Чтение онлайн

– На сто процентов, – ответила Руби, – но если я его спрошу: «Хитч, как ты думаешь, не может ли ЛБ оказаться убийцей?» – что он на это скажет? И, честно говоря, я не уверена, что хочу задавать этот конкретный вопрос, по крайней мере, до тех пор, пока у меня на руках не будет как можно больше информации. И еще какое-нибудь оружие, и, возможно, место, где можно спрятаться.

– Ты боишься? – спросил Клэнси.

Руби посмотрела в темноту за окном.

– Угадал, боюсь. Если бы я не боялась, меня можно было бы считать сумасшедшей.

– И что ты будешь делать, когда в следующий раз

встретишься с ней лицом к лицу?

– Полагаю, буду сохранять спокойствие. Нужно ничем себя не выдать, вести себя как обычно, – ответила Руби.

Это соответствовало ее правилу 51: если не доверяешь другим игрокам, плотнее прижимай карты к себе.

– Бродяга вернулась, – произнесла миссис Дигби, когда Руби вошла в дом через кухонную дверь. – Где тебя носило?

– Я пыталась решить вашу проблему с грибами-баранами.

– Ну что ж, выкладывай, – с искренним изумлением потребовала миссис Дигби. – Повезло хоть?

– Мне указали их след, – ответила Руби.

– И кто же?

– Понимаете, мне не следует раскрывать мой источник информации, но могу сказать, что шестеренки уже крутятся и есть немалый шанс, что к концу недели я раздобуду вам грибы.

– Отличная работа, – одобрила миссис Дигби. – Как минимум одно печенье ты заслужила.

– Всего одно? – жалобно спросила Руби.

– Не надо перебивать аппетит перед ужином, – сказала миссис Дигби.

Руби взглянула на стол, накрытый для двоих, и поинтересовалась:

– Хитч придет?

– Пусть уж лучше придет, я приготовила столько жарк'oго, что хватит на целую армию.

Она потянулась за половником, но ее прервал звонок телефона.

– Добрый вечер, конечно… Что?.. Нет, я такое не одобряю. Вам ваша матушка никогда не говорила, что не следует пропускать трапезу? Это путь к безвременной могиле… Оставлю в подогревателе, если пес не доберется до этой еды первым. – Она положила трубку.

– Он не придет? – угадала Руби.

– Он сказал, что ему срочно нужно куда-то ехать – что-то насчет друга, у которого сломалась машина. – Домоправительница неодобрительно фыркнула. – Он не задержится на этом свете, если не будет выделять время на то, чтобы поесть.

– Я и не знала, что у него есть друзья, – заметила Руби.

– Слишком много друзей, если хочешь знать мое мнение, – отозвалась миссис Дигби. – Уж очень он хлопотал, отправляя меня в этот круиз. Ему не терпелось побыстрее отделаться от меня.

– Ну, вы хотя бы по Карибскому морю путешествовали, – вздохнула Руби. – А меня он на месяц загнал в самую глухомань.

Домоправительница взяла собачью миску и положила Багу изрядную порцию еды.

– Любой поймет, что он хотел от нас избавиться.

Руби решила лечь спать пораньше: ей надо было выспаться, и если улечься сразу после ужина, то можно урвать целых десять часов сна. Это было бы весьма кстати, но ей удалось поспать всего пять часов, да и то с перерывами. Сначала раздался звонок из Парижа.

– Привет, это мы.

– Бонжур, мама, бонжур, папа. И кстати, quelle heure est-il?

– Пардон?

– Который сейчас час?

– Почти

обеденное время, а у тебя?

Руби потянулась за своими часами.

– Три часа ночи.

– Ой, Руби, ты, наверное, уже спала! – спохватилась мать.

– Да, но вы можете попытаться позвонить позже, часов в шесть вечера, или намного раньше – между Парижем и Твинфордом десять часов разницы, мы отстаем на шесть часов.

– А я думал, Твинфорд на девять часов впереди, – сказал ее отец.

– Совсем наоборот, папа.

– В таком случае крепкого тебе сна! – пожелала Сабина.

– Bon app'etit, – ответила Руби.

Час спустя она проснулась снова, на этот раз от жужжания мухи. Судя по настойчивому зудению, муха уже была в предсмертных судорогах, и производила этот звук, лежа на спине, лапками вверх.

Все еще не проснувшись, Руби попыталась прихлопнуть муху, но ее ладонь ударилась о край чего-то твердого. Открыв глаза, Руби увидела, что звук издает не назойливое умирающее насекомое, а ее спектровские «спасательные часы», лежащие на прикроватном столике. На циферблате мерцали слова, начертанные зеленым. Сообщение от Хитча:

Городской планетарий, 04:35, ряд Е, место 6

Было четыре часа утра – не самое приятное время для пробуждения. Но если Хитч намеревался сопроводить ее в штаб-квартиру для беседы с начальницей (и предположительно убийцей), то четыре часа утра были ничуть не хуже, чем любое другое время суток.

Руби потянулась за своими очками, с трудом поднялась на ноги, упала, выругалась, доковыляла до ванной, почистила зубы, причесалась и уставилась на свое отражение мутным взглядом.

«Редфорт, тебе нужно собраться», – сказала она себе.

Руби решила, что единственный способ проснуться окончательно – это залезть под душ. Так она и сделала, и это сработало. Потом она посмотрела в предутреннюю темноту за окном и решила: «Холодно. Холоднее, чем вчера». Температура на улице действительно упала.

Руби откопала в шкафу теплые колготки, натянула поверх них джинсы, надела теплую нижнюю кофту, футболку с надписью «Не будите меня», черную толстовку на молнии, зимнюю парку и шапку с ушами. Снега не обещали, но воздух бы ледяным. Одевшись, Руби подхватила рюкзак, на цыпочках сбежала вниз по лестнице и вышла из дома через парадную дверь. На станции подземки «Грин-стрит» было малолюдно – только рабочие, едущие с ночной смены, да редкие «ранние пташки».

Оказавшись возле планетария, Руби с удивлением обнаружила, что двери открыты и в кассе сидит мужчина, продающий билеты. А ведь она уже была готова проникнуть в здание каким-нибудь хитрым путем.

– В чем дело? – спросила Руби, подойдя к кассе.

– То есть – в чем дело? – переспросил молодой продавец билетов.

– Почему вы открыты? Сейчас только половина пятого утра.

– Мы празднуем годовщину прошлогодней высадки на Луну – ну, «Аполлон-11», знаешь? – сказал билетер.

– Не хочу портить вам веселье, но вы в курсе, что пока еще рановато? – осведомилась Руби. – Годовщина будет седьмого декабря.