Чтение онлайн

— Взять шаг резьбы помельче, и делай управление с точностью хоть до нескольких оборотов! — бросил я. — А лучше ставь шаговые двигатели, [137] если наших дефицит, так хоть импортные.

— И так, и эдак придется изрядно электроники добавлять — Федор не стал отдирать персональный кусок от леща, а профессионально сдернул чешую с хвоста до половины тушки. Потом не комплексуя отщипнул кусочек прямо с середины, и продолжил: — Сложность и цена зашкалит.

Продолжать дискуссию в этом направлении я не стал. Не первый раз обсуждаем концепцию гибких дисков будущего. Общий смысл прост, побаиваются сотрудники создания принципиально нового агрегата, хотят сначала потренироваться на более простой системе. Можно их вытолкнуть пинком

из привычного гнезда «зарубежных аналогов», но если не получится — это будет не только технический, но и психологический фейл. И его вероятность высока — нет в моем ноутбуке дисковода, опереться совершенно не на что. Тогда как торопиться особо некуда, к большим ЭВМ дисковый уродец приставить сложно, а что-то похожее на персоналку будущего Старос только обещает.

— Значит без вариантов? — я констатировал вариант «наименьшего зла». — Или передумаете, всеж такой нелепый уродец со спиральной дорожкой получается!

— Зато точность только по одному валу надо подгонять. — Иван-первый искренне считал, что подобная проблема не должна волновать наше НИИ. — У американцев же как-то получается делать круглые детали, совпадающие по размерам с дырками?!

С этим не поспоришь, да и найти пряморуких спецов по точмеху в стране не сильно большая проблема, делают в СССР и приличные механические часы, и гироскопы в ракеты. Только вот перспектива серийного производства подобного изделия совсем не радужная.

— А ведь там дело не в механике, вернее, не совсем в механике. — Иван-второй как-то хитро поглядел на Ивана-первого, своего товарища и непосредственного начальника, и продолжил: — Тут на досуге моя Маринка, ну, лаборантка, раздобыла специальный порошок магнетита, мы его перемешали с керосином, и обработали записанный диск, ну там нанесли, помыли, высушил. И под микроскоп!

— Погоди?! — Иван-первый чуть не поперхнулся пивом. — Так не честно, тыж с Клавой расписываться хотел!

— Да ну ее! — мэнээс не мог сдержать торжествующей улыбки. — Дорожки на диске по таким колдобинам идут, ну чисто дорога к моей бабке в сад! Так что тебе надо не оси полировать, а отстраивать режимы магнитных головок, чтоб они все барахло за собой не тащили!

— Чепуха какая, вспомни, мы уже пробовали играть с током намагничивания, и все без толку, — отщипнул очередной кусок леща Федор. — Дворника ведь не поставишь, чтоб чистил полосу после записи!

И тут стукнуло послезнание:

— Так и поставь дворников! — вырвалось у меня. — Только магнитных! Дайте уже кто-нибудь карандаш!

Слегка раздерганная рыбина перекочевала на самый край газетки, и прямо поверх текста и жирных пятен я набросал два крупных квадрата существующих головок, а под ними, слева и справа, прямоугольники дополнительных головок туннельной подчистки, [138] которые на самом деле как-бы «заметали» весь магнитный мусор после записи данных. Ведь не раз слышал про них, когда читал литературу о жестких дисках, но вспомнил только по ассоциации.

После этого самым сложным было удержать ребят за столом. Желание немедленно бежать к рабочим столам, проверять идею практикой, вытеснило из их голов всю повестку дня. Пришлось применить силу, в смысле, демонстративно оторвать очередной кусок леща и откинуться на скамейке с бутылкой пива в руке:

— И куда вы? Кто будет разбираться с браком на дисках?

— Да что тут думать! — Иван-первый чуть не подпрыгивал от нетерпения. Вот только не знаю, рабочий у него был зуд, или очень хотелось поговорить с той самой лаборанткой, симпатичной черноволосой Маринкой. — Прогонять надо их все перед записью, и брак отправлять

обратно, на завод-изготовитель.

— Молодец какой! — не удержался я. — Знаешь сколько полностью годных будет? Нет? — я обвел взглядом всех присутствующих. — Никто не знает? Ну так учтите, без изъянов получится менее одного процента, и то, по ходу, случайно!

— Да ну! — искренне изумился Федор. — Мы гоняли их кучу раз, все нормально было.

— Штатовские или из опытной партии местного разлива?

Последний вопрос был явно риторическим. Отличие «своего» от «буржуйского» было разительным, и борьба за качество работы смежников давно стало едва ли не самой сложной задачей мэнээсов.

— Может как-то размечать дефекты? — подал вполне дельную мысль Иван-второй. Звездит он сегодня, не иначе успехи на амурном фронте вправили парню мозги в нужном направлении.

— Форматировать! — поделился я кусочком будущего. — Это правильное слово, а вот как, думайте сами.

— Разбить дорожку на кусочки, и места, где тестовая запись не пошла, помечать при втором, нет, уже третьем прогоне, — немедленно продолжил мысль напарника Иван-первый. — Плохо что доступ к таким трекам будет не произвольный, а строго последовательный.

— Вы что, к этой балалайке собрались целую ЭВМ пристроить? — Федор брезгливо ткнул пальцем в аналог «Таймекса». — И без того электроника до размера тумбочки разрастается. [139]

Меня взяли сомнения. Если система туннельной подчистки сработает как полагается, то у нас будет некоторый запас по точности. Диски доведем до кондиции, в конце концов первое время можно их закупать в США, благо цена смешная, на опытную партию много не нужно. Так что вполне реально обойтись без форматирования, ведь на магнитофонах его нет, и ничего, все работает. С другой стороны… Переделанный уродливый дисковый магнитофон все равно не способен завоевать рынок, а вот прыгнуть чуть вперед, накопить опыт перед переходом на нормальные системы будет очень полезно.

— Пробьем четыре маркерных отверстия, и от них будем отсчитывать блоки данных… Хотя сколько там получается? На самый маленький сектор чуть более 1600 байт? Хм… — я на секунду задумался, ведь сам призывал использовать числа из ряда степеней двойки. — Нет! Делаем шесть дырок, и сектора по 256 байт. [140]

— Одинаковые? Но ведь наружные дорожки намного длинее! — удивился Иван-второй.

— Потеряем в «хвостах» процентов десять емкости, — отмахнулся я. — Не страшно, все равно большие массивы данных хранить на дискетах никто не будет, а перфокарт туда влезет поболее полтысячи.

— И управление проще, — проворчал Федор, отставив пустую бутылку. Он явно начал понимать замысел и уже прикидывал, на сколько реально его реализовать «в железе». — Но точность позиционирования по дыркам будет никакая.

— В начале каждого сектора придется записывать пяток байт для синхронизации, — я не думая выдал следующую порцию послезнания. — Еще номер сектора и длину блока данных. А в конце нужно размещать контрольную сумму.

— В первый прогон все записать, в смысле, отформатировать, — начал Иван-первый.

— Во второй попробовать считать, — продолжил «второй». — И если есть ошибки, занести их в память, чтобы пометить к пропуску на следующий…

— Нет! — резко прервал мечты мэнээсов Федор. — Результат выдать оператору, чтоб он записал их на бумажку и приложил к диску. При записи не забывать указывать в какие сектора можно писать, а в какие нельзя. И еще, — он задумчиво покопался в останках леща, — надо на всякий случай добавить после номера сектора пустое поле, надо успеть обработать данные и заполнить буфер записи.