Чтение онлайн

— Я его грохнул? Не вижу.

— Я вижу — макушка шлема. Отдыхает.

— Ждем второго.

Алекс перевел дух. Теперь легче. Первого он замочил — рефлексом от стенки желоба. Опять же, обработанный очень специфичным образом композит отражая заряд рассеял максимум десять процентов мощности. Работа, надо сказать, ювелирная. (Хотя приходилось выполнять и не такую; приходилось снимать «чучел» в таких позициях, по сравнению с которыми это был «детский сад»).

Виктор, продолжая скрываться за контейнером, начал второй рейс. Наконец снова сдержанный комментарий:

— Второй готов.

Второй

и третий рейсы прошли «как по нотам». Когда Виктор вернулся и поставил платформу к последнему «гробу» (система проводки работала только в объеме трюма, и платформу приходилось заводить внутрь), из глубины ударил разряд. Виктор успел спрятаться за платформу и увести ее в «тень» контейнера.

А второй гость продолжал бить — по контейнеру. Разряды рассыпались в полумраке трюма жгучими молниями.

— Похоже, у него сдали нервы, — сказал Алекс. — Я не шучу.

— Какие шутки?! Триплекс — он хоть и триплекс, но больше минуты не выдержит! Прикинь что может случиться?

Алекс уже мчался к контейнеру. Гость на локали — питается от системы всего корабля, то есть может лупить хоть до скончания света. Вот Алекс на месте — за прикрытием «триплекса», слева. Тройка разрядов пирата, Алекс оценил рефлекс, прикинул — откуда тот может бить. Сейчас злодей «закипит» — карабин возьмет паузу на охлаждение. Алекс перелетел за кольцо порта, замер. Выбрал точку на северной стене трюма, отрегулировал карабин, выстрелил.

Поток молний иссяк.

— С этим будет сложнее, — прокомментировал Алекс. — Это тебе не канава за терминатором. Быстро!

Алекс переключил карабин в «веер», зачистил свою смежную зону, выскочил из-за прикрытия, перелетел двенадцать метров до ближайшей колонны трюма — правой южной (второй, если считать по спецификации, по часовой стрелке начиная с правой северной). Виктор сделал со своей стороны то же самое, и застыл за своей первой.

Ответом послужил веер пирата. Кретин, очевидно, засел у противоположного порта, также переключил ствол, и выжигал теперь все пространство пустого трюма. Обшивка триплекса отвечала оранжевым всплеском на каждый разряд. Индикаторы статуса по верхним углам горели даже не желтым — они уже мигали красным.

— Веера ящик тоже долго не выдержит, — отозвался Виктор.

— Сейчас наш друг снова вскипит, терпение.

Наконец плазменный шквал иссяк. Алекс выглянул из-за колонны, снова активировал «веер», выжигая весь доступный объем шлюза. Виктор сделал то же самое. ТТС-4280 — оружие превосходное, но вот веер у них только 88 градусов (у каждой медали есть обратная сторона). У кретина остается целых две зоны — скрыться от двух таких вееров, при данной конфигурации объема и позиций стрелков, — в углах трюма, по диагоналям соединяющим центры колонн, четных или нечетных, в их «тенях».

— Так он свалил или нет? — позвал Алекс. — Или забился в уголок?

— Уголки можно почистить.

Они переместились к внешним граням колонн — обращенным к северной и южной стенам. Два веера, и северный и южный сегменты трюма «почищены». Алекс выглянул из-за колонны, осмотрел свой сегмент.

— У меня трупика нет.

— У меня тоже.

— Так он свалил или нет? А то мы, может, месим тут воздух. Я уже не соображаю, честно.

— Если нет,

надо выяснить за какой колонной приятель коротает время. Ты сиди тогда. А то еще меня поджаришь.

Если злодей в трюме, не «слился» через левый лифт или шахту, тогда торчит либо за левой северной, либо за левой южной колонной — за штаговой гранью, со стороны борта. Два места в «тени» колонн, которые от правого шлюза закрыты. Что бы сам Алекс сделал в такой ситуации? (Кроме как сдаться, конечно.) Да ничего. Такой ситуации просто нельзя допускать.

Алекс следил за тем как Виктор медленно сделал четыре шага, снова ударил. Затем еще два. В такой конфигурации объема, пират даже если успеет выставить из-за колонны ствол, то ответить уже не успеет. Веер Виктора опередит, и карабин стрелка не активируется по перегреву (это как минимум, даром что дело может решить реально доля секунды). Пират сейчас заперт как шахматная фигура которой никуда не по…

Сноп ослепительных молний вспорол центральный северный сегмент трюма. Виктор остановился в своих трех метрах от своей первой колонны. Рефлекс веера пирата, даже от такого ствола как ТТС-4420, не причинил Виктору вреда. Рефлекс от веера на таком расстоянии (и под таким углом) — это не бить «точкой»… Зато тех шести метров, которые отделяли стрелка от северной стены трюма, хватило чтобы пробить даже К-350. Левый край веера вошел в стену и отразился почти под прямым углом.

Алекс выглянул, навел визор. Из-за четвертой колонны торчала вытянутая нога.

— Готов, — резюмировал Алекс. — Нервы надо держать в порядке.

— А что бы ты выбрал, сам, в такой ситуации? Сдаться, свихнуться, или поджариться?

— Не знаю, честно. Но в любом случае не стал бы лупить в стену как в зеркало.

— А может он думал, что рефлекс от веера — так себе, хрень?

— Скажи уж он просто вообще не знал что такое рефлекс… Ладно, пошли.

Алекс развернулся, собираясь направиться к контейнеру, чтобы выполнить последний рейс, как чуть не оглох. Шлем, казалось, раскололся сигналом со шлюпа. В визоре вспыхнула схема — данные скана.

— Вот тебе раз! — воскликнул Виктор. — Новые гости!

— Две железки. Надеюсь здесь у них больше нет?

— Но как?

— Идея только одна. Пространственная конфигурация.

— То есть — когда все четыре ящика стояли рядом…

— Да. Мы их разделили, и наша мертвая зона теперь ожила. И они нас засканили.

— У нас максимум пятнадцать минут, — озвучил Алекс данные прогноза.

— И еще не факт, что мертвая зона восстановится, если мы снова соберем барахло в кучку.

— Не факт. Надо шевелить чулками.

Алекс побежал к платформе, которая скрывалась за черной массой контейнера.

Платформа скользила по рыхлому грунту, оставляя прозрачные «колбаски» пыли. Статус контейнера тревожно пульсировал красным, и теперь главное было быстрее убраться, чтобы очередной идиот не вздумал устроить очередной тир.

— Еще целых сто метров, — сказал Алекс, чувствуя, что усталость и нервное напряжение все-таки начинают забирать свое. — Только бы ничего не случилось, еще что-нибудь.