Мой Бастион
Шрифт:
— Тенерис! Инсомния!
— Госпожа… кха-кха. — Тенерис перевела на Хитори свой усталый взгляд, что та смогла заметить через дырку в маске. — Мы на задании, так что не называйте нас по… имени.
Состояние девочек было даже хуже, чем описал солдат. У Инсомнии были серьезные ожоги по всему телу, а ноги ниже колен сгорели дотла. Сейчас единственным признаком того, что она была жива, было ее прерывистое дыхание.
В случае Тенерис непонятно, как она вообще смогла заговорить. Слева ее тело было изуродовано до неузнаваемости, а через лицо проглядывали части черепа.
Не обращая
Тела девочек окутал свет, который сразу перескочил на пораженные участки. Понимая, что подобные меры действуют не сразу и могут не успеть помочь, Хитори достала из инвентаря пару склянок с красной жидкостью. Влив их в рот Тенерис и Инсомнии, девушка села рядом и положила руки на их плечи.
— … Отдыхайте. Как только я узнаю, кто это сделал, то лично прослежу за тем, чтобы его смерть не была легкой.
Тенерис посмотрела на нее и поняла, что Хитори была серьезна как никогда. Ее ничего не выражающее лицо едва заметно изменилось, но даже этого хватило, чтобы прочувствовать эмоции своей госпожи.
Обычно Тенерис бы сильно изумилась такому, но сейчас она была не в лучшем состоянии и кое-что ее беспокоило больше, чем кара виновника.
— Кха… Госпожа, а с Господином все в порядке?
Хитори широко раскрыла глаза.
— … Что? А что с ним должно было случиться?
— Когда все… когда ударил свет, Господин отбросил нас в стороны, но принял на себя основной удар. Скажите… с ним все хорошо?
— …
Без единого слова Хитори убрала руки с плеч девочек и встала с земли. Медленно подойдя к ошарашенному бойцу, который словно что-то осознал, она просто стала ждать, пока он не ответит на вопрос Тенерис вместо нее.
— Не может быть… значит, тот скелет… А? — не успев завершить свою мысль, солдат обнаружил, что Хитори больше не стоит возле него. Развернувшись, он увидел только пыль, которую она подняла в воздух.
В мыслях девушки не было ничего — сейчас она действовала на автопилоте. Ей даже не нужно было спрашивать у солдата дорогу, чтобы найти скелет, о котором он говорил.
Остановившись у повозки, в которой лежали тела покойных ударных, Хитори обратила внимание на одно из тел, которое казалось чуть больше остальных и имело странные кости. Девушка быстро вытащила его, после чего рухнула на колени.
В ее грудь словно ударили ножом. Ее тело обмякло, а руки начали дрожать. Положив голову скелета на свои колени, Хитори сняла с себя маску, как вдруг из ее глаз потекли слезы.
— … Брат.
Смотря на идеально гладкий череп, о который разбивались небольшие капельки, Хитори видела только лицо своего покойного брата. Хотя она до конца не хотела верить в подобный исход, но это без всяких сомнений было его тело. Прикасаясь к нему, она даже ощущала исходящее от него тепло, столь знакомое, что ни с чем не перепутаешь.
— … Ты снова подставился под удар. Столько слов про эгоизм, но ты все равно спас их.
Хотя Хитори испытала гордость за Сэдэо, но все это быстро сошло на нет. Девушка приподняла скелет своего брата и крепко обняла.
— Нет… гх… Нееет!
Отчаяние
заполнило душу молодой девушки. Рыдая над телом самого дорогого человека, она проклинала весь мир за то, что тот посмел забрать его у нее.* * *
Тайан открыл глаза от того, что его ударили в лицо.
— Арх! Какого… гха! — не успел старик прийти в себя, как в него прилетел еще один удар. И еще один. И еще…
— … Мразь! Ублюдок!
— Госпожа, пожалуйста, успокойтесь! Он нужен для допроса! — лейтенант Зон и еще несколько бойцов пытались оттащить Хитори от первосвященника, но девушка продолжала наносить ему тяжелые удары.
— … Убью! Уничтожу! Превращу в ничто!
Зон и его люди уже слышали о том, что Сэдэо погиб, и тоже хотели бы избить этого человека, но сейчас нужно было выведать у врага ценную информацию, чтобы не допустить еще больше жертв. Видя, что Хитори не уступает, лейтенант посмотрел на бойцов и сжал в воздухе кулак. Ударные разом навалились на свою госпожу, пока двое других оттаскивали первосвященника.
Сэдэо еще после Эс-Мады заметил, что Хитори не всегда способна держать себя в руках. Тогда она разбила королю Преиха череп, что шло вразрез с их изначальным планом, и сейчас была похожая история. Для предотвращения такого исхода был издан приказ для бойцов, если они заметят нечто подобное, о чем Хитори также была в курсе. Она совершенно не возражала, так что когда ее обездвижили, она довольно быстро пришла в себя.
— … Я спокойна, лейтенант. Отпустите меня.
— Точно? Хорошо… Парни, встаем!
Отступив от Хитори, солдаты слегка поклонились, явно чувствуя вину за то, что не позволяют ей делать то, что она хочет. Девушка продолжала сжимать кулаки, но все же ответила бойцам благодарным кивком.
Подойдя к первосвященнику, она подняла его лицо вверх и стала сверлить взглядом. Его физиономия была совсем непохожа на ту, которая была у него минуту назад. По нему стекала кровь, два передних зуба были выбиты, а в месте, куда легли удары, кожа была разорвана. При этом он постоянно улыбался.
— Кхе-хе-хе… Мы же с вами раньше не встречались? Ай! — получив удар от бойца сзади, Тайан развернулся.
— Перед тобой один из лидеров Отвергнутых. Говори только тогда, когда тебя спросят, урод!
Будь здесь Сэдэо, он бы попросил солдата успокоиться, но Хитори, кажется, считала его действия уместными. Во всяком случае, она не хотела, чтобы этот человек жил хотя бы на секунду дольше, чем нужно, поэтому хотела поскорей закончить допрос без лишних разговоров.
— … Как ты применил ту магию?
— Аха-ха, уверяю, я готов вам все рассказать. В конце концов, мне, как служителю Богини, нужно уведомлять родственников погибших о причине смерти, ха-ха-ха. Гха!
Почувствовав, как по затылку его сильно приложили кулаком, первосвященник слегка притупил свою радость, хотя улыбка с его лица так и не спала.
— … Так как же?
— Что ж, в этом нет ничего тайного. Моя сила идет от веры в Богиню. Именно она дала мне власть отнимать жизни у грешников, а каким именно способом не столь важно.