Мастер сновидений
Шрифт:
— А мне два, один сейчас, другой на утро. Мне же надо позавтракать, перед тем как работать. А у нас на завтра столько всего намечается!
— Сколько же в тебя влезает?!
— А что? У меня активный обмен веществ, я в прекрасной физической форме. Разве не заметно?
— Заметно, — ответил Одрик расплачиваясь, — забирай своих гусаков, но как их таскать будешь, я не знаю.
Марат попытался тут же одного употребить, но был одернут
— Ну не здесь же! Можно подумать ты помираешь с голода!
— Ну, тогда за илларями и к тебе в усадьбу.
— Мы туда
— Иллари?
— Да. Не тащится же пехом через весь город!
— А если пройдут, то, что я с этого буду иметь?
— Как всегда: огрызок и две семечки. И где ты научился вымогательству? — Марат фыркнул.
— С вами свяжешься, и не тому научишься.
— А тебе деваться некуда. Ты хочешь свой завтрак в люкс к Анне принести? Она тебя и выгонит с ним в варгятницу, будешь там ночевать.
— Ладно, горные иллари маленькие, они пройдут.
— Вот так бы и всегда.
И они прошли сквозь черное облако со всей своей живностью. По дороге Марат спер у гномов мешок, в который посадил свой завтрак. С глубоким вздохом перетек в Мару, и, наконец, в усадьбе на травке, насладился долгожданным дерертом — гусиком.
— Так, ты завтра за мной заходишь, тут и позавтракаешь. Но поскольку сегодня не успел, нам надо будет заскочить ко мне на улицу Трех яблонь, там проверить надо кое–что. На пару минут, не дольше.
— А что…?
— Что тебе будет? Пинка тебе не будет! Надо же такая маленькая, и такая въедливая. Ты сначала проведи, там посмотрим. В общем, завтра, все завтра… Ступай к Джургу, а то как бы Анна тебя искать не стала.
— Нет, не станет, ее сегодня развлекают… — и маленькая черная собачка исчезла в черном, как и она сама, тумане.
Я тихо поужинала в общем зале и пошла наверх ждать полковника. Не дождалась и легла спать. Он пришел поздно ночью и сразу залез ко мне сонной под одеяло, холодный, соскучившийся. Получилось все как–то быстро, по–семейному, а вот оргазм был неожиданно ярким. Меня словно пронзило от пяток до макушки и на мгновение возникло ощущение иголки вонзившейся где–то в районе крестца. Оргазм внезапный и мощный словно шторм вытянул из нас все силы, и мы утомленные тут же заснули.
А потом мне снились рыбы, они плавали вокруг меня. А я сама была большой рыбой и сидела в аквариуме, тут к нему подошла моя мама, та, что осталась на Земле и стала нас кормить живым мотылем. Бред! За все время, что я тут на Лари, Земля мне приснилась первый раз. Как я в свое время велела себе не вспоминать о прошлой жизни, померла, так померла, так и не вспоминала, а сейчас–то что изменилось? А рыбы плавали вокруг, хватали жадными ртами корм, а у одной из рыб были синие глаза сейна. К чему бы это?
Проснулась перед рассветом, растормошила полковника на утренний секс и попутно рассказала, что уезжаю дня на два–три найти себе поверенного. Он расстроился, конечно, но понимает, что поверенный — это серьезно, и что он мне очень нужен. Попросил взять с собой Одрика, чтобы он не болтался в городе и не нарывался на неприятности. Пришлось согласиться.
Глава 23.
Андао
взошел еще или уже, час назад. Сижу на знакомом камешке у входа в природный портал и жду, когда Мара доставит сюда женишка, а купцов пока нет. Пришли двое с одним варгом, парень и девушка без груза, только мешки с походным снаряжением и каким–то музыкальным инструментом. Стоят в сторонке чего–то или кого–то ждут, время еще есть, подождут.Тут из–за угла прибежала Мара и сразу кинулась ко мне лизаться. Ставит на меня мокрые грязные лапы, подпрыгивает от нетерпения и норовит облизать лицо. Позволила себя умыть, еще и на ручки взяла, пообнимала и покачала, и дала свое ухо облизать. Давно мы с ней так не нежничались…. А, вот, и женишок…. О, Пресветлая, он с мечом у пояса, он ему явно мешает, но прогресс на лицо. Одрик подошел, и встал, словно он тут гуляет, отвернулся и стоит облака рассматривает.
— Вечером гроза будет…
— И что?
— Грозы начинаются…. Скоро ярмарка закончится, и пойдут дожди. Ты когда ярмарка закончится куда?
— Как куда? Обратно в пустыню к Зите. Она меня только до 1–го Урожайника отпустила. Велела: первого быть в усадьбе… Я вообще удивляюсь ее щедрости — все лето сплошные каникулы.
— А что такое «каникулы»?
— Каникулы это перерыв в занятиях.
— Типа наших дней богов?
— Да, только подольше… Они нужны, чтобы ученики и преподаватели отдохнули, в том числе и друг от друга.
— Ага… И как, отдохнула?
— Устала…. Устала отдыхать, но и в пустыню особо не хочется.
— И много вас там в пустыне живет?
— Одрик, на то она и пустыня, чтобы там почти никого не было.
— И как тебе там… в пустыне?
— Нормально. Пусто, тихо, сухо, от занятий ничего не отвлекает…
Тут наш непонятный разговор прервали двое, пришедшие раньше всех…
— Простите, это Вы проводите караван в Ерт. — Обратился к Одрику юноша.
— Нет, она… — И женишок ткнул в меня пальцем и, почему–то обиженный, отошел в сторону.
— Ну, я… Вам что ли в Ерт надо?
— Да, нас зовут…
— Мне ваши имена ни к чему… Деньги давай и в пути слушайся.
— Да. Вот… — И протягивает мне маленький мешочек с монетками. — Мы без груза для продажи, по пять золотых, как договаривались…
Беру мешочек и молча протягиваю его Маре. Легкое глотательное движение и золота нет.
«Мара, будь так добра, проверь, нет ли у сладкой парочки с собой чего–нибудь этакого…»
«Этакого, это какого? "
«Запрещенного…»
«Нет, ничего «этакого» нет. "
«Вот и славно. Вон еще люди и варги показались. Ты сразу груз проверяй. "
«Поняла, приступаю. "
«Да, Марусь, еще… Покопайся у них в головах, чтобы они нас не обманули… А то все купцы вечно сэкономить хотят, а мы что буратины, чтобы их задаром через портал возить? "
«Не, задаром не хочу… Я денежек хочу… золотых…»
«Тогда иди, работай. "
Все хочу спросить: а зачем ей деньги? Вот зачем деньги вашей собаке или коту? Она конечно давно не собака, но деньги–то ей зачем? Не понимаю….