Новые герои
Шрифт:
— Ну и гордись до пенсии!
— Так, народ, для вдохновения вас на великие дела позвольте мне исполнить нашу коронную хвалебную об императоре! — провозгласил, вскакивая на стол, какой-то зеленоволосый тип.
Славный город Гороград, Быть в живых тут каждый рад, Тут на площади покойник, улицы облиты кровью, Правду люди говорят. Страшно жить в твоей стране, Так не будет и во сне, Мы— Слежки не было, — подождав, пока закончится антиода, сказал Нескажу.
— Что слышно от лесных?
— Не скажу, — тип повернулся к нам спиной и скрылся за какой-то дверью.
— Что за лесные?
— Лучники… Очень крутые лучники, Лондовские им и в подметки не годятся. Атакуют обычно группами с деревьев и очень редко мажут, — пояснил Вешка.
— А что ты ожидал услышать от них?
— Все пытаемся их на свою сторону привлечь…
— Значит они тоже за императора?
— Нет, они хранят нейтралитет. Дескать, черный властелин им не мешает, в Древний лес не суется… Дураки! Как они не понимают, что, когда он закончит с нами, он примется за них?
— Итак, что мы должны делать?
— Нам нужны союзники… И побольше и посильнее. Одни мы не способны справиться с императором и его окружением, — вздохнул Вешка. — Тем более, что казнят любого, кого хотя бы слегка подозревают в недостаточной покорности.
— Нескажу не выглядит слишком покорным! — возмутилась Эльза.
— Да, но он работает шпионом у черного властелина…
— Что?!
— В смысле, делает вид, что работает, — поправился черт. — Хотя вообще не сказал бы, что он работает на кого-то еще, кроме самого себя.
— А почему тогда ты ему доверяешь?
— Где еще такой «детектор лжи» отыскать? — странно посмотрел на меня Вешка.
— Так это был ты!
— Я. И не только!
— Ладно… Давай, перечисли, кого нам желательно привлечь на нашу сторону?
— Нейтралов всяких… Ну от хлюпиков из деревни Хлюпиков толку не будет… Можно магов из гильдии! Она к югу от города, где-то в ста пятидесяти часах пути, через Вечную реку. Убийц тоже можно… Только, по-моему, они за императора. Воинов из крепости, она совсем рядом, второй поворот направо. Лесных жителей хорошо бы… Но с ними осторожнее, они пристрелить могут. Некромантов из Некромастера, до них, насколько я знаю, черный властелин еще не добрался… Эта деревня дальше за крепостью, на островке Редколесья в глубине Древнего. Ниндзи на полпути к некромантам, варлоки севернее, а до вампиров вы, наверное, не доберетесь…
— Для начала нам хватит, — успокоил я Вешку.
— Да, чуть не забыл! Мы и от рыцарей Джедая с ситхами не откажемся!
— Если удастся, все они будут на нашей стороне! — пообещали мы.
Дождавшись рассвета, мы отправились к воинам.
— Почему ты думаешь, что нас интересует твое предложение? — спросил их шеф, громадный даже для сородов, покручивая большую связку ключей на пальце.
— Так… Я думаю, что, если вы народ разумный, император вам не нравиться.
— Что есть, то есть… Да, пожалуй, стоит согласиться! Давно у нас хорошей заварушки не было!
Затем мы
нашли штаб ниндзей.— Нет. У нас своих дел хватает, — отверг наше предложение Шакос. — Нам некогда воевать. И мы всегда против как нынешней власти, так и той, на которую вы хотите ее сменить.
— А как же спокойствие в Редколесье?
— Мы не его хранители. Если тебе нужны те, кто сражается за добро — отправляйся к джедаям.
Обидевшись, мы решили, что займемся ниндзями позже, а пока отправились в Некромастер.
Здешний Древний лес был совсем другим. Он был густым и опасным, но всяких мориоградцев в нем не бегало. Зато на нас трижды нападала хищная разновидность сауруса, а уж об атаках гигантских комаров я и не говорю!
Еще в здешних местах водятся обалденно красивые, но жутко опасные монстры — летучие медузы. Они бывают как маленькие (с чашку) так и большие (до четырех метров в диаметре). Убежать от них можно, если не зевать. Мы несколько раз издалека наблюдали, как они парят в воздухе или ловят своих мелких жертв.
Некромастер оказался очень интересной деревней. Все его жители были или некромантами или, на худой конец, скелетушками. Везде было чисто и уютно, скелетушки работали на огородах, пасли скот и совершали всю остальную повседневную работу, а некроманты посвящали себя философии, искусствам и поднятию новых скелетушек.
— Мы далеко от дворца, — сказал нам беловолосый и златоглазый некромант. — Императору пока нет до нас дела.
— Ты — белорун? — внимательно к нему приглядевшись, спросила Эльза.
— Да.
— Белорун — некромант! Твоя же раса только паладинствами занимается, ну, в крайнем случае, магами!
— Главное не происхождение, а воспитание. Вот ты тоже, скелетушка-целительница. Разве это стандартная профессия для скелетушки?
— Я и при жизни была целительницей! А ты белорун, а, значит, должен быть благородным!
— Ладно, не будем спорить, какая профессия более благородная. Я думаю, нам пока нет дела до проделок черного властелина.
— Но когда он прибьет всех остальных, будет уже поздно!
— Мне надо посовещаться со старейшими, — Рэмен предложил нам располагаться у него как дома и ушел.
— Думаешь получиться? — спросил меня Лапик.
— Надо надеяться! Герои мы или нет?!
Отдыхая в Некромастере, я вспомнил одну обеспокоившую меня деталь и срочно произвел расчеты. Мне оставалось пробыть в этом мире всего две с половиной недели! Правда, недели, которые состоят из здешних дней, но все равно обидно! Только настоящие геройства пошли…
— Мы присоединимся к вам, если у вас будет достаточно сил, чтобы победить, — передал решение некромантов Рэмен.
— Тогда мы придем позже.
Потом мы отправились в Древний лес, на поиски лучников. Как часто случается с этим видом монстриков, искать нам их совсем не пришлось, стоило нам углубится по дороге к их селению на несколько километров, как нас окликнули с дерева.
— Деньги на землю!
— Эй, нам поговорить надо!
— Пристрелю!
— Мы будем сопротивляться!
— Нас тут много!
Мы переглянулись. В Трехречье мы убедились, что фраза «нас здесь много» применяется в основном группами из двух-трех человек.
— В кусты, — скомандовал я, и мы бросились врассыпную.
Засвистели стрелы, и Лапик издал свой коронный шокирующий крик, с помощью которого нам иногда удавалось свалить трехречных лучников с деревьев.
Но на этот раз это не прошло.
— Подавитесь своими деньгами! — закричала Лиса, подвывая от боли и держать за простреленную лодыжку.