Чтение онлайн

— А я думал, что тут все заброшено, — тихий шепот донесся до меня с первого этажа.

Кто-то открыл дверь. Я напряглась и сильнее перехватила руками копье. Я справлюсь. Всегда со всем справлялась. И сейчас я была не одна.

Последняя мысль подтвердилась заглушенной руганью.

— Что это... Какого...

Послышалась какая-то возня, а в следующую секунду дом оглушил душераздирающий крик. От него у меня заложило уши. На душе стало тревожно, но на лице появилась улыбка. Торжествующая и злорадная. Плохо радоваться чужой боли. Но, как говорил леший, кто пришел к нам со злом, зло получит в ответ.

Крик не стихал долгое время. На первом этаже происходило что-то страшное. Во всяком случае, по крикам незваных гостей, так казалось. Помимо криков я слышала грохот, причитания, зловещи смех Марфы и странный звон. И мысленно очень надеялась, что мебель в доме не пострадала.

Я слегка вздрогнула, когда с криками, залитый кровью мужик появился на лестнице. Он поднял и на меня испуганный взгляд. Наше замешательство длилось всего мгновение. Испуг сменился на торжествующую ухмылку. Я нервно усмехнулась в ответ и, когда разбойник бросился ко мне, не раздумывая, подставила свое самодельное копье.

Старый нож вошел в плоть, как в масло. Я даже не почувствовала никакого сопротивления. Увидела только, как голубые глаза незнакомца расширились. Кажется, он успел удивиться перед тем, как я столкнула его вниз. Тело кубарем покатилось по ступеням. Грохот стоял на весь дом. Или так стучало мое сердце?

Я выдохнула, сжимая дрожащими руками древко копья. Голова шла кругом. Я точно знала, что там, внизу, у самого подножья лестницы, лежал труп. Я убила человека. Не самого хорошего, но человека. И, что самое ужасное, я не чувствовала и капли сострадания к нему. Возможно, многие назвали бы меня жестокой. Но... если бы я не защитилась, меня бы убили. Или навредили бы ребенку. Я готова стать плохой. Я готова замарать руки в крови. Готова убить любого, только бы мои дети были в безопасности.

— Надя? — голос домового раздался с первого этажа сразу после того, как там стало тихо.

— Я тут!

— Ты в порядке?

— Да, — я аккуратно начала спускаться по лестнице, стараясь не поскользнуться на каплях крови. — А вы как?

— Марфа разошлась, конечно, — усмехнулся домовой, взмахом руки убирая труп с моего пути. — Но мы в порядке.

Спустившись, я огляделась. Кое-где можно было увидеть капли крови. В лунном свете они казались не красными, а черными. Но трупов я не увидела. Видимо, помощники убрали их ради моего спокойствия. Я мысленно их поблагодарила. Видеть трупы сейчас была не самая хорошая идея.

Я прошла в детскую, где обычно играли девочки. Там было все перевернуто. Даже тяжеленный шкаф. Но, благо, ничего не сломано и не залито кровью. В бывшей спальне было все куда хуже — перевернутые кровати, залитые кровью, сломанные ставни на окнах, пара выбитых кирпичей в камине. Мне стало страшно заходить на кухню. Но, к счастью, там все было относительно нормально. Главное — посуда и печь не пострадали. Перевернутый стол и раскиданные стулья были мелочью.

— Что у вас тут происходило? — пробормотала я, ставя стул и садясь на него.

— Говорю же, Марфа разошлась, — вздохнул Кузьма, поднимая стол и стулья волшбой, чтобы аккуратно поставить их на место. — К банницам всегда относились с опаской и старались не... общаться. Среди людей ходит поверье, что она может даже убить хозяев.

— Не так! — проскрипел голос банница под столом. — Я люблю хозяев. Помогаю. А они... страшной называют.

— Ничего ты не страшная, — тут же сказала я, заглядывая под стол. — Ты очень милая.

Я улыбнулась, когда Марфа посмотрела на меня своими темно-зелеными глазами. Мы отнеслись к ней хорошо, вот она и привязалась. Я уже поняла, что волшебных существ не стоило считать людьми. Они видели мир иначе. И чувствовали немного иначе. Но это делало их только интереснее.

Марфа смущенно квакнула и исчезла. Я же только улыбнулась и перевал испытывающий взгляд на домового.

— Так что произошло?

— Ну... Марфа немного... Ладно. Утопила почти всех. Я тоже помог, чтобы не разбежались. Один вон только к тебе смог прорваться. Но ты хорошо приложила его. Он, падая, шею свернул. И поделом им.

Я вздохнула. Получается, сегодня в этом доме умерло несколько человек. Я даже не спрашивала, сколько именно — было безразлично. Главное не говорить об этом детям. Скажу, что они в ужасе сбежали и вряд ли когда-нибудь вернуться. Или...

А напугает ли детей то, что в доме погибли разбойники? Те, кто причинил им столько боли? И напугает ли детей хоть что-то, учитывая их судьбу? Они видели смерти своих друзей. Они сами, своими руками, закапывали их тела. Я сходила на ту лесную полянку. Маленькие могилы, небольшие палки, вставленные в холмики, чтобы не забыть, кто и где похоронен. Маленьких могил было больше десятка.

Так почему я решила, что соврать будет лучшей идеей?

— Мы сейчас с Марфой приберемся, и можно будет идти за детьми, — сказал Кузьма, вырывая меня из размышлений.

— Хорошо. А я пока чай вскипячу.

Я встала со стула и подошла к печи. Воды было еще много, поэтому я без проблем зажгла печь и поставила в ее глубь чугунный, тяжелый чайник. В моей голове все еще крутились кадры того, как я протыкаю разбойника копьем. Интересно, было ли ему больно? Думаю, не так больно, как тем, кто умирал буквально от утопления.

Я встряхнула головой и присела на стул. Наверное, я задремала, так как когда меня разбудил домовой, все комнаты уже были прибраны, чай вскипячен, а печь затушена.

— Может, мне самому сходить? Ты же на ногах сейчас уснешь, — проворчал Кузьма, садясь мне на плечо.

— Нет. Дети могут испугаться, если не увидят меня.

Погода стояла ясная. Луна ярко сверкала над головой. Я шла по мокрой из-за росы траве, несла в руках сверток с кусочком пирога и думала о том, что завтра стоило бы сходить в деревню и узнать, много ли деревенских пострадало. Я надеялась, что нападение удалось отбить силами охотников и деревенских мужиков. А если нет... Оставалось только посочувствовать.

Я вздохнула. Мы уже практически дошли до кромки леса, когда деревья начали расходиться. Я практически сразу увидела детей. Он выглядели уставшими. Сонечка с трудом передвигала ноги, держась за руки Евы и Егора. Сашка нес Варю, которая давно спала. А впереди этого батальона шел леший. Выглядел он слегка недовольным, но стоило ему получить пирог, как все его заботы отошли на второй план.

— Детишки вели себя спокойно, — отчитался Евсей, не отрывая темных глаз от свертка в моей руке. — Я даже привел их к кустам малины!