Одиночка
Шрифт:
– Единые, - подсказал я, - это те маги, что занимают сейчас Убежище. Я принадлежу к ним. А это, - взмах руки в сторону наемников, - их личный отряд. Вы еще не видели Веланда?
Их лица посерьезнели.
– Несколько братьев отправились к нему. Мы надеемся, что это прояснит причину нашего прибытия.
– Значит, вам ничего не известно, - протянул я.
– А вам?
– с надеждой заглянул он мне в глаза.
– И ему тоже, - вклинился Хенигас, - так что вам придется разбираться самим. А теперь, если не возражаете...
– И он оттеснил его от Врат плечом.
Привратники смешались, но отступили,
Неохотно мир раскрылся перед нами, словно зная, за кем мы явились. Ветер зло швырнул мне в лицо горсть колючего снега, давая понять, что нужно повернуть назад пока еще не стало слишком поздно.
Наемники за спиной недовольно заворчали, оглядывая бесконечные белые просторы. Да и чему радоваться, если даже не успев толком выйти из Врат, мы уже по колено провалились в глубокий снег? Дикий холод, сильный ветер и ни одной живой души вокруг. Здесь есть над чем задуматься. Я вот тоже смотрел и молчал. Казалось, что мне уже приходилось бывать здесь. Чувство, что я брожу по кругу, состоящему из тени и света, все чаще посещало меня в последнее время. И сейчас он закрутился, путая, сбивая с пути.
Я немного отбрел от Врат и застыл столбом, так что воинам пришлось меня обходить. Сопровождали они это руганью вполголоса и неприязненными взглядами. А я не понимал, что происходит, и откуда возникло внезапное желание отрешиться от всего, словно при подготовке к неизбежному. Мне хватило нескольких секунд, чтобы осознать - пути назад нет. И мир сразу обрел реальность.
– Хенигас, подойди, - внезапно охрипшим голосом окликнул я наемника.
Он обернулся и вздернул брови, будто удивляясь, как это я отваживаюсь ему приказывать, но промолчал. Просто спокойно встал напротив и слегка улыбнулся.
– Чего тебе?
– мягко спросил он, глядя на меня, как на расшалившееся дитя.
– Чары, конечно. Впрочем, если хочешь сделать все сам, я возражать не стану.
Хенигас рассмеялся и отрицательно покачал головой, потом полез рукой в мешочек у пояса и выудил оттуда амулет. Протянул мне.
– Бери. Как обращаться - знаешь.
– Ты говорил, что забирался практически во все миры, - медленно произнес я, зажимая звезду в руке.
– А сюда? Сюда тебя Веланд тоже направлял?
– Пару раз, - неохотно признался он.
– Нам в этом мире роль отводилась одна из последних. Людей тут нет, а те существа, что занимают земли, Единым неинтересны. Да и обычаи, мягко говоря, не практикуют мирного подхода к чужакам. Если не ошибаюсь, сейчас все спокойно, и духи навряд ли нам покажутся, а вот когда я появлялся здесь в последний раз, просто как наблюдатель, дела обстояли гораздо хуже.
– Война?
– догадался я.
– Скорее вылазка, привычная для обеих сторон. Духи выясняли отношения с соседями. Веланд хотел знать детали, вот мне и пришлось...
– Он досадливо поморщился и замолчал.
Я хмыкнул.
– Понятно. Ну ничего, вглубь мира нам соваться необязательно. Привратники укрываются неподалеку, в некой башне. Я видел через двойника, она должна находиться где-то тут.
Хенигас нахмурился.
– Не припоминаю я никакой башни. Земли духов вообще невидимы, а их противники - эльфы, не вылазят из леса. Там я, правда, не был. Слышь, маг, деревья вокруг видел?
– Нет. Только
снежную равнину.– Да тут равнина простирается до самого горизонта, - неодобрительно прокомментировал он.
– Долго твою башню искать придется.
Я сделал несколько неуверенных шагов, интуитивно угадывая дорогу. Серый конь ткнул меня мордой в спину, напоминая о своем присутствии. Я обернулся и меланхолично улыбнулся, потрепав длинную гриву. Взял его за повод. Мы пошли впереди, то и дело проваливаясь в снег, неизвестно куда. Просто прямо.
Хенигас очнулся и догнал меня. Пристроился рядом, видно, чтобы не ронять звание командира.
– Скажи, Хенигас, - повернул я к нему бледное лицо, - только откровенно, ты меня ненавидишь?
Он удивленно вскинул брови.
– Что это ты вдруг заинтересовался?
– Нет, ну ты скажи, - терпеливо повторил я.
– Мне хочется знать. Сначала казалось, что ты просто мне не доверяешь, как новому, неизвестному тебе раньше магу. Ты все время смотришь на меня с каким-то... подозрением. Словно чего-то ждешь. То и дело придираешься, намекаешь на что-то, а я тебя не понимаю, не знаю, чего ты хочешь от меня добиться.
Хенигас помолчал.
– Это не ненависть, - наконец сказал он.
– Я вообще стараюсь ни к кому не испытывать подобных чувств. Очень сильно мешает, знаешь ли, в нашем ремесле. Стоит позволить эмоциям раз затуманить голову, как ошибки не избежать. Остальные, правда, себя этим не утруждают, да и зачем, ведь есть я. Вот разве что Цирон наиболее близок ко мне по уровню, как не просто наемник, один из этой швали, что пришлось набрать себе в команду, а как воин, строго следующий раз и навсегда установленным им же правилам.
– Приятно слышать, - заметил я.
– И все же ты чего-то не договариваешь.
– Да, - не стал скрывать он, - но ведь тайны здесь не у меня одного.
– И вновь косой взгляд в мою сторону.
– Рад был поговорить с тобой по душам.
– Против воли в словах прозвучала горькая ирония.
– Хоть немного легче стало, а то, знаешь, я к вам надолго прикреплен, а жить, все время ожидая нападения с четырех сторон, не очень удобно.
– Пока ты с нами, удара в спину можешь не бояться, - медленно произнес Хенигас.
– Как многозначительно ты это говоришь: пока с нами, - не преминул заметить я.
– Что, среди Единых тоже есть отступники?
– Отступники бывают у всех, и Единые - не исключение.
– И как они с ними расправляются, если не секрет?
– полюбопытствовал я.
Хенигас пожал плечами.
– Понятия не имею, - честно признался он.
– Как-то не интересовался.
– Что так?
– упрекнул я.
– Знания лишними не бывают. Вдруг да пригодится когда-нибудь.
– Если и так, будет уже поздно, - мрачно ответил наемник.
– Да и не люблю я загадывать на будущее. Воину это не пристало.
– Как же, как же, - закивал я, - слышал. Что-то вроде "истинный воин живет лишь одним днем". Мол, второго может и не быть. Вот оно - опасное ремесло, когда в любую секунду рискуешь проститься с жизнью.
– Башня твоя где?
– прервал он меня.
– Ты говорил, недалеко, а мы идем уже неизвестно сколько.
– Мало, - обидевшись, ответил я.
– Или это ты намекаешь, чтоб я заткнулся?