Обещанная
Шрифт:
— Молчи, женщина, — прикрикнул на нее разрушитель, — нельзя ему как у людей. Достойная нужна.
— Так ведь любит он ее, Горынюшка, извелся весь за это время, место себе не находил, — женщина подошла к мужу, — неужто сына не жалко?
— А чего его жалеть-то? — усмехнулся отец, — смотри, какую невесту себе нашёл. Такая ни перед чем не остановится. Ради такой и потерпеть можно. Иди, сынок, встречай суженую.
Зорян, поклонившись родителям, быстро вышел из зала и поспешил вниз, в святилище.
— Когда мы с тобой детей-то навестим? — Леда уселась к мужу на колени и обвила его шею руками, — соскучилась я по ним. Совсем взрослые уже стали. Супругов себе по сердцу нашли, там глядишь
— Скоро, родная, скоро, — он ласково обнял жену и прижал ее к себе, — вот сейчас Зоряна женим, и все вместе в город вернемся. Погостим у них до лета.
— А что если не справится она с последними испытанием? — испуганно произнесла Леда.
— Справится, не сомневайся, — успокоил ее супруг, — по силам оно ей.
Конь остановился перед занесенным наполовину круглым зданием с высокими колоннами и куполообразной крышей и опустился на колени. Злата соскользнула с его спины и обняла за шею:
— Спасибо, что привез меня сюда, — она ласково погладила его морду и отступила на шаг назад. Конь поднялся, громко заржал и рассыпался снежной пылью.
В ясном небе светила полная луна, заливая все своим мертвенным светом. Злата огляделась. Она стояла перед засыпанной снегом лестницей, вверху которой виднелась приоткрытая дверь. Проваливаясь по колено и с трудом преодолевая сугробы, Злата забралась наверх по высоченным ступеням. «Это для кого же такое строили-то? Как будто для великанов,» — она старалась отвлечь себя. Сейчас ей было по-настоящему страшно. Добравшись до двери, она заглянула в нее. За дверью была темнота, и лишь впереди слабо мерцал свет, пробивающийся через оконце в куполе святилища. Злата протиснулась между створками, и стоило ей сделать несколько шагов вглубь помещения, как дверь со страшным грохотом захлопнулась у нее за спиной.
«Что я здесь делаю? — страх холодил ее сердце, — а если я не найду Зоряна, как я выберусь отсюда? Да даже если найду, как мы вернёмся в город?» — Злата почувствовала надвигающуюся панику, — не лучше ли было остаться в городе? Дождалась бы весны, а там попросила бы отвезти меня домой, свободна была бы. Мир вечный-то мы все равно заключили, — сердце болезненно сжалось от этой мысли.
«Нет, — тряхнула она головой, — я должна найти его, живым или мертвым, а там будь, что будет,» — она привычно скользила по каменным плитам в гробовой тишине заброшенного святилища, которую нарушал лишь легкий шорох ее шагов. Пройдя через галерею, идущую по кругу, Злата вышла к главному залу, окруженному колоннами. В его центре был каменный алтарь, прислонившись к которому, стоял Зорян, опустив голову и сложив руки на груди. Он был в одной рубашке, без кафтана или полушубка. Белые волосы Зоряна блестели в лунном свете, скрывая его лицо. Злата радостно вскрикнула и бросилась к нему.
— Живой! — девушка кинулась к нему на шею, покрывая его бледное лицо поцелуями. Внезапно она замерла, в ужасе глядя на него. Парень был холодным как лёд, и сердце в его груди не билось. Он посмотрел на нее, в его чёрных, как зимняя ночь, глазах были мрак и стужа. Перед Златой стоял мертвяк. Его глаза по-прежнему завораживали ее, ведь мертвые не теряют своих способностей, и она не могла пошевелиться.
— Зачем ты пришла сюда? — глухо спросил он, — ведь я велел ждать меня. Почему ты снова ослушалась меня, Злата? Зачем вышла из башни? Разве Вран не предупредил тебя? — он схватил ее за запястья, очарование пропало, и девушка вскрикнула от боли.
— Я ждала тебя, ждала, а потом купол иссяк, и на город буря надвигалась, — она попыталась вырваться, но он лишь сильнее сжал пальцы, — Арна освободила меня.
