Чтение онлайн

– Ага, - кивнула Милка.
– Значит, на самом деле это правда, ну, всё, о чём в сказках и фэнтези написано?! Фантастика! Класс!

– Всё или не всё - это, в сущности, не так уж важно. "Сказка - ложь, да в ней - намёк, добрым молодцам урок", - ответила бабушка известной фразой из сказок и легонько подтолкнула Милку вперёд.
– Значит, так, Мила. Ты будешь сидеть рядом со мной - тихо-тихо, внимательно слушать всё, что я и другие будут говорить, а потом ответишь на несколько простых вопросов. Ясно?

– Ясно, - ответила Милка.

–

И ещё одно: даже если тебе не понравится то, что ты от кого-то услышишь... очень тебя прошу: не вздумай - ни в коем случае, ты поняла меня?
– не вздумай ТОПАТЬ НОГАМИ!

– Хорошо, - согласилась Милка и искоса посмотрела на свои ноги в самых обычных синих джинсах. Значит, в них - часть её силы... она так и думала! После того, как едва не разрушила домик Семёна Косого, она в этом убедилась. А на поляне у камня, на котором лежал связанный Димка, у неё ничего не получилось, потому что против неё колдовали и сам Семён, и младшие Матюшкины. Наверное, так всё и было...

– Да, - кивнула бабушка в ответ на Милкины мысли.
– Ну, вперёд! Сейчас начнётся собрание... Не знаю, как надолго оно затянется. В реальном времени пройдёт час, не больше, так что не беспокойся за своих друзей. Макарыч!
– негромко позвала бабушка какого-то старичка небольшого роста, бочком семенившего ко входу в актовый зал.
– Поди сюда, голубчик.

Макарыч резво подбежал к бабушке и вытянулся перед ней во все свои "метр с кепкой":

– Чего изволите, Василиса Гордеевна?

– Лети к моему дому, займи приезжих ребят и их классную руководительницу хорошим разговором, - велела ему бабушка.
– Я тут с делами разберусь и скоро подойду. Лети, миленький!

– Лечу!
– Макарыч повернулся на одной ножке, легонько пристукнул другой ногой об пол... и на глазах у изумлённой Милки обернулся сизым голубем и шустро вылетел в окошко!

– Вот это дааааа...
– прошептала Милка Светкину восторженную фразочку.
– Ба! А ты тоже так можешь?! Птицей стать?!

– Я ещё и не так могу, - улыбнулась бабушка.
– Просто не вижу необходимости. Я выбрала для себя обычную человеческую жизнь - и ни разу об этом не пожалела. Всё, Мила, идём в актовый зал. Молчи, сиди тихо, ногами не топай!
– ещё раз напомнила она Милке.

Они вошли в зал, где Милка вновь увидела жителей деревни Шушарино. Только вот... Милка даже вздрогнула и прижалась к бабушке - не от страха, а просто от неожиданности! Потому что теперь жители предстали перед ней не в облике статных стариков и старух, одетых кто в современные джинсы и рубашки, кто в длинные платья до пола, а в своём настоящем, ведьмачье-лешачином виде!

Степанида Федосеевна, например, недавно выглядевшая статной старухой, одетой в бордовое платье и чёрную безрукавку, в белом платке с синими узорами на голове, показывавшая в неискренней улыбке белые и ровные, как у молодой женщины, зубы, теперь выглядела такой, какой она и была на самом деле: низенькой, скрюченной, дряхлой, беззубой старушонкой, настоящей Бабкой-Ёжкой из сказки - в драном овчинном тулупе, в одном валенке и с самой настоящей костяной ногой, обутой в растоптанный лапоть! Но Милка её узнала сразу - по твёрдому злому огонёчку в глазах. А может, и потому узнала, что всё же была потомственной ведьмой и уже немножко могла видеть, понимать истинную суть и людей, и вещей, и даже сказочных существ, которые, оказывается, вовсе и не сказочные - а самые что ни на есть реальные?..

Милку

поразило ещё и то, что некоторые детали современной одежды у стариков не изменились и теперь каким-то диким образом сочетались со старинными вещами. Степанида Федосеевна, например, напялила свой драный тулуп поверх чёрной молодёжной майки с портретом зловещего Дарта Вейдера в жуткой чёрной маске. Выглядело это и страшновато, и, в то же время, как-то смешно и нелепо.

Лысые, беззубые, скрюченные и скорченные, хромающие, подпирающиеся громадными лесными корягами... Кто - вдвое выше обычного человеческого роста, кто - похожий на маленький лесной пенёк-обрубок... Кто - одет в звериные шкуры мехом наружу, украшенные бисером и ленточками, как зловещие фигуры в музее, кто - просто в густой шерсти до самых бровей, как какой-нибудь медведь... а с поясов свисают современные мобильные телефоны в разноцветных чехольчиках! Более несуразные фигуры и вообразить себе было невозможно.

– Шпашла ты, жначить, Вася, швою внучку!
– шепеляво зашипела на них Степанида Федосеевна, когда бабушка вместе с Милкой поднялись на сцену.
– Шперва в город её увежла, от наш шпрятала, а сейчас и шпашла?

– А ты как думала, Стёпа?
– сухо спросила бабушка, пододвигая Милке стул и усаживая её на виду у всех посреди сцены.
– Тебе, старая, не стыдно, между прочим, за все эти делишки? Хорошо, что твой сын в город работать переехал, обо всём мне доложил, так что не позволили мы с ним вашим Ваське с Настькой безобразия творить!

Милка в очередной раз за этот длинный волшебный день открыла рот. Это что же такое получается?! Что эта нелепая старуха... эта старая ведьма... Бабка-Ёжка с костяной ногой - родная бабушка младших Матюшкиных?! Если так - значит, недаром она утром к Милке и Светке подсела за щедро накрытым столом, уставленным заговоренными яствами!

– А што я шкажу?
– злобно зыркнула на Милку Степанида Федосеевна.
– Ты шама, Вася, все наши правила нарушила! Иж ведьм ушла, дочку свою нам на вошпитание не отдала, внучку от нас утаила! Отдала бы швою силу общщщществу - никто твою Милку и пальцем не тронул бы! А ты... и шама силой не польжовалашь, и нам от неё никакой польжы. Эгоижм это, вот што я шкажу!
– и Стёпа воздела к потолку корявый палец.

Ведьмы и лешаки, рассевшиеся в зале пред сценой, глухо загудели, хрипло заворчали, заспорили на разные голоса:

– Верно Степанида говорит, верно...

– Да ерунду Стёпа говорит, сколько можно так жить - по старым отжившим правилам!..

– Люди нам давно уже зла не причиняют, и мы им тоже больше вредить не должны...

– А Милка-то Милованова и должна была стать СтаршОй, вот давайте её саму и спросим...

Милка невольно сглотнула комок в горле и крепко стиснула бабушкину руку.

– Ну, всё?
– насмешливо спросила бабушка, когда лешаки и ведьмы немного успокоились и затихли.
– Все высказались?

Степанида Федосеевна громко высморкалась в какую-то тряпку, но промолчала, лишь продолжала сверлить Милку пристальным недобрым взглядом.

– Когда я выбрала для себя человеческую жизнь и перед переездом в город передала старшИнство нашему заслуженному лешему, старику Коловратову... где он, кстати?
– прервала себя бабушка.