Чтение онлайн

Как же такая цивилизация до сих пор не изобрела телепортации? Дорога была слишком долгой и изнурительной, особенно приняв во внимание важность цели. Каждая минута натягивала мои несколько оставшихся нервов, и вскоре они зазвучат великолепнейшей симфонией бурлящего человеческого страха. Я все думал о том, что происходит с моими друзьями, да и просто с людьми, поверившими мне. Это же я взвалил на себя ответственность за их пребывание здесь. Я притащил их сюда. И зная, что твориться в лагерях Ортона, я не мог допустить подобного для нас исхода!

Я был уже однажды во дворце императора, виделся с ним лично. Он производил впечатление здравомыслящего командующего. Не зря он

держал под собой всю планету. Поэтому трудно было поверить в то, что он отменил финансирование проекта перед самым его успешным завершением. Конечно, он не пылал к людям той слабостью, что Ариадна, но он видел перспективу развития. И я надеялся, что все саботажные козни Пантераса и Ортона растают, как только мы встретимся с императором. Все же Ариадна его дочь, она должна знать подход к отцу. Хотя, если вспомнить тот скандал, когда она впервые заговорила с ним о новой роли людей на планете… Остается надеяться, этого не повториться. Проблема отцов и детей нигде не теряет своей актуальности. Даже на другой планете.

Римпва под прозрачным полом корабля была завораживающей. Даже не верится, что все это искусственно создано. Источником этого всего была все та же человеческая энергия. Вполне живая и мощная. И в каждом растении присутствовала капля человеческого сознания. Я полагал, что человек в силу своего единства с этой планетой, может более успешно управлять стихиями. Когда будет свободное время, я займусь изучением этого вопроса.

Мы еще не проехали и римпвийских суток, как нас атаковали. Ни у кого не возникло вопроса, кто бы это мог быть. Без руки этого чудовища Ортона здесь обойтись не могло. Мы в это время обедали в каюте Ариадны, обсуждая линии поведения. Она, так же, как и я, была уверена, что императору подсунули фальшивые результаты исследований.

— Отец достаточно упрям, но он не дурак. Нам нужно только продемонстрировать силу новой энергии и, я надеюсь, — Она отхлебнула от бокала с напитком, — голова Ортона слетит с плеч.

Столовые предметы зазвенели и заплясали на столе. Мы вскочили с мест и сразу кинулись на капитанский мостик. Хотя и без того все было ясно. Пока мы бежали, наш корабль судорожно покачнулся от очередного удара. Ариадна схватилась за поручень, я же не успел и упал на пол. Рука подо мной неприятно щелкнула. Я не обратил внимания на вспышку боли, не до того было. Ариадна помогла мне подняться. Нам на встречу уже бежал один из солдат Аарона. Кажется, его звали Матиас.

— Ваше Высочество, — Обратился он к Ариадне. Подобное обращение в лагере было запрещено. По каким-то личным причинам (мне неизвестным, но полагаю, это просто природная мудрость и скромность) дочь императора решила скрыть от остальных свое благородное происхождение. — Ортоновский корабль.

Этих слов было достаточно. Их можно было и не произносить. Мы вбежали на капитанский мостик. Я уже был не в том возрасте, что бы преодолевать подобные дистанции, еще и с препятствиями, поэтому появился самым последним. Эх, был бы лет на пятнадцать моложе, сколько пользы бы извлек зрелый ум в молодом теле!

Капитан Сильванус отдавал распоряжения, не обратив на нас внимания. Его спокойная, сосредоточенная речь действовала охлаждающе. Он производил впечатление едва ли не всесильной личности. Вот стоит ему приказать, и атака прекратится. Но корабль затрясся от еще одного мощного удара.

— Мы так долго не протянем. Ваше Высочество, вам нужно сесть на челнок. Он быстрее, чем крейсер Ортона. У вас будет возможность уйти от преследования. Это нужно сделать, как можно скорее. Я не знаю, сколько мы еще протянем.

