Новое Начало
Шрифт:
— Здравствуй, сын, — степенно кивнул мужчина с побитыми сединой волосами. — Мы с матерью тебя ждали. Мог бы и пораньше сюда заглянуть вместо того, чтобы… Не знаю уж, чем ты там так занят, — махнул он рукой.
— Но…
— Ой, хватит вам спорить! Сын дома, а ты опять ворчишь! — вошедшая следом женщина, так похожая на его мать, опустила на плечи Джокера свои ладони, вынуждая мужчину садиться за стол.
— Но… Мама… Отец… Вы же…
В голове преступника всё смешалось, он уже с трудом понимал, что вокруг происходит, но чёткое осознание нереальности происходящего, практически отсутствовавшее в самом начале, теперь непреодолимой силой накатывало на него. Дом… Мать… Отец… Семейный
— Что такое, дорогой? Ты такой грустный, — улыбнулась женщина. — Скушай свой любимый пирог с печенью, и тебе непременно полегчает! С пылу с жару!
Джокер моргнул, с удивлением осознавая, что перед ним и в самом деле стоит источающее просто непередаваемый аромат блюдо с куском пирога, хотя ещё секунду назад… Он был готов поклясться всем самым дорогим, на тарелке ничего не было! Но… Блюдо выглядело и пахло так соблазнительно… Вздохнув, мужчина взял со стола вилку, тоже точно такую же, как он помнил, из любимого маминого сервиза, и отломил кусочек, отправляя его в рот.
— Да… Вот ты и попалс-с-с-ся окончательно… — со всех сторон раздался сочащийся удовольствием шелестящий голос.
Джокер выронил вилку, отшатываясь от стола. Всё вокруг резко изменилось — уютная гостиная словно подёрнулась гнилостной пеленой, камин погас, а стол… Перед глазами преступника всё завертелось, сидевший напротив, через стол, мужчина превратился в разлагающийся гниющий труп, почти голый скелет, лишь частично покрытый лохмотьями мяса, рука матери на плече стала такой же, костлявой и высохшей, а пирог… С содроганием он увидел, как столь аппетитное блюдо превратилось в гору копошащихся червей и насекомых. Но хуже было другое!
Он ведь проглотил отломленный кусок! Проглотил, чувствуя вкус и текстуру любимого блюда, но теперь… Теперь точно такое же мерзкое шевеление ощущалось у него внутри, везде — под кожей, за глазами внутри черепа, в желудке… Попытавшись встать, он оттолкнул стул, с глухим стуком упавший на пол позади, почти отпрыгнул в сторону от стола, поворачиваясь так, чтобы видеть и мать, и отца… То, что когда-то было ими… Или не было? Шелест вокруг нарастал — пробирающий до гостей смех смешивался с гулом роя, а Джокер буквально ощущал, как его захлёстывает невидимая волна тварей, чувствовал сотни и тысячи маленьких лапок, ползающих по его коже, пробирающихся внутрь его тела…
С криком дикого ужаса преступник упал на пол и… проснулся. Обведя комнату мутным взглядом, Джокер поднял голову от стола с картой Готэма, и на его лицо сама собой выползла довольная улыбка, выглядящая весьма жуткой из-за шрамов на щеках, улыбка, с каждым мгновением становящаяся всё более хищной и предвкушающей. И где-то в глубине его глаз тускло мерцали постепенно угасающие багровые искорки, напоминающие отблески перевитого чадящим чёрным дымом огня.
— Мистер Джей?! Что случилось? Я слышала ваш крик! — вбежала перепуганная и взлохмаченная Харли, следом за которой в комнату заглянули и два отдыхавших подручных Джокера с выраженями молчаливого вопроса на лице.
— Ха… Ничего не случилось… — помотал головой мужчина, — Неудачно уснул за столом, — Джокер хмыкнул, жестом отослав мужчин прочь из комнаты, — всего и делов-то. Иди… Ты хотела спать, Харли… Иди… Завтра у нас будет много работы. Уже скоро, — пробормотал с довольной ухмылкой преступник, — я покажу этому миру, что такое настоящий ужас…
Готэм-Сити. Гостиничный номер дешёвого отеля.
