Отвергая
Шрифт:
На деревянной подставке неподалеку стояла серебряная чаша с прозрачной жидкостью внутри. Я подошла ближе и посмотрела на себя в отражении воды. Мои ярко-голубые глаза выделялись на фоне лица, будто два бирюзовых камня. Но больше всего была видна выпуклая родинка на щеке, которую я всем сердцем ненавидела.
Волосы сползли с плеч и окунулись в чашу вместе с моим шарфом. Пришлось незамедлительно выжать их. Они всегда были непонятного цвета для меня, то ли каштановые, то ли рыжие. В темном помещении могли казаться черными, а при ярких лучах солнца отливать медью.
Какое-то шуршание выбило меня из равновесия.
– Варди, – сорвался мой голос и, отразившись от каменных стен, унесся к сводам потолка.
Я сделала несколько шагов вперед и Варди сделал то же самое, выйдя на свет. Даже издалека я видела его бледное лицо, синие губы, а на шее красный след от удавки. Он был одет в серую толстовку и штаны.
Конечно же он ничего мне не ответил. Не знаю, умеют ли призраки разговаривать, но мой Варди определенно нет.
В первый раз я увидела его на следующий день после похорон. Он стоял через дорогу от школы и смотрел на меня, потом мимо Варди проехал автобус и он исчез. Я списала это на воспоминание или галлюцинации, но позже я несколько раз видела его в толпе на улице, в проезжающем мимо автобусе, в кинотеатре и даже в своей спальне.
Как-то ночью во время одного из моих кошмаров я проснулась в холодном поту и с сильно бьющимся сердцем. Уже собиралась подняться с постели, как в углу у зеркала заметила стоявшего Варди. Он несколько секунд держал указательный палец у рта, а затем исчез, будто его и не было там никогда.
И вот сейчас я снова его видела. Не знаю, почему я его вижу, то ли схожу с ума, то ли меня мучает чувство вины перед ним.
Мама говорила, что у него была депрессия, но я в это не верю. Варди всегда был жизнерадостным, с кучей планов на свою жизнь, он просто не мог покончить с собой. Он любил жизнь, любил меня, может, сестер и маму с Бардом.
Я спустилась с алтаря и пошла по проходу к двери, держа зрительный контакт с Варди. На самом деле я боялась, что, если отведу взгляд, он исчезнет, как и прежде, и больше никогда не вернется. А мне нужно было его видеть. Мне нужно было знать, что стало причиной его смерти.
Подойдя к призраку, я проговорила:
– Скажи, почему ты приходишь ко мне?!
Он промолчал. Глаза его были черными, хотя при жизни имели золотистый оттенок, который достался ему от Барда.
Мне стало холодно, словно бы кто-то включил кондиционер в помещении на охлаждение. Но в этой Богом забытой церквушке не было кондиционера. Это был Варди. Так было каждый раз, когда он появлялся. Становилось жутко холодно, будто ты в холодильнике для тушек мяса.
– Я виновата перед тобой за то, что не пришла, и я каждый день виню себя за это… Варди остановил меня, протянув указательный палец к моим губам.
Он не коснулся их, а я бы очень хотела снова почувствовать тепло его рук. Варди развернулся ко мне спиной и исчез сквозь двери церкви.
Я вышла на крыльцо, ожидая, что Варди ведет меня за собой, но на улице увидела лишь траурную процессию из моих родственников. Я обессилено выдохнула и тут прямо мне в лицо кинулся огромный черный ворон.
Взвизгнув от неожиданности, я принялась махать
руками, чтобы отогнать птицу. Тот словно пытался вырвать мои глаза, целясь в них своими когтистыми лапами. Я крепко зажмурилась, одной рукой закрыла глаза, а другой как следует треснула птицу.Ворон все-таки улетел, оставив больной след от когтей на моей щеке. Я прижала руку к ране и, открыв глаза, осмотрелась. Черный летающий Дьявол приземлился на ветку липы, что росла чуть ли не вплотную к часовне.
Оторвав руку от лица, я увидела капельки крови. Рана болела и ее невыносимо саднило. «Нужно поскорее убраться отсюда, пока эта пташка не привела сородичей» – пронеслось у меня в голове.
Я шагнула с крыльца и припустила по дорожке вдоль могил ведущей к выходу с кладбища. Позади кто-то окликнул меня, а, обернувшись, я увидела спешащего мне навстречу Магне.
– Привет, – поздоровался он, поравнявшись со мной. – Что с твоим лицом?
–Бе-бешенная птица напала на меня.
– Дай-ка взглянуть, – он протянул ко мне руку и осторожно запрокинул мой подбородок.
Осмотрев рану Магне, принялся хлопать по карманам своего пиджака, а нащупав, вынул маленькую бутылку виски. Из нагрудного кармана достал носовой платок. Открутил запаянную крышку бутылки и смочил ею ткань. После чего поднес к моей щеке, которую защипало.
– Придется немного потерпеть, чтобы в рану не попала инфекция, – пояснил он, как будто я была глупой девчонкой.
– Спасибо, – сказала я, принимая платок из руки Магне.
Непривычно было видеть его повзрослевшим. Два года назад он покинул Клостер из-за предложения профессионально играть в хоккей в каком-то городке Канады. За время его отсутствия черты его лица приняли привлекательную угловатость. Густые брови величественно восседали над малахитовыми глазами, а треугольная форма лица сужалась в остром подбородке. Весь его образ завершался густой русой шевелюрой, которая была подстрижена в стиле кёртенс.
– На меня напал ворон, – проговорила я, как будто это должно было как-то оправдать меня.
Хотя все и вправду прекрасно знали, что Ворон мрачное и странное создание. Взять, например фильмы ужасов, в которых эти птицы то и дело гортанно каркали и нагоняли жуть. Щеку перестало щипать, я отняла от нее новой платок Магне и сунула в карман куртки.
– Хорошо, что не клюнул.
– Это почему же?
– Я где-то читал, что так они знакомятся, – с видом эксперта произнес Магне.
Но я заметила, что выглядит он печально и виновато, несмотря на бодрую речь. Оно и понятно, Магне с Варди были закадычными друзьями с самого первого класса в школе. То и дело таскались друг за другом, как два попугая неразлучника.
– Было бы странно, если бы у людей было так же, – натянув улыбку, ответила я.
– Ага, идешь ты себе такой, а на тебя бежит толпа разъярённых девчонок и пытается тебя куснуть, чтобы познакомиться. По мне так лучше, когда они спрашивают номер телефона, – подмигнул он.
Я невольно расплылась в блаженной улыбке, представляя, как Магне бежит по улицам города, а за ним следом толпа бешеных девиц с клювом вместо рта.
По кладбищу пронесся гудок автомобиля. Обернувшись на звук, я поняла, что это моя семейка, уже забралась в машину и ждет лишь меня. Я бросила в Магне извиняющийся взгляд. «Умеют же они испортить момент» – пронеслось в моей голове.