Чтение онлайн

– Конечно! Пока «Одиссей» не ушёл за горизонт, Шан передал мне направление и ориентир. Я так понял, что ты не доехал до него самую малость. Я готов отправляться немедленно!

– Поеду я, – сказала Мичико и сжала руку француза. – А Крис поедет со мной. Давай так, Дима?

Дима помолчал секунду, глядя на них двоих, потом улыбнулся и снял с полки чистые подшлемники.

– Одевайтесь. Я подготовлю два заряженных радиатора и пару баллонов для вас и Шана.

Он умчался в подсобку наверху.

– Надо сообщить Джесс? – спросила Мичико у Криса.

– Надо сообщить всем. И Волков это сделает, как только мы уедем, – ответил тот.

Ровер

несся по Марсианским равнинам, поднимая тучу пыли и высоко подпрыгивая на кочках. Мичико сидела за Крисом, обнимая его левой рукой, и смеялась. Правой рукой она махала Шану, который, хоть и устало, но уверенно вел второй ровер. Временами они играли в гонки, потому что японка просила их поднажать. В те моменты, когда Крис обгонял Чжоу, она визжала в открытый канал, слышала смех Ламбера и видела усталую виноватую улыбку Чжоу. Они встретили его там, где сказал Дима, он был виден со следующего холма, до которого Крис не доехал несколько часов назад. У него почти кончился воздух, но он не бросил ровер, понимая, что найти его в пустыне просто так будет гораздо сложнее, и ждал, когда кто-то выйдет на связь.

Шан сказал, что очень рад, что Дима догадался, как связаться с ним. Это было приятно слышать. Может они прекратят глупую вражду. Пока ребята меняли аккумулятор на ровере, Крис рассказал китайцу, что Дима с Айком рванули за ним пешком и почти пять часов топали по Марсу. Мичико заметила слёзы на глазах у Шана. Главное, что с ним всё в порядке, хотя придется проверить его состояние, он слишком долго находился под действием ультрафиолета. Может и для него найдётся немного наноботов? Но выглядел он вполне здоровым. Отличные всё же в Японии сделали скафандры.

Проезжая мимо очередного холма, они разъехались. Шан огибал его слева, а Мичико и Крис – справа. За изгибом холма девушка заметила, как что-то белеет у самого его подножия, и обратила на это внимание Ламбера. Они подкатились ближе и остановились.

– Парашют! – завизжала от восторга Мичико. – Это наш?

– Не знаю, вроде нет. Цвет не тот, – ответил ей Крис и слез с ровера.

Он подошёл ближе и стал копаться в стропах.

– Это советский, – с удивлением заметил француз. – Написано на русском: «Марс-7». Я читал, одна из первых миссий сюда. Вроде неудачная, аппарат упал и разбился. Это ведь было давным-давно, в семидесятых. Видимо, парашют принесло песчаными бурями.

– Мы возьмём его с собой? – спросила Мичико.

– Не знаю. Он большой. И, наверное, весь радиоактивный насквозь. Но кое-что я взял, – он подошёл к Мичико и показал ей большое кольцо от строп. Комацу с любопытством взглянула на совсем незаржавевшее пятидесятилетнее кольцо. Зачем его забирать?

Тут Крис встал на одно колено перед ровером, протянул ей кольцо и спросил:

– Мичико Комацу, ты выйдешь за меня замуж?

Он серьезно? Или это шутка такая? Замуж? Когда? Где? Что же ты молчишь, Мичико? Отвечай уже, отвечай! Девушка улыбнулась и максимально серьёзным тоном ответила:

– Кристоф Ламбер, я выйду за тебя замуж! Хоть сейчас! Хоть прямо здесь!

Он встал и надел кольцо прямо на палец её скафандра, такое оно было большое. Потом обнял её и стоял секунд десять, улыбаясь.

– Ребята, а вы где? – в динамиках раздался голос Шана. – Всё в порядке?

– Всё в порядке, всё даже замечательно. Ты езжай, мы догоним через минуту! – ответил Крис, вскочил на ровер и дал газу.

Мичико обнимала его и любовалась кольцом, сверкающим на пальце в свете марсианского солнца. Всё же день оказался отличным, несмотря ни на что.

За окном стояла осень, вторая половина октября. Обычно в Ньюарке в этом месяце ещё тепло, но сегодня шёл дождь и было промозгло, чуть выше десяти градусов. Порывы ветра колыхали листву, которая уже подумывала опадать, тучи заволокли небо и серыми ватными горами отражались в лужах. Редкие автомобили проезжали мимо, разбрызгивая с дороги воду – в такую погоду жители небольшого городка предпочитали сидеть дома. Они не знали, что в маленьком историческом особняке десятки человек ломают голову на тему, как перевести человечество на новую ступень развития и не дать ему сгинуть в звёздных войнах. Артур с Генрихом стояли у окна. Немец потягивал трубку, а Артур пил чай.

– Напоминает Померанию [37] в это время года, – прервал молчание Ланге, – стоило ли лететь так далеко, чтобы оказаться в северной Европе?

Артур усмехнулся и отошёл от окна. Вот уже почти целый день, как не появлялось новостей, не возникало новых идей. Он сел за стол и стал перечитывать последние записи, раздумывая о вариантах дальнейшего развития событий. Если Волков выживет и получит письмо, поможет ли это им всем? Поймёт ли он суть изложенного? А если парень погибнет? Какие тогда их ждут последствия?

Дверь без стука распахнулась, и в неё буквально ворвался Сэмюэл Джулиани. Его лицо было красным, будто он бежал, а вид – взбудораженным и сердитым. Артур вскочил с кресла, как будто его застукали за чем-то незаконным. Неужели обнаружилось их письмо русскому космонавту? Что могло заставить агента ЦРУ прийти сюда самому?

– Сэмюэл! – обратился он к запыхавшемуся мужчине, держащемуся за сердце. – Что случилось? Что с вами?

– Господа, – Джулиани, тяжело дыша, плюхнулся в кресло посреди кабинета, – новости. Они попросили помощи у пришельцев. Пришельцы помогли. Волков в сознании и здоров.

Он выпалил это между частыми вдохами. Уайт тоже сел. Вот так известие!

– То есть… – за его спиной произнес Ланге, – это всё произошло только что? А есть детали? – немец прошёл в центр комнаты и сел рядом с Джулиани.

– События развивались постепенно, начиная с самой ночи. Пока тут идиоты плели интриги, обвиняя друг друга и назначая виновных, наши славные ребята, там, на Марсе, объединились и решили вопрос. Рапорт прислали только что. Я сразу к вам. Кстати, они исключили вариант саботажа, и мне бы хотелось думать, что мир восстановлен, но, боюсь, ненадолго.

Артуру стало немного легче. Хоть парой проблем меньше. Волков жив. Саботажа не выявлено. Ещё бы решить вопрос со сливом данных, но надо надеяться, что с проблемой разберётся Хейз. Однако, осталось много неясного. И перво-наперво следует разобраться в причинах такой спешки агента.

– Сэмюэл, мы бесконечно признательны вам за то, что вы первым делом лично прибежали к нам, чтобы поделиться хорошими новостями. Но простите мою подозрительность, мне не совсем понятно, что в этом такого срочного. И я не понимаю, почему вы столь напряжены. Есть что-то ещё, ради чего вы на самом деле прибежали?