Наше судно было скорее транспортным, чем боевым, в отличие от нападающего

крейсера. И шансы устоять таяли с каждой минутой. Мы успели перенести все носители информации и образцы энергии, погрузились в челнок. С нами для охраны отправили двух солдат. Но практика показала, насколько незначительно их количество, когда тебя преследует боевой корабль. Я уже чувствовал, как распухло плечо, ныло и ломило оно очень настойчиво. Вывих, наверное. Я надеялся на это. Беспокоить нашу группу своими проблемами не стал, послушно погрузился в челнок, который был рассчитан на четыре персоны. Мы уже были готовы покинуть главный корабль, когда нас опять тряхнуло, как половой коврик. Днище челнока ударилось о металлический пол стартовой площадки. И мы, буквально выпав из корабля, как комок грязи из коврика, стремительно приближались к земле. Я зажмурил глаза, вцепившись в свои труды, повторяя формулы, расчеты. Все нужно сохранить в голове, если по какой-то ужасной случайности все документы и информация исчезнут.

Мы выровнялись у самых кромок деревьев. И понеслись на невероятной скорости. Позади нас прогремел взрыв. Я, не справившись с порывом, оглянулся. Корабль, который мы только что покинули, падал горящим шаром, напоминая комету. Врезавшись на скорости в землю, он взорвался. Горящие осколки полетели в стороны, поджигая лес. И там сейчас погибли за нас те, что служили своей планете.

Если Ортон так нагло посмел атаковать корабль дочери императора (хоть и временно отлученной), что же творится в лагере? Живы ли еще люди? Нет, нет, не об этом сейчас надо было думать!

Нас обнаружили и возобновили преследование. В нашем распоряжении была запредельная скорость, в их — боевые головки с запредельной скоростью. Мы явно не в выигрышном положении находились. Пилот вилял челноком, как кошка хвостом. Меня уже мутило от его тактики выживания. На каждом вираже плечо выло от боли, а недавний обед норовил выскочить наружу. И все же это было лучше, чем разлететься на горящие кусочки.

Ариадна вцепилась в подлокотники кресла, бормоча себе под нос. Я не знал, верят ли римпвийцы в какого-либо бога и молятся ли они. Но, похоже было, что именно этим наследница престола занималась в тот момент. Да уж, а могла почивать на мягкой перине и не знать проблем.

Нас бросило вперед. От этого толчка все мои драгоценные документы и записи разлетелись по полу. Бесценный образец энергии Ариадна держала в сжатых в кулак пальцах. Я ударился о переднее сиденье. Пилот что-то громко кричал, пытаясь оборачиваться к своей госпоже. Нас еще раз хорошенько тряхнуло, мы прошлись днищем по кронам деревьев. Я уже готов был к смерти, лишь бы она была мгновенной и безболезненной. Но пред нами открылась поляна, на которую мы и спланировали. Не совсем идеально, так как врезались в ствол дерева. Я отключился.

Пришел в себя оттого, что меня кто-то пытался привести в чувство. Перед мутным взглядом расплывчатое лицо Матиаса становилось четче.

— Эй, док, вы как?

Мне было бы гораздо лучше, если бы он не тряс меня своими огромными лапами. Тут же плечо напомнило мне о том, что не совсем в порядке. Не выдержав боли, я взвыл. Матиас вытащил меня наружу, стараясь как можно меньше причинять мне неудобств. Я оценил бы его старания, но меня захлестнула другая волна эмоций. Ариадна лежала на траве и ноги ее были перебиты. Они представляли собой кровавое месиво из костей. Сжав губы и глаза, что бы не показать брызнувшие моментально слезы, я старался подавить рыдания. Бедная девочка! Она слишком молода и умна, что бы умереть насильственной смертью. Ее светлая голова и благородное сердце должно было служить Римпве еще много лет.