Мой Бастион
Шрифт:
Конечно, разумней всего было просто уйти в тыл и попытаться перегруппировать силы, но что-то потянуло ноги Индицибуса навстречу войскам Теократии.
Тот, кто не был осведомлен о характере крестоносца, мог посчитать, что им движет жажда мести. Эдакое воинское желание отыграться. И в данный момент они не были бы неправы.
Продолжая идти, Индицибус обратил внимание на одно тело, безвольно лежащее вместе с расчлененными солдатами Теократии. Мужчине хватило всего несколько секунд, чтобы узнать в нем лича, которого он отправил на переговоры.
До битвы ему кратко изложили итоги встречи, и крестоносец не был от них в восторге. Лич не только ослушался
И все же крестоносец не злился на него. Он понимал, что не поступок лича спровоцировал врага на применение той магии, — а даже если и он, то у Отвергнутых и так не было другого выбора, кроме как пойти на открытое столкновение, так что ее бы применили в любом случае. Однако печали из-за его смерти он также не испытывал.
Нельзя сказать, что он был черствым или недолюбливал личей (скорее, они его недолюбливали), но сейчас дело действительно было не в этом.
Подойдя к телу лича, Индицибус выставил вперед свою правую руку.
— [Вернуть душу].
Кости лича начали испускать фиолетовое свечение. Земля под ногами крестоносца затряслась, а скелет начал подниматься на ноги. Из-за жара вся его одежда сгорела, а некоторые части тела отсутствовали, но все это начало восстанавливаться прямо на глазах. Пепел начал подниматься по ногам скелета, образовывая черную мантию и постепенно перебирался на кости. Отросшие пальцы сжались в кулак, в котором тут же начала собираться мана. И вместе с тем, как восстановление завершилось, в глазницах лича появились зеленые огни.
— Мы думали, вы появитесь раньше. Возникли трудности?
— Не стоит благодарности…
Хотя огромное количество повреждений не дало бы воскресить лича не при каких обстоятельствах, но он спокойно разговаривал с Индицибусом, будто ничего не случилось. В общем-то, его и не воскрешали.
Личи — это существа гильдии, которые очень недешевые, так что для уничтожения недостаточно просто убить их. Разумеется, их можно вывести из строя, но они никогда не умрут, пока жив высший лич. Если же их удастся довести до состояния, при котором обычный юнит был бы уже мертв, — например, уничтожить их кристалл жизни — то души личей объединятся с высшим личем, после чего их сможет вернуть любой член гильдии, обладающий правом управлять армией (кастомные NPC также в состоянии это сделать).
Для безопасности все высшие личи на время атаки были телепортированы на базу, так что никаких проблем с восстановлением просто не могло быть.
— Итак, — лич посмотрел на армию Суста. — Мы отступаем?
— Ты струсил?
— Вопрос некорректный. У нежити нет таких чувств.
— Значит, ты исключение?
Может, выражение лича и не изменилось, но когда он посмотрел на Индицибуса, тот сразу почувствовал его недовольство.
— Враг численно превосходил нас и до того, как гарнизон был разбит. И мы не знаем, могут ли они использовать это оружие еще раз, так что подкрепление вызывать нельзя. Оставить город — единственно верное решение.
Индицибус задумался. Если откинуть эмоции, то в его словах была логика. Как-никак, личи одни из умнейших существ Отвергнутых, а сам Индицибус хоть и не был глуп, но его тактические знания находились на уровне любителя. И все же…
— Поступай как знаешь, а я сделаю то, что должен.
Не дожидаясь ответа, Индицибус
прошел мимо лича, направляясь прямо к наступающему врагу.Общение с личем помогло ему успокоиться и переключить свое внимание, но он не забыл, что все еще несет ответственность за ситуацию, в которой они оказались. Так что он решил во что бы то ни стало уничтожить армию Сустовской Теократии и еще раз напомнить, что будет с теми, кто идет против Отвергнутых.
От неожиданности лич даже открыл рот, но его самообладание быстро вернулось к нему. Посмотрев на спину Индицибуса, а потом на разрушенную стену Слеима, скелет, кажется, также сделал выбор.
— Не думайте, что Мы позволим вам забрать всю славу себе, — пристроившись слева от крестоносца, лич начал испускать угрожающую ауру. — Хоть мы и на одной стороне, но личи на деле докажут, что Мы лучше генералов во всем, включая открытый бой.
— Ага.
Не показав никакого интереса к намерениям лича, Индицибус все же ухмыльнулся про себя. Достав из пустотного мира миниган, он приготовился дать врагам настолько серьезный отпор, на который только был способен.
* * *
Зарам пребывал в приподнятом настроении. Сидя верхом на лошади, он наблюдал за тем, как его крестоносцы маршировали на поле боя (если его еще можно так называть). Фактически они уже вошли в город, так как вместе с атакой святой магией во фланги ударила конница, которая без труда разбила слабую оборону Отвергнутых, но Зарам желал лично участвовать в захвате, так что сразу повел свои войска в бой.
К слову, подобный опыт был для Зарама в новинку. Обычно города не штурмовали, а держали в кольце, постепенно изматывая окруженных, после чего те сами выходили сдаваться. Это помогало избежать лишних жертв и уничтожения важных объектов города, хоть и было значительно дольше по времени. Вот только с нежитью такой трюк не пройдет.
Верхи Суста уже слышали о том, что армии Тхоута удалось отбить несколько городов, оккупированных нежитью, так что они решили перенять их опыт ведения боя с подобным противником. Хотя разница в силе между той нежитью и Отвергнутыми была колоссальной, но в конечном счете она меркла на фоне «Гнева Богини».
Многие слышали об этом козыре и сильно боялись его, хоть и не знали, что он собой представляет. Некоторые рассказывали о том, что на службе Преиха есть священный дракон, чье пламя выжигает города и плавит броню прямо на телах солдат. Другие уверяли, что это просто большое число магов, которые одновременно используют магию огня, чем создают образ страшного оружия.
В общем, версий было множество, но все отложили в сознании людей, что с Преихом лучше не ссориться. И это не считая того, что их солдат было настолько много, что после развала они составили четыре полноценные армии.
И раз козырь и армия остались у Суста, то ему вряд ли кто-то объявит войну. Даже старые соотечественники с большими ресурсами не желали вступать в конфликт с Теократией. Так что у «святой нации» остался только один противник, который представлял для них реальную угрозу. И Зарам был готов продемонстрировать, что даже этот враг не сможет устоять перед мощью высших сил.
Вероятно, после этой победы Преих может начать объединяться вокруг Суста. Даже есть шанс, что их территории станут еще больше, так как они без какого-либо сопротивления смогут забрать себе нейтральные земли, которые раньше принадлежали им только на словах.