Чтение онлайн

В конце концов, Лили решила, что либо кто-то украл шар по ошибке, либо в окрестностях намечается самое дурацкое убийство десятилетия. Тем не менее, она решила перенести в другое место кристалл долголетия - вдруг шар расколется о чью-то чугунную голову или кто-то опять ошибётся!

– По крайней мере, у нас есть шар, - рассуждала Рамона, - он тоже в хозяйстве пригодится.

– Штука хорошая, хоть и не кристалл, - согласилась Катрин.
– Можно посмотреть, чем занята Лили.

Две ученицы ведьмы поставили хрустальный шар перед собой и вгляделись в него. В это время Лили как раз несла кристалл по коридору.

– Гляди-ка!
–

воскликнула Рамона.
– Кажись, догадалась.

– Молодец, ничего не скажешь, - похвалила Катрин, - только куда она его принесёт?

Лили Ветровоск свернула направо и приблизилась к буфету.

– Туда же, где стоял шар, - констатировала Рамона.

– Ха!
– воскликнул Церн, стоявший сзади.
– А хозяйка-то не дура! Если вор видел, что в комнате ничего не осталось, он туда больше не сунется.

– Теперь Лили стала запирать двери, - поведала темноволосая ведьма, глядя в шар.

– Плохо, - покачал головой Церн.

– Но поправимо, - добавила Катрин.
– Раз она запирает двери, значит, у кого-то есть от них ключи.

– У неё и есть, - буркнул Церн.
– Держит их, небось, у себя под подушкой.

– У неё-то само собой, - возразила Катрин, - только не больно-то ты поспишь с ключами под подушкой - звенят сильно. К тому же, не будет же она вскакивать от любого шороха где-то в дальней комнате, дабы проверить, что там. Она у нас хозяйка, то есть поспать любит. А раз так, то ключи навесят на кого-нибудь из гарнизона, чтобы он с ними наперевес совершал занудные обходы. Не знаю, как у них тут, но когда я служила в Страже, ключами обычно заведовал тот, кому больше нечем было заняться, а именно самый молодой новобранец. Такие ещё и самые пугливые вдобавок.

– Хо-хо, - довольно потёр руки Церн, - раз так, то мы эту каморку враз откроем!

– А вот и он, - не отрываясь от шара, произнесла Рамона, - не такой уж и хлюпик.

В пространстве шара возник старшина, похожий на пару небольших шкафов, стоящих вплотную друг к другу. Он огляделся по сторонам и подал хозяйке увесистую связку ключей.

– Зачем тут такой детина, если дверь можно плевком перешибить?
– всплеснул руками Церн.
– Не одну же несчастную связку охранять.

– Нет, гляди, - подняла вдруг руку Подпруга, - не в ту же комнату она несёт, а в соседнюю. Как раз напротив буфета.

– Точно, - задумалась Катрин, - и этот молодчик ей дверь открывает.

Церн схватился за голову.

– Видал я там такую дверь, - объяснил он, - даже на вид тяжёлая. Одному мне не справиться.

– Тогда проберёмся втроём, - предложила Катрин.

– Ну да, - фыркнул Церн, - и поднимем такой шум, что даже глухие посмотреть вылезут. Та Лиона, что делала ноги через дыру, наверное, перед тем месяца три ничего не ела. Чтобы без проблем пролезть в эту нору для скелета, надо, чтоб кто-то поблизости очень уж сильно шумел.

– Шумел? А это идея!
– усмехнулась Катрин.

– Уж не думаешь ли ты сама вопить?
– удивилась Рамона.

– Зачем? Всего лишь навсего надо пойти к этому местному певуну и уговорить его устроить репетицию в это время.

С этими словами Катрин встала и вышла из комнаты. Рамона и Церн ещё долго смотрели друг на друга, прежде чем в унисон пробурчали:

– Всего лишь навсего...

