Чтение онлайн

В это время "шайка" наблюдала за происходящим по монитору.

– - Насчёт "цыган и полукровок" ясно, а откуда у нас "жиды"?
– Сумо и Лёля, весело уставились на кукольника.

– - Ну, мой отец, говорят, был плотником, - заскромничал Конёк.
– А на изготовление Бубы пошла чурка от осины, на которой повесился Иуда.
– Они расхохотались.

– - Тихо! Кажется, про Панду!
– И они вновь приникли к монитору.

Там Пасюк инструктировал Волчью Пасть:

– - Что-то не доверяю я этим тупоголовым. Ступай в Стационар и подготовь объект. Ретранслятор, когда

воплотится, займётся девчонкой лично.
– Волчья Пасть молча удалился с поклоном.

– - Как продвигается проект всеобщей вакцинации?
– обратился главный патологоанатом к Наде.

– - Мы охватили донорскими пунктами полконтинента, и скоро каждый второй дикобраз станет управляемым носителем. Ещё немного, и весь мир будет захвачен ментальной сетью. Вы только подумайте об этом!

– - Подумать об этом, подумать о том, - проворчал Лавр Ильич.
– Мы только и можем "думать" об этом, а результатов так и не видим!

Внезапно Аспид, находившийся до этого момента в летаргическом состоянии, резко развернул свои кольца и уставился немигающим взором в отверстие воздуховода.

– - За нами следят, - предупредила Надя.
– Аспид учуял шпиона.

– - Скомандуй ему "фас", - попросил Пасюк.
– И почему рептилии общаются только с женщинами?

Удав пополз по стене к воздуховоду.

– - Наверное, потому, что у нас много общего, - ответила Надя.

Аспид засунул голову в отверстие, где прятался Буба. Из монитора на зрителей уставились немигающие глазки Аспида.

– - Буба, беги!
– нервно вскрикнула Лёля. Пасть гада открылась и резко бросилась вперёд, перекрывая изображение. Друзья рефлекторно отпрянули от монитора. Конёк быстро заработал коромыслом дистанционно управляемой ваги.

Кукольный человечек бежит по лабиринту от еле протискивающегося между стенками воздуховода удава. Предупредив очередной бросок Аспида, он вышибает за собой стопор вентилятора, и металлические лопасти разрывают гада в клочья.

Возвращение Бубы вызвало бурную реакцию друзей. Лёля, словно девочка, тискала и целовала куклу. Сумо, расчувствовавшись, налил ему стаканчик, который, впрочем, был выпит кукловодом - видимо, по рассеянности.

Позже, после повторного просмотра видеозаписи, они стали строить планы.

– - Ну как?
– обратилась Леля к кукольнику.

– - Мм-да...

– - Неплохо сказано, - съязвила гадалка.

– - В выпивке, сексе и на войне главное - выдержать время, - авторитетно заметил Сумо.

– - Время - это как раз то, чего нам явно не достаёт, - возразил Конёк.
– Я не понимаю, что это значит, но "скоро воплотится Ретранслятор", и мне это почему-то не нравится. И ещё меньше мне нравится то, что "он займётся девчонкой лично". Это Панда создаёт им "помехи". Всё! Я иду в Стационар. Где этот Лимб?

– - Лимб - это теневая часть Дороги, там обитают нерождённые души, нереализованные фантазии, неосуществлённые желания, - тихо проговорила гадалка.
– Оттуда "истинно живущие" черпают сырьё для своих созданий. И логично, что именно там они и устроили свою основную базу.

– - Как туда попасть?

– - Выйти на Дорогу и голосовать. Говорят,

там курсирует какое-то сумасшедшее такси.

– - Ну, я пошёл!
– Кукольник собрал свои пожитки и вышел.

– - Благородный муж прежде видит в слове дело, а после сказанному следует, - сказал Сумо вслед уходящему другу.

– - А мы что, так и будем сидеть?
– спросила его Лёля.

– - Не суетись. У меня зреет план, - и процитировал:

Благородный муж спокоен, не стеснён,

Малых же людей всегда гнетут печали.

Такси перед голосующим кукольником возникло внезапно, словно образовалось из мрака испарений Дороги. Конёк, заскочивший с кофром на заднее сидение, поторопил водителя.

– - К чему такая спешка, - поморщился таксист, говоря с сильным польским акцентом, - ведь не конец же света наступает, в самом деле.

– - Ты можешь оказаться не прав, если не поторопишься, пан...

– - Кржжанович, Кшшиштв Кржжанович, - пояснил водитель, смакуя шипящие и жужжащие.
– Мы, поляки, задёшево продали все свои гласные эстонцам. И теперь используем согласные, которые выбросили за ненадобностью монголы.
– И заржал.

– - Не далеко от дома забрался?

– - Я расскажу пану небольшую историю, - начал таксист.
– Как-то, давным-давно, лет, эдак, сто назад, взял я клиента от Пшибышевского до Центрального вокзала. Везу его знакомыми закоулками. Тут пассажир требует ехать через какой-то новый туннель. Ладно, думаю, деньги ваши. Вот выныриваем мы из туннеля, и что я вижу? Эту долбаную дорогу. Оборачиваюсь - никакого тебе туннеля нет, -- а пассажира и след простыл. Вижу только обглоданный рыбий скелет в небе и эту долбаную дорогу! Так оно с тех пор и повелось.

– - Так ты, что ж, решил обосноваться на этой дороге?
– спросил Конёк.

– - А "решил" тут никакого значения не имеет. Пан думает, я свихнулся, да?
– Водитель посмотрел на Конька через плечо. В отблеске фар от дороги, Конёк увидел, что правая часть лица таксиста почернела, глаз заплыл, а через щёку проходила рваная рана.– - Чёрта с два, эта дорога не ведёт никуда!

– - А что случилось с твоим лицом?
– спросил Конёк, не зная как реагировать на заявление Кшиштова.

– - Это? СС. За неправильную парковку. Еле от Стационара отмазался.

– - А что Стационар? Это же просто больница.

– - В больницах тебе делают больно, пан. Там болезни в больницах. Раны пана лечат - они воспаляются. Пану дают разные лекарства - пан потом выблёвывает свои кишки. В больницах с паном может разное приключиться. Эти врачи и сёстры Санитарной Службы - они не люди.

– - Что ты имеешь ввиду?

– - Пан хочет найти во всём этом какой-то смысл?
– спросил Кржжанович.
– Ничего не выйдет. Это долбанный заколдованный круг.

– - ?..

– - Наматываешь круг за кругом и тебе кажется, что в этом есть какой-то смысл. Продолжаешь думать, что после вчера наступит сегодня, что все дороги обязательно куда-то приводят. Думаешь, что дважды два всегда будет пять.

– - Четыре, - поправил Конёк.

– - А?

– - Дважды два будет четыре.

– - Знаешь, пан - умник, дважды два иногда равняется тому, что ты не можешь попасть отсюда - куда угодно. Иногда дважды два равно сапогом по яйцам, или вырезанной селезёнкой, или...