На восток
Шрифт:
Люк издал что-то среднее между стоном и хныканьем.
— У вас стальная воля, мисс Холлистер, — сказал он. — Если тебе понадобится перерыв, то я всё ещё здесь, думаю о тебе.
Мне удавалось держаться подальше от Люка, пусть это и оказалось тяжелее, чем я ожидала. Я избегала даже мысли о том, чтобы забраться ночью к нему в постель, несмотря на то, что каждая моя частичка хотела свернуться калачиком в его объятиях, ощущая тепло его кожи. Со временем я поняла, что мои стены начали рушиться. Я видела, как Люк, несмотря на своё желание, по возможности старается держаться от меня на расстоянии.
В четверг поздней
— Привет, — произнёс он сиплым голосом, отодвинув стеклянную дверь локтем.
— Что ты делаешь? — спросила я, впитывая каждый сантиметр его тела, словно обезвоженная собака, наконец дорвавшаяся до воды.
— Узнаю, как у тебя обстоят дела.
— Никак, мне нужно ещё время.
— Так я и думал. — Он приблизился ко мне с помятым ото сна лицом и протянул мне кружку. — Возьми.
Я уставилась на чашку кофе с застрявшими в горле эмоциями. Сделав глоток, прочистила горло, надеясь выдавить из себя слова, которые словно застряли там.
— Ты в порядке? — спросил Люк, дотрагиваясь до моего плеча.
Я кивнула, наконец поймав его взгляд.
— Просто я думала… Кроме отца, который по закону обязан это делать, никто прежде не заботился обо мне, — объяснила я. Слёзы жгли мне глаза, и я зевнула, чтобы скрыть эмоции. — Так что… спасибо. За кофе.
Я подняла голову и встретилась с тёплым взглядом его глаз.
— Не за что. Забота о тебе — это самое естественное и приятное из всего, что я когда-либо делал. Только попроси — и я приготовлю даже сто тысяч чашек кофе.
— Может, именно такое количество кофе мне и потребуется, чтобы выжить в этом институте, — произнесла я, спрятав улыбку.
Попивая свой кофе, Люк взглянул на манекен.
— Я могу чем-то помочь?
Я покачала головой.
— Если только ты умеешь пользоваться швейной машинкой.
— Думаю, от моих навыков шитья твой преподаватель может с криком убежать.
— Возвращайся в постель. Тебе вставать через три часа.
— Я останусь с тобой.
— Зачем?
— Для моральной поддержки, — ответил он таким тоном, словно это было самое естественное действие на всём белом свете.
— Ты просто собираешься сидеть и наблюдать, как я работаю?
— И ещё красиво выглядеть, — ответил Люк и устроился в кресле, положив ногу на ногу.
— В таком случае держи, — сказала я, бросая ему ткань. — Погладишь?
— Это я могу.
Модели были закончены примерно в полшестого утра. Я отошла, чтобы полюбоваться своей работой. Мою грудь распирало от гордости. Возможно, это от недосыпа, но, как по мне, мои проекты были достаточно хороши, чтобы украсить подиум, пусть и не на неделе моды. Когда лучи солнца скользнули по кирпичным стенам квартиры, я пришла к осознанию того, что моё будущее связано с модой. Я, чёрт возьми, хороша в том, что делаю. И если профессор Рамирес не видит этого, то это его проблемы.
Сложив одежду в сумку, я повернулась к Люку, который, положив голову на рулон ткани, спал на полу на ковре. Бедняга засиделся со мной, хотя я и дала ему парочку заданий. Выполнив их, он всё равно не ушёл, но сил держать глаза открытыми у него совсем не осталось.
Зевнув, я опустилась на пол и устроилась в его объятиях.
—
Э-э-э… сколько времени? — спросил Люк, притягивая меня к себе.— Около шести, — ответила я, закрывая глаза.
Он поцеловал меня в лоб и откинулся назад. Я положила руку на его грудь и растопырила пальцы.
— Ты не собираешься в спортзал? — пробормотала я, засыпая.
— Только не сейчас, когда ты снова в моих объятиях.
И после этих слов я провалилась в сон.
***
Дорога в институт с большим складным саквояжем оказалась тем ещё испытанием, особенно когда пытаешься не помять одежду. Хорошо ещё, что я вышла заблаговременно. Ребята гудели от волнения, все бродили и разглядывали проекты друг друга. Я сохраняла спокойствие, пока профессор Рамирес не зашёл в кабинет и не объявил, что нам следует покинуть аудиторию.
— Я буду вызывать вас по очереди, дабы оценить работы каждого.
Я всё ещё стояла рядом с манекеном, в то время как профессор подошёл к моему столу.
— Вы выполнили задание? — спросил он, когда я выставила все три свои модели.
— Да.
— Тогда, пожалуйста, присоединитесь к своим однокурсникам.
Я уже начала уходить, когда что-то заставило меня вернуться обратно.
— Я просто хочу сказать, что независимо от того, что вы обо мне думаете, я знаю, что мои модели хороши, — сказала я, с каждым своим словом выпуская пар. — Мне нравится модный дизайн. И иногда у меня неплохо получается. Поэтому, даже если вы решите, что мне стоит сменить специализацию или вам не понравятся мои модели, я всё равно останусь.
— Вы закончили? — Когда я кивнула, мужчина продолжил: — Тогда давайте с вас и начнём, раз уж вы всё равно здесь.
Сложив руки за спиной, он обошёл вокруг манекена, молча оценивая мою работу. В свои сорок лет профессор Рамирес обладал копной густых тёмных волос, красивым лицом и тонкой бородкой. В нём чувствовалась стальная сдержанность, которая напоминала мне о Люке.
Профессор коснулся рукава одного предмета одежды и перевёл на меня взгляд с ошеломлённым выражением на лице. А после начал указывать на каждую ошибку, которую только смог найти.
— Здесь немного неравномерный шов. Подол этого платья должен быть короче. Вот эти торчащие нитки стоит обрезать.
Я щетинилась от каждого упрёка, воплями отражающегося в моей голове. «Ваш нос слегка неровный! Ваша борода должна быть короче! Ваш живот следовало бы подтянуть!» Но я отступила и приняла все замечания, в глубине души понимая, что профессор прав.
— Ну? — Профессор скрестил руки на груди, ожидая… а чего, собственно, ожидая?
— Что ну?
— Разве вам не хочется возразить?
— Нет. Вы правы во всём. Модели не идеальны, — ответила я. А затем решила, что пошло всё к черту, и просто выпалила: — Они отражают мой стиль, одежду, которую я хочу создавать в будущем. Это сплетение мягкости и жёсткости — заявка на то, что женщина может носить одежду, которая подчёркивает не только её элегантность, но и силу.
Кивнув, профессор Рамирес сжал губы.
— И, сделав эти проекты, вы думаете, что можете остаться в моей программе?
— Да, определённо, — выпрямившись, ответила я и попыталась понять выражение лица мужчины. — Я остаюсь, профессор. Вам придётся «завалить» меня, если хотите, чтобы я ушла.