Одиночка
Шрифт:
– Уже оценил, Хенигас, - примирительно сказал я.
– Хочешь, даже попрошу Веланда оставить меня с вами. Привязался, чего скрывать, а вы с Цироном для меня вообще как родные стали.
Хенигас помедлил с ответом, не зная как отнестись к моему признанию - то ли как к неожиданной истине, то ли как к изощренной издевке. А ведь я был совершенно искренен сейчас. Ненависть к Хенигасу давно улеглась сама собой, и нападал я на него скорее по привычке. Сам же наемник вызывал теперь скорее уважение и признательность, учитывая, что за все это время он мне, если как следует поразмыслить, ничего плохого не сделал.
– Не веришь?
– усмехнулся я, так и не дождавшись хоть каких-то проявлений чувств со стороны наемника.
–
– Да о чем ты говоришь, Хенигас, - резко ответил я.
– Ты что, забыл хозяина амулета и прочих его соратников?
– Вовсе нет, - спокойно возразил он, - просто они были всего лишь людьми. А для магов смерть таковых никогда не значила слишком много. Поверь, и с тобой станет то же самое. Но вот убить хранителей Врат оказалось слишком серьезным шагом даже для Веланда, и в итоге его исполнение он переложил на нас, своих наемников. Так гораздо удобнее. Теперь он может со спокойной душой клясться чем угодно молодым привратникам, что не имеет никакого отношения к смерти их братьев.
– Что я слышу в твоих словах, Хенигас?
– хитро прищурился я.
– Неужели это презрение к действиям Старшего?
– Скорее неодобрение, - поправил он.
– Но я научился скрывать его. И ты научишься, если Веланд все же согласится принять тебя под свое крыло. А теперь идем, он ждет хороших новостей.
Я кивнул в знак согласия, надел на шею Хандил и спрятал его под рубашку. Теперь, когда мне все известно, вовсе необязательно выставлять его напоказ. Единые могут заинтересоваться и тогда я, вполне возможно, останусь без амулета, а ведь он может пригодиться мне на случай непредвиденного развития событий.
Как Зарону.
Обратный путь мы проделали по своим же следам. Покрытые тонкой коркой льда, Врата все так же сиротливо возвышались среди сугробов, совершенно безразлично взирая на редких гостей. Даже мрак внутри приобрел холодный синеватый оттенок под стать ледяной обители духов и эльфов. И после этого ослепительно белого мира вечно пасмурное Убежище казалось еще темней и ненавистней без моей такой родной троицы привратников.
Было немного странно вновь оказаться здесь и следовать к городу Единых, невольно сравнивая свой нынешний визит с прошлым. Что можно сказать... спасибо тебе, Севиал за незабываемые впечатления. Своим умом я бы никогда до такого извращения не дошел.
Странно, но в мире будто стало еще темней и хотя едва миновал полдень, стены крепости магов так и переливались разноцветными огнями, разгоняя ярким, веселым мерцанием окружающий мрак. Молча миновали мы высокие ворота, потом огромную каменную арку, полускрытую перекрещивающимися нитями охранной магии. В их теплом касании чувствовалась особая вкрадчивость тщательно запрятанной угрозы, заставившей меня содрогнуться при одной мысли об их действии. И только затем мы вступили в сам город. Дремлющий часовой, потревоженный тихим шумом, таки соизволил приоткрыть один глаз, удостоив нас мимолетным взглядом. При этом на лице его проступило такое страдание, словно он отбывал здесь повинность и никак не мог дождаться ее окончания.
