Чтение онлайн

– Из цирка, атаман. Клоуна привели на свою голову, мля.

– Клоун, - сказал и горестно вздохнул, - но без оной. И брёвнышко приобрело зрелую фигуру женского тела.

– Вот же умеет руками играться. Ты лучше скажи, ты знаешь такую фирму - Сарина Валентина?
– Борисов указал на эмблему на радиаторе машины - Sarina Valentina.

– Нет, актёра только знаю.

– Актёра? А, из этих, - скривился Борисов.

– Из каких этих?
– удивился атаман.

– Сверху - баба, а снизу - мужик, - Борисов это тоже пассами рук показал.

– Ой, господи! И атаман отломал на радиаторе эмблемку.

–

И как же ты, атаман, будешь машину называть?

– "Чайка". Это атаман чайку узрел в небесах.

– Да, ну тогда я с Борисовым её членовозом будем прозывать!

– Злыдни, вы господа. И почему - членовоз? Человеку объяснили. Атаман чертыхнулся.

С базара вернулась семья Шатровых: у купцов была распродажа.

– А это откуда?

– Посейдон подарил!

– Ура! Давайте её сушить. Машину скоречко разобрали.

– Пусть детальки часа два в керосине покиснут, а ты, Борн, нам с атаманом фильм какой-нибудь поставь. Роман Михалыч отгулы взял.

– С ледибойс? Какие отгулы?

– Абнаковенные отгулы. И просто с леди. Гы-гы. Фраза получилась у Борисова с сальным намёком.

'Сала атаману энд Борисов!' Когда пришли к нам я им и включил. "Калигулу".

– Сдурел, мля!
– через три минуты просмотра.
– Иди на атасе постой...

Посидел, почитал. Ромку к Эльзе на мультики завернул. После просмотра Борисов - красный - вышел с вопросом к атаману:

– А что это у тебя усы такие маленькие?

– Ну, чтобы не щекотали.

– Где?

– Пфф, - Атаман сконфузился.
– А у самого вон тоже лезут. Щекотун, - сообразил поскорому атаман.

– Как, Борн, на нас, атаман, дурно влияет, мля.

– И не говори, Николаич.

– Это вас резина подкосила.

– Злыдень!
– в два голоса.

Отобедали у атамана. Стол для нас накрыли во дворе. На обед были - украинский борщ со сметаной, сало, отварная кура, биточки, салат из огурцов и томатов, компот из сухофруктов. Плюс штоф анисовки. Превосходный обед.

– Спасибо, хозяюшка, угощение на славу. Борисов подошёл к ручке Кати, поцеловать. А за спиной - мне - сжатый кулак показывал.

– А как вам, Роман Михалыч?
– атаманша ждала похвалы. Дождалась.

– Предостастоточно! У Кати и глаза округлились.

– Борн, где ты такое словечко выкопал?
– с завистью спросил Борисов.

– В армии...

До ужина "Чайку" собрали и завели. Седан исправно задымил, тахая двигателем.

– Вот, атаман, пользуйся!
– заявил довольный техник - Николаич, с чистыми руками.

– А если в дороге, где сломается?

– Жаль сотовая связь не работает, мля, - Борисов по привычке достал мобильник.
– О, заработала! Я сейчас. И увёл атамана.

Катя стала сливать мне на руки. А я её прельщал сделать обновы в дом:

– Ну, вот машина у вас есть, надо ещё мебель обновить. Диваны, кресла, спальный гарнитур поставить.

– Неудобно это.

– "Это", удобно, сударыня.

– Фу, бесстыдник, - догадалась Шатрова моему подтексту и мило покраснела.

– Берите, берите.

– Это сексодром, что ли? И чёрные шёлковые простыни, - молвила с прищуром.

'Да, весёлый денёчек с Шатровыми получается'.
– Это, Зося, просветила?

– Лиэль это. Замуж ей надо.

– Да, у вас, женщин только одно "это" на уме!

И еле увернулся от выплеснутого на меня ведра с водой. Хо-хо.

Новое тело себя в обиду не дало! Вернулся Борисов.

– Вот, полюбуйтесь, Катя, ещё один Казанова нарисовался, - заявил хозяйке.

– Катя, не поддавайтесь Борну, третьей лялькой в его кровати будете, - просветил 'Казанова'. Катя и ручками всплеснула.
– Кобель, истинный кобель, мля. И злыдень.

– Мастера-кобели, куда вы дели моего супруга?
– Катя упёрла руки в бока.

– Шли назад с подарком, а его нарочный завернул. А вот подарок. Позвольте ручку, сударыня.

Облобызал ручку, и вручил смущённой Кате борновское домашнее вино в бутылке из-под шампанского, замшевый чехольчик и мобильный телефон. С почтового склада.

– Пипец телефону, там игры есть...

– Какие игры? А что такое пипец, дядя Рома? Я и не заметил, как Ромка подошёл.

– Пипец, тёзка, это - конец, - сказанул, а потом подумал...

– Кони и те тише ржут. И букву одну пропустили, - выдал нам - ржущим - Ромка и пошёл за свои знания в угол.

– Рома, Рома, чему ты ребёнка учишь, мля.

– Ребёнку всегда нужно говорить правду! А вот и ваш супруг, Катя.

– Господа, я вас обрадую, или огорчу, но завтра мы должны быть в Ростове. Вас хотят зреть, господа попаданцы, в полной красе.

– Поездом поедете?

– Счас, на джипе поедем.

Разошлись. Сборы затянулись до глубокой ночи. У Эльзы, на ночь, глядя, идеи, что нам брать в Ростов, сыпались, сыпались и сыпались. Снаряжались ехать я, Шатров, Борисов и Лиэль. Эльза и Зося оставались на хозяйстве.

Утро встретило бодрящей свежестью. Солнце, краешком своего диска. Ещё была лёгкая дымка и одуряющий запах цветов с палисадника соседей. На чётко-подстриженной траве медленно испарялись капли ночного дождя. Станица густо просыпалась. В джип доложили припасы, отъезжающие зябко передёрнули плечами и расселись по местам. Я - за руль, справа плюхнулся Шатров, за спиной умостилась Лиэль, рядом с ней - сонный Борисов. Жена атамана перекрестила нас и я медленно, коров гнали на пастбище, выехал со станицы. Разговаривать не хотелось, каждый думал, что хотел, или спал.

– Борн, а ты заметил, что дорога не петляет?
– с зевком спросил атаман.

– Заметил...

Замолчали, разглядывая окрестности. Округа, по которой ехал джип поражала. Во-первых, чистейший воздух. Дышалось не только легко, но и умопомрачительно вкусно. Степной, горьковатый в середине лета, духмяной воздух, перебивался крайне сильными запахами неведомых прежде цветов и деревьев. Во-вторых, степь имела множество вкраплений, от ярко-зелёных до сизых, синих и оранжевых, по цвету - деревец и кустарников. Подложка у небольших и средних по размеру рощиц также была многоцветной. Калейдоскоп из южных, субтропических и тропических, видов флоры, дополнялся природой средней полосы России, Урала, Сибири и Приморья. И, в-третьих. Если бы среди нас был учёный флорист, он бы по составу этих рощиц, сразу бы сказал, что так не бывает. А если б ещё и землю копнул, там и там, то это его 'так не бывает' перешло бы в матюгальный 'так не бывает'. А мы вот ехали спокойно. До поворота на Ростов.