Особый соус для героя
Шрифт:
О том, что он довел вас. Мне есть, что вам сказать. Я знаю этого человека, от которого он понабрался этой гадости. Кристоф внушаем, мать водит его к гипнологу. Я никогда не слышала его имени, но я знаю, где находится то место, куда водят Кристофа на гипноз, уже полгода. Никаких результатов. Что внушают моему сыну, я не знаю, это находится в том самом запретном для меня месте.
Но я знаю, что часто он плачет и просыпается с криками, зовет меня. И сейчас я уже могу прийти ему на помощь, он вспоминает меня и засыпает спокойно. Что за сны он видит, я так же не знаю, я уже говорила. Бедный мой мальчик!
– Лиссе печально вздохнула, - Я сама оказалась в ужасе, когда
– Я узнаю у его бабушки, к кому он ходит, - сказала я, - вглядываясь во тьму улицы.
– Она не скажет. Но я могу показать вам место. Только, к сожалению, от дома, где живет Кристоф.
– Показывайте, я знаю домашний адрес Кристофа. Это не так и далеко от стационара.
Лиссе неумело улыбнулась и обняла меня. От неожиданности я зажмурилась, а когда открыла глаза Лиссе не было рядом, меня тоже не было, то есть Брижит лежала в своей теплой постели и даже ощущала шуршание одеяла и видела сон без звуков и запахов, только картинка.
Подъезд, двор с качелями и лошадкой качалкой, разваленная карусель и желтая горка пред которой темно-синий железный лабиринт. У торца дома начинается маленькая дорожка наверх, перейдя через нее попадаю на тротуар. Тротуар идет в горку, на которой стоит отделанный под дерево трактир "Дворик". У трактира т-образный перекресток и недалеко остановка трамвая. Доходим до остановки и ждем трамвай. Он приезжает, но чтобы разобрать номер приходится напрячься. Сначала перед глазами прыгают незнакомые иероглифы, которые на мгновение складываются в цифру пятнадцать, а потом снова начинают скакать иероглифами. На трамвае ехать приходится долго. По какой-то большой улице, через мост через реку, на берегу которой стоит большой жилой комплекс, светло-бежевого цвета с зелеными и бардовыми украшениями. Я начала вспоминать, что это за жилой комплекс, но перед глазами зарябила картинка, и только сконцентрировавшись, я смогла вернуть ее. Трамвай выехал в большой шумный район. Слева был торговый комплекс "Щука", справа еще один комплекс "Алые паруса", за спиной остались магазинчики и рестораны. Район кишмя кишел народом. Здесь необходимо было выйти и пересечь автобусный вокзал. В торговом центре "Щука" был вход в метро. Название его прочитать было невозможно, но это и не требовалось. Я знала, это место.
В метро мелькали метеорами станции, насколько я поняла по схеме, переходить надо на кольцо, одна станция по кольцу вниз и через одну огромный пересадочный узел, где запутаться легче легкого. Но выход в город я запомнила хорошо. Итак, центр города. Справа бульвар, слева кинотеатр. Поворачиваем направо и по бульвару вдоль до перекрестка. Мимо чьего-то памятника, оставшегося по левую руку, поворачиваем налево и оставляем огромный храм за спиной. Дальше пришлось отсчитывать повороты. На третий поворот направо, сквозь маленький дворик, заставленный машинами насквозь на другую улицу. Три поворота налево, перейти дорогу и вот она дверь. Фитнес-центр название прочитать невозможно, буквы скачут. Изображение стало рябить и раскалываться на части. Звонок в дверь. Это звонят в мою дверь. Дверь открывается. Звонок в дверь. Я открыла глаза, последнее что я видела, женщина с каштановыми волосами, неземной красоты.
– Ая, - я проснулась и резко села.
Как я могла не понять, как я могла забыть?! Как доктор это выпустил! Как мы два идиота, смогли пропустить такую очевидную связь! "Ая" - Кристоф упоминал ее!
