Одиночка
Шрифт:
До жути светлые глаза, утратившие лазурную яркость, вряд ли меня видели, но Зарон все же понял, кто рядом с ним и чего он хочет.
– Ничего... Ар...
– Кровь пошла у него ртом, оборвав слова, забрызгала алыми пятнами белое покрывало земли.
Зарон умирал. Я внезапно ощутил его боль, горечь, то, что он испытывал сейчас, уходя за грань видимых миров, а потом резко... холодную пустоту. Вздрогнул и отвернулся, прикрыв глаза. Это была моя вина. Я убил его. Сам. Пусть это вышло непреднамеренно, но изменить теперь ничего нельзя. Да, совсем недавно я жаждал смерти Зарона и если б не Севиал, набросился бы на привратника еще там, в замке Шеррая. Но убивать его в угоду Веланду... Как же
Тело Зарона обмякло на моих руках, и я бережно опустил его на снег. Смотреть на ставшее незнакомым лицо было страшно. Особенно пугали застывшим взглядом почти белые глаза. И все же я смотрел, навсегда запоминая этот миг... Как тот, с командиром и Кайром.
Но длилось это недолго. Секунду назад тело привратника лежало передо мной, как вдруг подернулось рябью и расплылось, оставив только голубоватое свечение пыльцы на снегу да треугольник Хандила. Но на творение мага, да еще древнего, чары не подействовали, а вот тело и одежда просто растворилось. Наверное, точно так же исчезли и братья Зарона, застигнутые наемниками врасплох прямо в своей башне.
– Молодец, маг, - склонился надо мной Хенигас.
– Конечно жаль, что остальных упустили, но Веланд будет доволен твоей маленькой победой. Признаться, я не ожидал, но...
– Хенигас, не говори со мной сейчас, хорошо?
– не оборачиваясь, бросил я.
– Не до того.
– Как хочешь, - не стал обижаться он, выпрямился и убрал руку с моего плеча.
Наконец-то картина прошлого и будущего сложилась. Стали понятны намеки и недоговорки. Шеррай, Посвящение в Единые, неприязнь в глазах Веланда и постоянное подозрение со стороны Хенигаса. Каким же странным оказался столь короткий промежуток времени, прожитый другим мной. И как много я успел сделать.
Поднявшись с колен, я отряхнул руки, не зная толком, как вести себя теперь. Делать вид, что ничего не произошло и я остаюсь верным Единым? Ведь ничего бы не произошло, если б не Хандил, так глупо припрятанный Зароном. Видимо, привратник в глубине души все же не доверял Севиалу, хотя вряд ли признавался в этом даже самому себе. И правильно делал. Он только что подставил его, чтобы я заслужил доверие Веланда, но так, чтобы не нарушить нашего соглашения.
Мои привратники живы. О Зароне мы не договаривались, так что все по-честному, хотя это понятие для Севиала ох, какое растяжимое.
Я взял себя в руки и повернулся к Хенигасу
– Извини, что меня так развезло, - тихо произнес я.
– Сам понимаешь, как тяжело убивать. Пусть даже посредством чар.
– Да, никудышный бы из тебя вышел воин. Хорошо, что ты решил стать магом, хотя те же Единые порой действуют куда жестче даже моей нынешней своры убийц. В общем, не переживай так сильно, маг. Случившееся только к лучшему.
– Кстати, не возражаешь, если я возьму себе эту золотую вещичку?
– кивнул я на Хандил.
– Кажется, мне приходилось видеть ее описание в старых книгах.
– Бери, - милостиво разрешил он.
– Убил привратника ты, значит, имеешь право на трофей.
