимаю взгляд на Рейва.
— Не туда смотришь, — с ухмылкой отвечает Греаз. — Удели внимание Осколку. Ничего странного не замечаешь?
— Я сегодня первый раз вашу реликвию увидела, мне тут все странно!
— Хорошо, — выдыхает Рейв, но на его лице читается подозрение. Он будто не верит моим словам. — Один из отростков похищен, отломан, если быть точным. И именно это привело к угасаю Осколка.
— К отравлению, — шепотом поправляю я, теперь уже замечая аномалию, о которой говорит Рейв.
Действительно, от кристалла кто-то совершенно варварски оторвал кусок. Не знаю какого размера, но вряд ли больше ладони, судя по соседним отросткам.
— Отравлению? — вскидывает бровь дракон, опять надвигаясь на меня.
Понимая, что ляпнула лишнего, принимаюсь лихорадочно соображать, как отвлечь внимание Рейва. И вспоминаю совет бабули. Лучшая защита – это нападение. Особенно хорошо работает с драконами, которые при своем снобизме слишком самоуверенны.
— А может это ты сделал, а? Аметистовый чешуекрыл, а? — с силой тычу пальцем в его грудь и выплескиваю на него всё моё негодование. — Мне-то какой резон красть вашу реликвию? Чтобы в этом обвинили нашу делегацию и тем самым развязали войну? А может… — Меня накрывает озарением. — А ведь это действительно мог сделать если не ты, то кто-то из вашей братии.
— Что? О чем ты? — опешив от такого поворота, Рейвард даже отступает, давая мне возможность вздохнуть полной грудью.
— Точно! — щелкаю я пальцами, а сама незаметно продвигаюсь на выход из церемониального зала. — Это чтобы развязать новую войну и снова начать пленять альв! Я так и знала! Драконам доверять нельзя. Так и скажу тюторам!
Разворачиваюсь и под крик «Стой, полоумная, всё не так!», бегу на выход из грота. По пути хватаю форму вместе с жалобно шушукнувшим Шушем.
Но мне сейчас не до его комфорта. В голове единственной мыслью бьется желание связаться с мамой и попросить выслать родовой оберег от драконьей привязки. Теперь я понимаю, зачем он нужен. Чует мое сердце, этот упоротый, как говорит бабушка, от меня просто так не отстанет!