Чем дальше мы продвигались вглубь города, тем сильнее росла во мне тревога. А смогу ли я обмануть их? Меня и Сеедир-то раскусывал, что уж говорить о его собственном учителе. И все же я старался держаться, пряча волнение за внешней невозмутимостью и одновременно по-новому глядя на разворачивающееся могущество Единых. Это в прошлый раз я был глух и слеп, а теперь все представало совершенно по-иному. Сверкающие аллеи, многочисленные здания
таили под собой нечто большее, чем просто жажду красивой жизни. Под ними, глубоко в земле дремала Сила, объявшая щупальцами весь город. Стоит ей уловить малейший приказ хозяина, как за тонкими стенами не останется ничего живого.Да и над крепостью Единых покорно распростер крылья магический ветер, также готовый вспорхнуть в любую секунду, лишь бы оградить своих создателей от неведомой опасности. И это лишь помимо прочего.
По телу невольно пробежала дрожь. А ведь никто этого не видел, даже Хонир только предполагал, что Старший, славившийся своей основательностью, мог приберечь что-то на всякий случай, но сам так и не смог разгадать, что именно. Город раскрывался только изнутри и лишь посвященным. Вряд ли их может быть слишком много. Конечно, это Веланд и кто-то еще из особо близких ему магов. Возможно и Хенигас, но этот скорее знает, чем видит. Не видел бы и я, если б не вмешательство той женщины с ледяными глазами. Она не только решила сблизить уровень наших с Севиалом Сил, но и изменила меня самого так, что даже смертельные для привратников чары, запрятанные Шерраем в несколько изящных вещиц, предпочли обойти меня стороной. А ведь они почувствовали близость жертвы, я не мог ошибиться.
Встрепенулся я, лишь заметив краем глаза, как Хенигас угрюмо разглядывает до странности пустынные аллеи. И тут только сообразил, что кроме часового нам пока еще не встретился ни один маг, хотя в прошлый раз тут было не протолкнуться. Но тем не менее над городом царила полная тишина, и наемник слегка успокоился.
Личная крепость Веланда, освещенная мертвенно-белым светом, неохотно взяла нас под защиту. Я пристально оглядел уже знакомый внешний двор, взявший в кольцо сердце замка. Здесь тоже казалось на удивление пусто.
Значительно улучшив свои навыки верховой езды, я уже привычно спрыгнул с коня и передал поводья невесть откуда выскочившему мальчишке. Следом спешились и остальные наемники. Хенигас встал рядом и как бы невзначай придержал меня за локоть. В следующий миг пальцы его разжались и он, так и не проронив ни слова, с поразительной быстротой пересек еле виднеющуюся площадь и исчез где-то за ней, среди переплетения арок и переходов. Я недоуменно обернулся, отыскивая взглядом Цирона, понимая, что только он здесь и может мне что-то объяснить.
Наемник тут же подошел. Его лицо выдвинулось из тени на свет и оттого показалось мне неестественно бледным, словно лишенным жизни. Очевидно, не лучше выглядел и я сам.
– Скажи, Цирон, то, что ты видишь - это нормально?
– обвел я крепость недоуменным взглядом.
Он тихонько усмехнулся.
– Да не сказал бы. Обычно здесь довольно многолюдно, тем более, что день в самом разгаре, но сегодня... Такое чувство, что город вымер. Да и само Убежище - бр-р, темень да и только. Словно в склепе.
Я молча согласился, только сейчас отметив про себя, что Врата Убежища отчего-то пусты. Просто я упустил это из виду, успев привыкнуть к отсутствию привратников. И уцелевшая башня, всегда притягивавшая к себе мой взгляд, на этот раз словно растворилась во мраке, ничем не выдав своего присутствия.
– А Хенигас всегда забывает вас здесь?
– не удержавшись, спросил я.
Цирон слегка улыбнулся.
– Их, - мотнул он головой в сторону остальных наемников, перебрасывающихся негромкими фразами, - постоянно. Меня только в порядке исключения. Сегодня вот, например, чтобы за тобой присматривал. Ты нынче больно нервный да и ребята на тебя зуб заимели. Ты ж им слугу этого, Энира, если не ошибаюсь, на расправу не отдал, хотя он многое сказать успел. А наша братия сильно этого не любит. Вот и оставь вас после этого один на один. Да тут потом сам Веланд не разберет: кто прав, кто виноват.