***

– Какой кошмар!
– возмущалась Катрин, рассматривая свою одежду.
– Хозяйка явно позаботилась о том, чтобы я никуда не сбежала, не рискуя помереть со стыда.

– А что не так?
– не понимала Рамона.

– Видишь

ли, - Катрин указала на гардероб, - из одежды у меня есть только вот эта ночная рубашка, которую тут зовут платьем, такая же в рюшечках, которую называют парадным платьем, и такая же в горох. Как я в этом к барду пойду?

Рамона пожала плечами.

– Иди как есть.

– Как есть можно только в окрестных деревнях вышагивать. А это богема.

– Кто?

– Богема. Ну, знаешь, когда человек витает в облаках и ведёт примерно такой же образ жизни, как мы с Церном здесь.

– Да?
– Рамона выпучила глаза.
– А я думала, это у вас амнезия, а это вон чего - богема! Даже звучит как болячка. Тогда тем более иди как есть: сама от этой богемы вылечилась, может, и певуна исцелишь.

Катрин ещё раз окинула взглядом одежду и поняла, что с Рамоной придётся согласиться. В конце концов, на его концерты приходили ещё и не в таком виде, а в Ланкре его бы и вовсе не так поняли. Поэтому она смело надела ночную рубашку в горох и отправилась на встречу с богемой.

Эта самая богема проживала у самого Краепада в доме, который едва держался, чтобы не упасть за Край. Очевидно, что Менестрель по матери происходил из рода рыбаков: жилище было собрано из разнообразных даров моря и выкрашено мелом. Для солидности на заднем дворе валялся крупный ржавый якорь. Тем не менее, со временем в доме появились и атрибуты творчества: рядом с якорем красовались два порванных барабана и один сломанный микрофон, а засохшие водоросли на козырьке крыши были собраны в скрипичный ключ.

Катрин подошла к аляповатому строению и трижды ударила кулаком в хлипкую деревянную дверь.

– Менестрель!
– позвала она.
– Эй, Менестрель!

– Кто там ещё?
– неожиданно хрипло откликнулся юноша.

– Мелани Уэзерс, - ответила Катрин.
– Выходи, поговорить нужно.

На пороге показался долговязый Менестрель, злобно сверкая чёрными глазами. Он оглядел гостью с головы до ног и прохрипел:

– Чем обязан?

– Слушай, приятель, - начала девушка, подступаясь к деликатной теме, - нам с Джорджио и ещё некоторым людям очень нравится, как ты поёшь, а твои репетиции - те и вовсе завораживают. Не мог бы ты порепетировать сегодня вечерком? Тебе, небось, так и так это нужно.

Бард фыркнул и скривился.

– Я очень рад, конечно, - ехидно ответил он, - но ты не заметила, что я сорвал голос? Связки - дело тонкое.

– Ох, как жаль!
– помрачнела Катрин.
– Мы с нашими гостями так на тебя надеялись. Но я могу приготовить тебе убойную микстуру - вмиг вылечит. Тогда споёшь?

– Неси свою бурду, - махнул рукой Менестрель.
– Поможет - посмотрим.

Поутру Катрин и Рамона вышли в поле и огляделись. Мягкий климат Крулла давал жизнь, казалось, тысячам разных видов растений, которые свободно росли рядом и на вид были одно причудливее другого. Одним словом, тут было из чего выбрать: Катрин из-за долгой практики считалась несколько лучшей травницей, чем Рамона, но зато последнюю называли более везучей.

– Мы же даже не знаем местных трав, - удивлялась Рамона, глядя в поле.

– Не волнуйся, Рэм, - махнула рукой Катрин, - за редким исключением, везде растёт примерно одно и то же.

– А если это редкое исключение попадётся нам?

– Тут-то бард точно запоёт. Ну, или покончит жизнь самоубийством. Одно из двух.

– Но хуже точно не будет?
– Рамона даже выпучила глаза.

– Куда хуже-то?
– поинтересовалась Катрин.
– Так он петь не может, по-другому не может - разницы никакой.