— Опять эта потаскуха! Надо было извести ее еще тогда! — гневно произнес
Зорян, — глядишь, и беды бы не случилось.— Что ты такое говоришь, Зорян? Городу гибель грозила! — воскликнула Злата, — если бы не Арна, нас бы всех той бурей замело. А так я Эрдита отогрела, кристалл над городом силой Ведары наполнила и бурю успокоила. Меня сюда снежный конь привез. Людям больше ничего не грозит. Пойдём домой, милый, — она перестала вырываться и попыталась приблизиться к нему, но он ей не позволил, держа ее на расстоянии.
— Я сделал все, чтобы спасти тебя, — он словно не слышал ее, — отдал Хоросу свою жизнь, снял купол, пожертвовал своим народом и родными, лишь бы ты жила, а эта тварь снова вмешалась. Почему ты не послушалась меня, Злата? — в его тихом голосе звучала боль, — если бы ты осталась в башне, ты бы осталась жива. Но теперь все напрасно. Теперь ты тоже погибла, как я, как все люди, как мои братья и сестра, как твои друзья — все погибли!
Зря я послушал тебя. Ты ошиблась, провидица, мои родители умерли. Хорос забрал их жизни в обмен на жизнь клана…
— Этого не может быть, — прошептала она — я ведь ничего не говорила о твоих родителях, — она смотрела на него, — ты видел одно из видений, — догадалась Злата.
— Да, — кивнул Зорян, — ты сказала, что они живы, только в плену. Эти видения посылает тебе Хорос. Ему ты предназначена, он сам сказал мне, — в голосе Зоряна была горечь, — я не смог уберечь всех нас. Уходи, Злата, уходи пока не поздно. Здесь уже ничего не поправить. Убирайся! — он отшвырнул ее. Злата, не устояв на ногах, шлепнулась на каменный пол. В бессильных слезах она смотрела на бывшего жениха. Он не позволял ей дотронуться до себя и оживить.
— Ты еще можешь всех их спасти, — в голове Златы раздался знакомый шепот Морана, — если отдашь себя и свою силу Хоросу. Если ты добровольно пойдёшь на это, то Зорян, его родители и все остальные останутся живы. Сила Ведары вернется в мир. Спадет заклятие вечной зимы с земель Севера. Здесь снова будет светить солнце, ледяные пустоши освободятся ото льда и снега, а в землях воцарится вечный мир. Но ты, ты умрёшь, и твоя душа станет вечной пленницей в чертогах Хороса-разрушителя, только так сила Ведары разольется по миру, — с сожалением произнёс Моран, — решай, дочь.
"Если я откажусь, то погибнут все, — думала Злата, глядя на Зоряна, который сидел у подножия алтаря, обхватив голову руками,— погибнут из-за меня. Я буду виновата в их гибели, как виновата в смерти мамы и Добрана, — сердце сжалось от боли.
Всю жизнь Злата жила с этим тяжким грузом вины, — я ведь не вынесу этого, сама руки на себя наложу, и его жертва будет напрасной. Моя жизнь и душа в обмен на благополучие наших кланов и жизнь любимого — это небольшая цена. Я согласна," — мысленно ответила она.
«Тогда скажи ему. Посмотрим, какой он сделает выбор,» — снова в голове раздался шепот.
— Ты можешь все исправить, Зорян, — тихо произнесла Злата, — если согласишься отдать меня Хоросу. Откажешься от меня, и все останутся живы, твои родители вернутся, твое сердце снова начнет биться, а заклятье вечной зимы спадет с твоих земель и в землях воцариться вечный мир. Я — хранительница силы Ведары-созидательницы, как только я умру, ее сила вновь разольется по миру.
— Будь проклят тот день, когда я впервые увидел тебя во сне! Будь проклята эта любовь! — Зорян сорвался на крик, а в его глазах было отчаяние. Он замер, обдумывая ее слова, — быть посему! — он тряхнул головой, — я не хочу больше любить, Хорос! — прокричал он, а эхо заметалось по залу, — забери, вырви из меня это чувство. От него в моей жизни одни лишь беды. Я отдам ее тебе вместе со способностью любить! — он посмотрел на нее. В его глазах теперь была ненависть.