Чтение онлайн

Мне и тут отказали.

Прошел еще почти год, когда случилась большая неприятность.

Мы возвращались из Матраана (это небольшой город, восточнее Верграда) когда прямо в лайнере произошла транс-аномалия. Она была мелкой и, на первый взгляд, опасности не представляла, если бы это не оказались одни весьма опасные болезнетворные бактерии. Очень быстро размножающиеся и очень агрессивные.

Мы с трудом посадили лайнер и направили запрос о помощи. Потом я включила полную изоляцию… и потеряла сознание.

Очнувшись, я узнала, что мне невероятно повезло,

лекарство против этой болезни было разработано буквально на днях и даже еще не успело пройти испытаний. У него оказались сильные побочные эффекты, так что я теперь никогда не смогу иметь детей. А Аргентор погиб, бактерии уже поразили жизненно важные органы, когда была оказана необходимая помощь.

Поправившись и пройдя предназначенный для хороших пилотов курс омоложения, я отправилась к своему начальнику.

— Мне нужен новый напарник.

— Я знаю, — кивнул он. — Но мы сейчас не нуждаемся в пилотах низкого уровня. Ты давно просила о повышении и переходишь в группу Метеора.

Как я потом узнала, Метеор был начальником пилотов одиночек… Точнее, в каждом истребителе находилось лишь по одному пилоту, но все истребители разбивались на пары. Мне повезло вдвойне, потому что недавно один из пилотов потерял напарника и ему еще не нашли замену.

Мы вылетали уничтожать последствия пагубных транс-аномалий. Так как в тренажерном зале я, в том числе занималась и на истребителях, приспособиться к нему мне не составило труда.

Мой новый напарник, которого тоже звали Аргентором (оказалось, что это в Верграде весьма распространенное имя), был талантлив. Настолько талантлив, что мне пришлось прикладывать очень много усилий, чтобы догнать и перегнать его по мастерству. Но потом я заметила, что он также постоянно тренируется, для того, чтобы мне не удалось его догнать и перегнать.

На фоне соревнований мы сдружились и полюбили друг друга. Оказалось, что для полетов на истребителях берут только стерилизованных, чтобы нас отвлекало от работы меньше побочных факторов. Поэтому наша любовь была чистой и совершенно незамутненной развратом.

А что может быть лучше любви равных, которые вместе покоряют небеса?

После встречи с Эльдилом мы еще много месяцев бродили по лесам, изредка заглядывая в селения и оказывая их жителям необходимую помощь. Дни текли быстро и незаметно, я почти не замечал как проходят годы, ведь в мироградских землях вечное лето.

Со временем я полностью освоился с искусством целительства и теперь сам мог лечить раны и некоторые болезни простым наложением рук. Страхи и волнения покинули мою душу, и я был счастлив.

Иногда мы встречали разбойников, но брать с нас было нечего, и они не трогали нас. Но порой они приводили нас к раненым и просили оказать им помощь. Мы никогда не отказывались и многие из них поправились… И часть вернулась к мирной жизни.

Однажды мы повстречались с целителем. Он был очень похож на Эльдила, но его волосы отливали

золотом, а одежды… Нет, он не был целителем! Он был богом! Его свободные голубые одежды слегка трепетали на ветру. От него исходила святость. Та скрытая доброта, которую нелегко заметить с первого взгляда.

— Здравствуйте, странники, — обратился он ко мне.

— Эльдил… — Эмилан протянул ему руку.

— Я пришел, чтобы открыть вам проход.

— Куда? — удивился я.

— В Олимион. Михаил, теперь ты можешь пройти в него.

— Спасибо. Но… можно спросить?

— Спрашивай, — улыбнулся бог.

— Я должен идти туда?

— Нет. Но, если захочешь, теперь для тебя путь открыт.

— Я не уверен…

Эльдил присоединился к нам и, видя, что я задумался, завел беседу с Эмиланом.

А я размышлял. Я уже не был уверен, что Олимион — это город, в котором я мечтаю жить. Это — город. Я же привык к покою и одиночеству, к жизни, в которой нет места спешке и суете. Теперь мне казалось, что моя нынешняя работа, вечный поиск — именно это счастье.

Мне не хотелось покидать лес и осесть в одной земле. Тогда я лишусь радости видеть счастливые лица излеченных и уже не смогу посещать разные уголки земли в поисках удивительных растений.

— Эльдил…

— Да, Михаил?

— Теперь я уже не уверен, что так хочу попасть в Олимион. Наверное, я ошибся…

— Ты можешь посетить его и посмотреть, как живут там люди. Никто не принуждает тебя сейчас принимать решение.

— Да, Эльдил.

Мы вместе остановились на ночлег, и бог помог нам приготовить ужин, как будто это было для него обычным делом.

— Извините, а почему в прошлый раз, когда я Вас видел, Ваши волосы были белоснежными?

— Разве это важно?

— Нет…

— Я принадлежу к расе, которая меняет цвет волос при больших потрясениях или если познает горе. Когда духовное равновесие восстанавливается, они снова приобретают свой естественный цвет.

— Тогда Вы страдали из-за разрушения Мирограда? — подумав, спросил я.

— Многие из тех, кто находился в нем во время разрушения, пострадали гораздо больше, — грустно ответил Эльдил.

— Мне жаль…

Мы долго сидели и молча смотрели в огонь.

— Но почему другие боги так стремятся разрушить Мироград?

— Просто… Просто они не боги, — Эльдил вздохнул.

— Как это может быть?

— Мы — не боги. Среди нас четверых нет богов. Мы просто могущественны… относительно других смертных. Но мы не боги, а такие же люди, как и все остальные.

— Почему тогда все называют Вас богом?

— Я пытался разубедить свой народ. Но мне это не удалось. Может быть, это и к лучшему.

— Всем надо во что-то верить, — добавил Эмилан.

— Все мы равны… И никто не может сказать, в ком из нас больше божественного. Никто из нас не всемогущ… И не всепрощающ.

— Но ведь Вы…

— Я тоже не могу простить всех и вся, — Эльдил подбросил хвороста. — В глубине моей души также храниться обида. Несмотря на мои старания изгнать ее оттуда.