Неделя колдовства
Шрифт:
– То есть?
– Милка разыграла удивление, посмотрев на бабушку широко раскрытыми, честными-пречестными глазами.
– Уроками я занималась. Как ты мне и велела.
– Да? А это тогда у тебя откуда?
– бабушка поджала губы.
– Что?!
– испугалась Милка.
– А вот это, - и бабушка указала на Милкины руки.
Милка оглядела свои руки: да они у неё все исцарапанные... Эти кусты, чтоб им! Перевернула кисти ладонями вверх... Н-да. На ладонях имелись явственные розовые припухлости -
Вот же бабушка у неё глазастая - ничего не упустит, ни единой мелочи!
– Бабушка, - Милка постаралась говорить уверенно, как это делают взрослые, когда читают свои нудные нотации "по воспитанию", - а то ты не знаешь, что дети вечно обо что-то стукаются, или... или обжигаются, или коленки разбивают? Ты прямо сама как маленькая, бабуль! Ну, играли мы... в "казаки-разбойники"... по кустам лазали...
– Ладно, - вздохнула бабушка, - иди завтракать.
Милка неохотно ковыряла вилкой омлет и маленькими глоточками пила своё любимое какао. Аппетита у неё не было, мысли разбегались во все стороны. Она пыталась разгадать очень странную загадку: каким образом её мешочек для семечек оказался в "секретке" Матюшкина? КАК это могло случиться?! Ведь семечки - Милка это ясно помнила, да что там - она это просто ЗНАЛА!
– она высыпала в кормушку для хомячков. Высыпала она их, и всё тут! Разве что несколько штук в складках мешочка завалялось. Высыпала - и положила опустевший мешочек в карман джинсов. Ну, допустим, эта противная Настя Матюшкина незаметно подобралась к ней со спины - ага, при всех, когда ребята уже были в классе и готовились к уроку?
– и ловким движением опытного фокусника вытащила мешочек из Милкиного кармана. Допустим. Вытащила - и отдала своему отцу. После уроков, предположим, передала ему... Но зачем ей это?! Бред же, люди? Бред! В чём тут смысл?! Ничего не ясно, всё как в тумане, и смысла в этом никакого вообще нет и быть не может! Вот так.
"Я, похоже, скоро на самом деле с ума сойду!
– с досадой подумала Милка, отодвинула тарелку с недоеденным омлетом и вылезла из-за стола.
– Или это какой-то фокус, или я не знаю что! Или... или... действительно - колдовство. Только этого мне и не хватало!"
– Ба, спасибо, я пошла, - Милка прошла в прихожую и сняла с крючка тёплую куртку.
"Ещё ведь с грязной одеждой надо будет разобраться, - подумала она, - незаметно отчистить её... Сплошные проблемы!"
– А где твоя джинсовка?
– спросила бабушка, выходя из своей комнаты.
– На улице тепло, не боишься изжариться в этой куртке?
– Мне она просто больше нравится, она... наряднее. Пока, бабуль!
– и Милка быстренько вышмыгнула из квартиры.
Милка очень расстроилась бы, если бы могла увидеть, как бабушка прошла в её комнату, постояла, озираясь по сторонам, потом подошла к её шкафу для одежды, нагнулась и вытащила мешок для сменной обуви, куда Милка запихнула свою джинсовую курточку. Бабушка порылась в мешке, достала курточку и исследовала её карманы. Увидев мешочек из-под семечек, бабушка нахмурилась и несколько минут задумчиво смотрела в окно. Потом она положила мешочек обратно в карман джинсовки, свернула её потуже, убрала в мешок для сменки и затолкала его под шкаф. Теперь всё выглядело так, словно никто к мешку для сменной обуви и не прикасался, кроме Милки.
Выйдя из комнаты внучки, бабушка села за стол в кухне, достала свой мобильник - подарок сына, Милкиного папы - и, пристально вглядываясь в экранчик через очки, набрала некий номер. Когда ей ответили, бабушка
выпрямилась на стуле и тихо, но отчётливо сказала:– Лысый, бей тревогу! Дело плохо, надо срочно доложить СтаршОму...
***
Светка топталась у дверей класса. Увидев Милку, Светка подбежала к подружке и крепко-крепко обняла её, словно не надеялась увидеть её сегодня живой и здоровой.
– Обнимашки!
– завопил на весь коридор Димка Шестопёров, выскакивая из-за угла, и состроил "умилительную" гримасу.
– Чмоки-чмоки! Сюси-пуси! Девчонки в своём репертуаре, гы-гы-гы!
– Заткнись, дурак!
– рявкнула на него Милка, и Димка, хохоча во всё горло, скрылся за дверью классного кабинета.
– Отпусти, ты чего?
– Милка отпихнула Светку.
– Со мной всё в порядке! Ты сама-то как? Родители твои не узнали, что тебя ночью дома не было?
– Не, не узнали, спали, как медведи в берлоге. А я... Мне... плохо!
– Светка шмыгнула носом.
– Теперь мне страшный сон приснился...
– Честно?!
– Милка прислонилась к стене, испугавшись, что вот сейчас, сию же минуту, она упадёт в обморок.
– Честнее не бывает, - Светка всхлипнула.
– Такой ужас, что я...
Зазвенел звонок.
– После расскажешь, - пробормотала Милка, отлепилась от стенки и, еле передвигая вдруг ставшие ватными ноги, пошла в класс.
Светка, вздыхая и сморкаясь в платочек, поплелась за ней. Девчонки сели за свою парту и мрачно переглянулись. Милка открыла тетрадь и покосилась на клетку с хомячками. Всё в порядке: зверьки весёлые, явно - сытые. Семечки горкой лежали в кормушке, пол клетки устилала шелуха.
"Ладно... я вам ещё покажу!", - неизвестно к кому обращаясь, подумала Милка и усилием воли сосредоточилась на теме урока по русскому языку.
***
Ни на одной переменке им со Светкой так и не удалось толком поговорить. Мешал шум, отвлекала беготня ребят в рекреации, и вообще - слишком много посторонних ушей было рядом. А шушукаться во время уроков было бы просто глупо - подружек рассадили бы по разным партам, и все дела. Так что пришлось им терпеть до окончания занятий.
Матюшкины сегодня вели себя на удивление тихо. Вася сиял улыбками по-прежнему, но помалкивал и, похоже, избегал Милку, шушукался о чём-то то со своей сестрицей, то с мальчишками. Настя перестала таскаться за Димкой Шестопёровым по пятам, но холодно сверкающие линзы её очков неизменно поворачивались в его сторону, что бы Димка ни вытворял на уроках или на переменках. Ни к кому другому в классе застенчивая Настюха никакого интереса не проявляла. И, похоже, её совершенно не беспокоил тот факт, что никто, кроме родного брата, с ней не общается. Прочие ребята вели себя, как всегда - шумели в перерывах и шуршали тетрадными листами и страницами учебников на уроках.
Когда отзвенел последний на сегодняшний день звонок, Милка и Светка, не сговариваясь, быстрым ходом направились в тот двор, где вчера обсуждали свои грандиозные планы по слежке за всеми "подозрительными лицами" - за членами семьи Матюшкиных и за Милкиной бабушкой.
Усевшись на уже знакомую скамейку, Милка положила рядом с собой тёплую куртку (она действительно в ней едва не зажарилась!) и приготовилась слушать.
<