Это в том фитнес-центре Ая инструктор по йоге, это в подвале этого фитес-центра проводятся эти пиршества из людей. Это все связано и туда водят Кристофа. Зачем? Ая его гипнотизирует?
Чего-то не хватает. Аю Кристоф воспринял бы, как мать, а не как отца. Хотя чего только не может вытворяться в голове у этого мальчика!Я набрала номер доктора и вывалила на него ушат информации. Пока доктор молчал я вышла на балкон и оперлась на ящики. Был уже вечер, почти темно.
– Я - старый идиот, - сделал вывод доктор.
– Я вас поздравляю с этим знаменательным осознанием, но, что нам делать?
– растирая лицо спросонья, сказала я.
– Поговори с бабушкой.
– Она ничего не скажет.
– Откуда такая уверенность?
– Есть соображения, - уклончиво ответила я
– Давай колись, не дури меня, - требовал доктор.
– Мне снилась мать Кристофа. Точнее мы встретились с ней в параллели. Она просит устроить ей встречу с сыном в пограничье.
– А почему не в реальности.
– Она умерла, доктор. Все, что он нее осталось - воспоминания Кристофа смешанные с Ка этой Лиссе.
Доктор замолчал.
– Нам это надо серьезнейшим образом обсудить завтра. Пока сама никуда не лезь, подумаешь влезть, голову оторву!
– сурово вещал доктор, - Сейчас я не могу это обсуждать, у меня тут еще один ребенок нарисовался. Лянка взяла шефство над моими детьми, и они уже готовы продать за нее душу и родину, а я позабыт-позаброшен. Учись, Бри, так проходит мирская слава!
В мою дверь позвонили.
– Все, доктор, у меня Виктор пришел.
– Иди, дитя мое. Удачи тебе!
Я полетела открывать дверь. На пороге стоял Виктор. Он улыбался, в руках его был букет белых лилий. Я повисла у него на шее, он крепко обнял меня.
"Неужели все будет хорошо", - подумала я.
– Милая, родная, - Виктор внес меня в коридор и шептал мне в волосы ласковые слова, - Это тебе.
Я взяла букет и поцеловала его.
– Прости, есть нечего. У меня был ужасный день, пришлось уйти пораньше с работы, только проснулась. Но я сейчас сготовлю, - засуетилась я.
– Я сам приготовлю, милая. Ты так из-за меня перенервничала, я очень виноват перед тобой, - Виктор направился на кухню.
Я поставила цветы в вазу. И села за стол, наблюдая, как Виктор разделывает несчастную тушку курицы. Мне стало дурно и страшно. Я подошла к нему и обняла со спины. Лилии уже дурманили ароматом, мне стало тепло и хорошо, я старалась не думать о курице и о том, что Виктор все равно кажется мне странным, даже не смотря на его ласку и внимание. В его фразах не было обыкновенных только ему присущих ноток.
– Брижит, родная, знаешь, я был очень нервным сегодня. Я не сказал тебе. Меня пригласил на обед один очень интересный человек. Большой ценитель музыки, там было столько приятных людей, - болтал Виктор, - мы посидели хорошо, жаль недолго. Они все, как один не пьют, это так приятно.
– Тебе, по-моему, раньше было все равно, пьют люди или нет, - улыбнулась я, а у самой ком в горле.
Уж не мой ли Виктор - "перспективный гость"?..
– Всегда неприятно видеть пьяных, если сам трезв, - философски заметил Виктор.
– А почему ты решил заняться Йогой, а мне не сказал?
– Это не йога, а аюрведа, - я слышала, что Виктор улыбается, - техника направленная вовнутрь, я хочу усилить свой потенциал. Мне стало труднее творить. Замыслов нет почти.
– Может, поедем, отдохнем, к морю, например?
– А у нас там много денег?
– Нет, не много… Ну, хотя бы в деревню съездим.
– На счет деревни, это интересно, - на сковородке зашкворчало что-то.
Пришлось оторваться от любимого, мне стало очень плохо с желудком.