Я наклонился и поднял треугольник со снега, зажал в кулаке. Насколько я успел разобраться в Севиале, после нашего ухода он наверняка наведается сюда, постоит, похвалит себя за сообразительность. И не нужно, чтобы он увидел Хандил и понял, что Зарон вопреки его воле амулет вовсе не терял, а все это время на всякий случай держал при себе, скрывая и от братьев и от него. Жаль только, что когда этот самый случай наступил, воспользоваться им он не успел. И вот - цепочка событий, так тщательно выстроенных Шерраем, рухнула гораздо раньше, чем должна была по плану лорда. Только вот мне теперь прежним не стать. Так что
я оказался прав - дороги назад действительно больше нет.Глава пятая
Я немного подержал амулет Хандила на ладони, наблюдая, как ветер раскачивает свисающую золотую цепь. Словно маятник она отмеряла последние секунды прошлой жизни перед решающим шагом в будущее. Помнится, Севиал упоминал, что моя судьба становится туманной даже для Тех, кто видит гораздо больше него, а значит, пора вносить небольшие поправки в жизнь, так любезно продуманную за меня лордом. Мой дальнейший путь коренным образом это, конечно, не изменит, но зато нарушит его полное соответствие планам Севиала. А это уже неплохо.
Как-то неожиданно вспомнилось растерянное лицо Энира, когда я заявился в Темный замок, и мне вдруг смертельно захотелось расхохотаться во все горло. Бедный Шеррай! Наверняка я невольно выставил так называемого учителя из его же собственного дома. И мне придется сделать это еще раз, учитывая, что больше возвращаться все равно некуда. К тому же это будет как нельзя лучше сочетаться с поддерживаемой маской Единого мага. Хм, а заслоны надо бы убрать, а то нехорошо получается - я ж натурально перекрыл для хозяина доступ в жилые комнаты.
Я повернулся к Хенигасу, со скучающим видом взиравшему на тающую башню. Неторопливо испарялись ступени, змеей обвивающие высокий шпиль, прозрачность наполняла сверкающие стены. Еще миг - и загадочное строение совсем исчезнет.
– Что будем делать дальше?
– спросил я у главаря наемников.
Он лениво повернул голову.
– Продолжим поиски, если ты посчитаешь это возможным.
Меня едва в дрожь не бросило от его предложения. Это чтобы я, находясь уже в здравом уме, вторично искал привратников - да ни за что. Поэтому я поспешил изобразить на лице огромное сожаление.
– Боюсь, что больше мне это не удастся. Понимаешь...
– я запнулся, подыскивая подходящее объяснение, но Хенигаса это уже не волновало.
Он махнул рукой.
– Ничего. Все равно им некуда деваться да и чары израсходованы. Так что пока можно доложить Веланду об уничтожении еще одного привратника и спокойно дожидаться дальнейших распоряжений.
– То есть вы сейчас в Убежище, - протянул я.
– Хорошо, тогда я подожду вас в...
– Ты пойдешь с нами, - довольно невежливо перебил он меня.
– Насколько я знаю, по замыслу Старшего наша вылазка по сути являлась небольшим испытанием. Ты его прошел, так что можешь теперь с честью войти в ряды Единых.
– При этом он умолчал о том, что в противном случае должен был убить мага, как неисправимого одиночку. И тогда никто бы не посмел ткнуть пальцем в Веланда, зная, что он смирился с Арлином только при условии его полного перерождения. В противном случае сделка считалась недействительной.
– Да что ты!
– даже присвистнул я, не догадываясь, какие мысли скрывают темные, загадочно поблескивающие глаза наемника.
– Вот, значит, и на меня снизошла милость Старшего?
– Не язви, - одернул меня Хенигас.
– Радоваться должен. Ты ведь именно этого желал.
– Извини.
– Я сразу стал серьезным.
– Ты прав. Просто от невиданного счастья в голове помутилось.
– Я заметил, - сдержанно ответил он.
– Ты только при Веланде постарайся держать себя в руках. Не наглей, понял, маг? Это я тут на многое закрываю глаза, Единые же не позволят тебе и половины из того, что ты привык делать, напрочь забывая слово мера. Оглянуться не успеешь, как за очередное высказывание очутишься в их тюрьме. Может, тогда в полной мере оценишь мою доброту.