Чтение онлайн

— Слушай внимательно, как я уеду, Злату в башне заточить, к стене приковать, на семь засовов запереть, и чтоб не знал никто, где она. Если вернусь, свадьбу сыграем, а если сгину, домой ее отвезешь. Гляди за ней в оба. Не должна она ему достаться. В ней свет и тепло этого мира. Ты меня понял?

— Понял, повелитель, — Вран поклонился, — все сделаю, как ты велишь.

Зорян задумчиво посмотрел на стражника:

«Нет, — подумал он, — Злата — своенравная. Не справится с ней Вран, коли блажь ей в голову взбредет, уж лучше мне самому…» — он не сомневался в преданности и талантах своего друга, но сила Ведары — это не то,

с чем любой справится.

— Подготовь все к вечеру, — велел Зорян. Вран поклонился и вышел, оставив повелителя глубоко в его мыслях.

Вечерело, солнце все ниже и ниже опускалось за горизонт. «Скоро совсем пропадет солнышко, наступит ночь зимняя,» — думала Злата, глядя в окно. Тихо отворилась дверь, девушка оглянулась, на пороге стоял Зорян.

— Добрый вечер, — улыбнулась ему Злата, — проходи, гостем будешь, — попыталась пошутить она. Зорян, как всегда, хмурился.

— Случилось что-то? — она подошла к нему. Вдруг он шагнул к ней и крепко обнял. Она замерла, прильнув к его груди. Сердце повелителя учащенно билось.

— Ничего не случилось, милая, — он ласково погладил ее по голове, — просто увидеть тебя захотелось. Уеду я завтра, как только пир свадебный закончится.

Злате почудилось, что на этих словах ее сердце остановилось на мгновение, а затем забилось, так быстро и тревожно, что, казалось, сейчас из груди выскочит. Как будто все внутри нее кричало: быть беде!

— Это куда ж ты, мил друг, собрался? — медленно проговорила Злата, пытаясь отогнать охватившую ее тревогу.

— А про это тебе знать не требуется, как вернусь, так сразу свадьбу сыграем, — улыбнулся Зорян. Но эта улыбка не могла обмануть ее. В глазах повелителя она видела какое-то принятое решение и понимала, что он от своего не отступится.

— А как же проверка? — она внимательно смотрела на него, — ты ж сам говорил…

— Нет мне нужды проверять тебя, я и так про тебя уже все понял. Люба ты мне, Злата, мочи нет. Теперь я отца понимаю. Но дело одно мне закончить придется. А ты пока здесь поживешь, — на этих словах у Златы так защемило сердце, словно прощался он с ней, словно в последний раз его видит.

— Не ездь один, Зорян! Пропадешь! — она вцепилась в него, убеждая его в правильности принятого решения, — возьми меня с собой!

— Нет, Златушка, тебя я с собой взять не могу, мое это дело, мне и ответ держать. Ты лучше жди меня. Если ты меня ждать будешь, тогда мне никакое лихо не страшно, хоть сам разрушитель на пути встанет, все преодолею, лишь бы к тебе вернуться. Обещай мне, — он заглянул в ее глаза, — обещай, что дождешься.

— Обещаю, — прошептала она, глядя в его бездонные очи, — обещаю, любимый, — внезапно вырвалось у нее.

Их губы слились в сладком и долгом поцелуе. Он целовал ее неистово, жадно, словно торопясь насладиться ей, пока еще было возможно. А она таяла в его руках, растворяясь в его страсти и нежности.

Злата спала на руках повелителя, он осторожно гладил ее по щеке, тихо шепча ей разные нежности и еще глубже погружая ее в очарованный сон. В комнату заглянул Вран:

— Господин, все готово.

— Хорошо, — Зорян взял покрывало, которое подал ему стражник и завернул в него девушку, затем он поднял ее на руки, и они тихо покинули комнату.

Злата открыла глаза. Она лежала на

кровати в незнакомой ей комнате. Стены слабо светились, давая совсем немного света. Комната была без окон и пустая. В ней были только кровать да небольшой столик, стоящий рядом. На столике стоял поднос с едой и питьем. Злата потянулась и тут же услышала тихий звон цепей. Она в удивлении посмотрела на свои руки. Узкие, легкие, почти невесомые оковы охватывали ее запястья. От них к стене тянулись длинные тонкие, но прочные цепи.

— Это еще что за причуды? — сердечко ёкнуло от страха, и Злата огляделась. На ней была тонкая длинная рубаха. Рядом с кроватью лежали домашние туфельки. В стене она заметила две двери. Одна из них была приоткрыта. Злата встала, цепи не мешали ей перемещаться по комнате. Она подошла к приоткрытой двери. За ней оказалась уборная, с бадьей и водным артефактом. Умывшись и освежившись, девушка почувствовала голод. Она присела к столу и жадно накинулась на еду, словно не ела несколько дней. Утолив голод, Злата попыталась подойти к другой двери. Длины цепочек не хватало ровно на пару шагов. Она вернулась на кровать.

— Что же происходит? — думала она, опасливо глядя на дверь, которая в этот момент внезапно открылась, и в комнату вошел Вран, тот самый стражник, которого она уже видела однажды.

— Доброе утро, госпожа, — поприветствовал он ее, в руках у него был поднос с едой, — проснулись наконец-то, два дня и две ночи проспали, — стражник поставил поднос на стол.

— Что происходит, Вран, где я? — Злата испуганно посмотрела на него, мужчина внушал ей страх, от него веяло чем-то таким, чему она не находила слов.

— В башне вы, госпожа, не бойтесь. Повелитель вас усыпил и сюда принес. Стеречь велел, пока не вернется, — покачал головой стражник, с сочувствием глядя на нее.

— В чем же я провинилась, что он так со мной поступает?

— Нет тут вашей вины, о вас он печется, боится, как бы чего не случилось с вами в его отсутствие, вот и решил вас спрятать. Из башни вам хода нет, цепи да замки удержат, да и не знает никто, кроме меня, где вы, так что на помощь извне не рассчитывайте.

— Да как же я тут совсем одна-то буду? Я же от тоски с ума сойду.

— Да было бы от чего тосковать, — перебил ее Вран, — не надолго это. Вернется повелитель, свадьбу сыграете.

— А как же остальные? С ними-то что?

— А о них не печальтесь, хорошо все у них. Свадьбы честь по чести справили, мир вечный установили, да по своим землям разъехались. Нету во дворце никого, — вздохнул Вран, — а коли скучно вам, так я могу книжек каких принести, если грамоту разумеете, али вышивание иль другую забаву женскую, вы говорите, не смущайтесь. Все для вас сделаю, — он поклонился ей, — вечером зайду еще, а вы пока подумайте, чего вам принести, чтоб не скучно ждать было, — стражник забрал поднос с грязной посудой и вышел вон.

Злата, ошарашенная его словами, сидела на кровати, не смея пошевелиться.

— Это что же получается? — думала она, — так беспокоился обо мне, что на свадебный пир не пустил, с друзьями не дал повидаться напоследок. Странно это все, — ей вспомнился их последний разговор, — и со мной он как будто прощаться приходил. Да как же так-то? Что же теперь будет-то? Куда же ты отправился, друг мой любезный? — сердце болезненно сжалось в тревоге за Зоряна и за свою судьбу.