Осколки падшего
Шрифт:
— И он явно хочет добраться до книги через меня, да? Чтобы я выпросила у тебя, а он отобрал.
— Скорее всего.
— Тогда не надо, — твердо сказала я. — Мне бы, конечно, хотелось уметь защищаться, но раз такие дела, то не надо.
Сит вдруг наклонился и легонько поцеловал меня в щеку. Я вспыхнула.
— Что… Ты что?
— Извини, не удержался. Ты первый человек, который знает о книге и отказывается от нее.
Я пробормотала что-то невразумительное, опустила взгляд и так и просидела вплоть до посадки. Щека в том месте, где ее коснулись губы Сита, нещадно
Мы благополучно сели в самолет. Салон был полупустым, место рядом с нами оказалось свободным. Сит с интересом оглядывался, ожидая и не веря, что такая махина может взмыть в небеса. Но наконец мы взлетели. Сит и глазом не моргнул, не напрягся ни на мгновение, только протянул:
— Н-да… Тут многое изменилось.
— Ты быстро привыкаешь, — заметила я.
— Это у нас в природе. Чтобы было удобнее подбираться к людям.
Я хотела спросить его о том, чем он занимался до падения, но передумала.
— Хочешь посмотреть фильм?
— Можно. Я уже знаю, что это, но еще не видел.
Развлекательной панели в самолете, конечно, не было — на таком направлении об этом и мечтать запрещалось. Но у меня в смартфоне лежала пара фильмов, которые я так и не удосужилась посмотреть.
— Гм, — промычала я. — Как насчет ужастика? Специально хотела смотреть где-нибудь в людном месте, чтобы не было сильно страшно.
— И теперь решила посмотреть его с демоном? — уточнил Сит полусерьезно.
— Ага, — я и глазом не моргнула. — Рядом с тобой мне почему-то не страшно.
Я положила мобильник на подлокотник между нами, и мы погрузились в «Паранормальное явление».
Наблюдать за реакцией Сита было едва ли не интереснее, чем смотреть фильм. Когда в доме незадачливых новоселов что-то происходило — раздавались странные звуки, появлялись следы и тому подобное — он то хмыкал, то усмехался, то осуждающе качал головой.
21
— Как тебе фильм? — спросила я, когда мы уже мчали по области.
— Я не понял, зачем он сделан. Нам на руку человеческий страх, но, оказывается, теперь люди пугают себя сами.
Я задумалась. Хороший вопрос: зачем люди вообще смотрят и читают ужастики?
— Наверное, нам просто нравится щекотать нервы… В жизни происходит не так уж много необычного. Пока я не встретила тебя, ни с чем таким не сталкивалась.
— Сталкивалась. Просто теперь у вас слишком шумно и ярко, не так-то просто слышать и видеть. Скорее всего, сейчас ребята предпочитают другие способы… Надо поспрашивать.
— А ты никогда не пугал людей? Как в фильме?
— Нет, — Сит улыбнулся. — Не принцевское это дело. И хорошо.
Я вспомнила свои ночные кошмары. Слава богу, значит, это точно не он.
Таксист наш разговор полностью проигнорировал. Надеюсь, он был погружен в свои мысли и не прислушивался к бредням странной парочки.
Еще часа два мы ехали по городу, пробиваясь сквозь пробки. Наконец машина припарковалась у красивой ограды из красного кирпича и черных решеток.
— Здесь нормально? — спросил таксист.
— Да, — сказал Сит.
Пока он расплачивался, я выбралась из машины. За оградой высилось
огромное офисное здание. Не чета нашим безликим коробкам — оно так и сверкало стеклом и металлом. Территория радовала глаз небольшим сквером со скамейками и бронзовыми фонтанами. У вращающихся дверей стояли грозного вида охранники.— Нам что, сюда? — спросила я Сита, когда он ко мне присоединился. — Зачем?
— К человеку, который, возможно, подскажет нам, что произошло на кладбище. Он неплохо знает демонический мир и все с ним связанное.
— И у этого демонолога здесь свой офис? — засомневалась я.
— Да.
Мы беспрепятственно прошли через ворота, затем, под пристальным взглядом охранников, в здание. На первом этаже было полно дорогих магазинов и кафе, пол устилали ковры, сновали люди в деловых костюмах. Мне стало понятно, зачем Сит так вырядился — здесь он выглядел полностью своим. Я мысленно порадовалась, что не сделала выбор в пользу любимых потертых джинсов и видавших виды кроссовок, в противном случае, сгорела бы со стыда.
Пока мы ехали на лифте со стеклянными стенами, через которые открывался шикарный вид на убранство первого этажа, я пыталась представить демонолога. Представлялся мрачный тип, не вылезающий из тесной квартирки, заваленной кучей старых книг. Но надо делать поправку на время — почему бы, собственно, демонологу не работать в офисе? Вечером-ночью — демонолог, утром-днем — маркетолог, например.
Створка лифта плавно отъехала в сторону. Сит сразу повернул направо. За стеклянными дверьми протянулся ослепительно белый коридор. В нем было крайне сложно не чувствовать себя чужеродным элементом, который оказался здесь по нелепой ошибке. Справа стоял маленький диванчик светло-серого цвета, к которому и прикасаться было страшно, не то что сидеть на нем, стену за ним скупо украсили парочкой картин в строго минималистичном стиле — из тех, что кажутся пустышками, пока не узнаешь их цену. На ресепшене — образцовый порядок и девушка с внешностью фотомодели.
— Могу я вам чем-то помочь? — вежливо поинтересовалась она у Сита, не удостоив меня даже взглядом.
— Да, — сказал Сит тем же тоном, каким он говорил с Сартаэлем. — Скажите Александру Статскому, что пришел Ситри.
— У вас назначено?..
— Нет, но он нас примет.
Девушка с сомнением посмотрела сначала на него, потом на меня, попросила повторить имя и подняла трубку стационарного телефона.
— Ира, не могла бы ты передать Александру Георгиевичу, что к нему пришел… Нет, не назначено, но нужно… Я понимаю, но…
Сит наклонился, мягко забрал у обалдевшей девушки трубку и проговорил:
— Ира, передай ему, что пришел Ситри. Записывай — Сит-ри. Передай немедленно. Можешь сказать, что я тебе угрожал.
Его голос прозвучал очень жестко. Никогда бы не подумала, что он так умеет.
Сит вернул трубку девушке. Та еще немного послушала, затем недоуменно моргнула.
— Александр Георгиевич сейчас подойдет…
Для нее это явно неожиданный поворот. Мне было неловко. А что, если этот самый Александр Георгиевич сейчас устроит скандал? С чего бы ему вообще нас принимать?