— Твою мать! — Константин лихорадочным движением отбросил в сторону внезапно вспыхнувший целым снопом искр мешочек, висевший на его груди.
Простейший
амулет, сделанный им буквально «на коленке» и призванный служить одной единственной цели — уловить неподалёку появление одного конкретного демона, Мнемота. И только что он красочно сработал, недвусмысленно указывая, что этот самый демон проявился, что называется, «в полный рост». Да, он не мог узнать, где именно это произошло, даже указать направление было бы проблематично, но даже сам факт, что амутел сработал именно сейчас, обещал экзорцисту просто море «удовольствия».— Что такое? — вернувшийся с пакетом еды Чез остановился в дверях номера, переводя взгляд с дотлевающего мешочк на полу на крайне раздражённого Константина и обратно.
— Эта тварь только что вылезла на свет, — досадливо поморщившись, Джон потёр саднящую грудь — хоть это и не было простым огнём, ощущение ожога на коже будет преследовать его ещё пару часов. — Где-то неподалёку от нас — пять кварталов, вряд ли больше!
— Сможешь найти? — деловито спросил таксист.
— Вряд ли… Слишком большая площадь — пока мы будем прочёсывать эти пять кварталов частым гребнем, он куда-нибудь переместится, и можно начинать сначала.
— Тогда в чём был смысл амулета? — Чендлер озадаченно почесал в затылке.
— Дополнительная проверка… — Константин вздохнул. — Хоть Фурфур и не мог соврать в той печати, всё же, он был прав, в ритуале мы накосячили. Так что, бдительности много не бывает…
— И что будем делать теперь?
— А теперь, — экзорцист подошёл к другу, выхватывая чизбургер из принесённого пакета, — я, например, собираюсь поужинать. А, если ты имел ввиду демона, то нужно ждать. Я всё удивлялся, почему он вёл себя так тихо, хотя в прошлый раз, в Нью-Йорке, жрал, как не в себя, и вообще творил, что хотел. Теперь, кажется, начинаю понимать. Фурфур сказал, что его отправили на Землю. Отправили, а не сам вылез. Значит, у кого-то из наших соседей снизу, — мужчина ткнул пальцем в пол, — есть какой-то план, и Мнемот должен выполнить какое-то задание…
— Ему приказали затихариться? — понятливо кивнул Чез.
— Угу…
— Но откуда тогда те убийства?
— Ну, жрать же ему что-то надо, — Константин пожал плечами. — Да и против природы не попрёшь… Но согласись, на фоне возможного бардака, вёл он себя просто до отвращения примерным образом…
— А теперь…
— А теперь что-то изменилось, — вздохнул экзорцист. — Либо произошло что-то, чего мы не знаем, и ему дали новые указания… снизу, либо он просто сорвался. В любом случае, очень скоро мы выясним…
— Проверять полицейские сводки почаще? — понятливо кивнул Чез, доставая второй чизбургер из пакета и садясь к открытому ноутбуку.
— А я попробую его нащупать… Ненавижу эту гадальную чушь, — Джон поморщился, выуживая из стоявшей у кровати сумки карту Готэма и кристалл хрусталя в сложной медной оплётке, — особенно, когда заниматься этим приходится мне самому…
Мужчина глубоко вздохнул, откусил от чизбургера и, намотав тонкую цепочку, к которой крепился кристалл, вытянул руку над картой. Фокус был простой, но, как и всё простое, требовал таланта, которого у Джона, будем откровенны, именно в этой области было не слишком много. Он знал принципы, умел их применять, но, в отличие от полноценного медиума, такие сеансы порой выходили ему боком. В прошлый раз, например, отследив мелкого пакостного гремлина, внезапно объявившегося в Лондоне и принявшегося терроризировать один из районов, он потом три часа мучался диареей… Кхм… Хотя, возможно, всё дело было в несвежем молоке? Хотя, с другой стороны, в позапрошлый раз, когда он пытался изображать из себя медиума, всё обошлось просто опрокинутой на себя чашкой с кофе. Стоявшей посреди стола…