Чтение онлайн

Девочка же кинулась к герцогу с криком "Папа!", и радостно схватила того за руку. С болью и какой-то щемящей сердце грустью Джонатан наблюдал за этой сценой, понимая, что никогда не сможет сказать своей дочери правду. Он, прежде всего, врач, который не имеет права подвергать человека, тем более ребенка, подобным стрессам и столь сильной психологической травме. Стоит ему сказать Виолле, что она его дочь, а не герцога, как весь привычный мир ребенка рухнет, психика может не выдержать такой нагрузки, вновь возобновятся приступы, которые в будущем грозят возникновением эпилепсии. Хотя

Блэйкстоун и позволил сообщить Виолле правду, если Джонатан так решит, тот в свою очередь сразу от такого права отказался. Что он может дать девочке такого, чего она не получает в этом замке? Отцовская любовь у нее есть, материнская будет, тем более, что Лизабет явно полюбила девочку, роскошь, достаток и море возможностей. А он - заядлый холостяк, все время в разъездах, да и в дом часто приходят больные люди, а порой и заразные?! Нет, не стоит ради собственных амбиций и призрачной мести гордому герцогу лишать ребенка привычных радостей и надежд.

– Здравствуйте, юная леди, - хрипло произнес мистер Фримен, протянув руку девочке.
– Вижу, вы уже не нуждаетесь в моих услугах, вы цветете и хорошеете с каждым днем.

Герцог вскинул голову, понимание и благодарность вперемешку с чувством острого облегчения промелькнули у него на лице. Он протянул руки к Лизабет, которая несколько неуверенно, стесняясь такого количества свидетелей и особенно девочки, подошла к нему. Обняв девушку за талию, Блэйкстоун позвал Виоллу, которая уже начала рассказывать "дорогому доктору" о приобретении дядюшки в лице Лорда Стила.

Девочка посмотрела на папу, удивленно косясь на его объятия с мисс Уэлсон.

– Виолла, дочка, позволь тебе сообщить одну важную новость, - торжественно, но, в то же время, без излишнего пафоса, произнес герцог.
– Ее светлость оставила нас, более ты ее не увидишь...

– Почему?
– спросила девочка, замерев на месте.

– Она была вынуждена отплыть в Америку, далеко-далеко и надолго...

– Она умерла?
– выпалила Виолла, побледнев.

– Нет...что ты. Просто мы больше не муж и жена, милая.

– А-а-а...вы развелись?

– Откуда ты знаешь такое слово?

– Это мисс Торнтон мне говорила, что ты хочешь развестись с мамой.

Герцог нахмурился, недовольный вмешательством гувернантки.

– Понятно. Да, Виолла, надеюсь ты поймешь нас и простишь... мы больше не муж и жена, а она тебе не мама.

Виолла вдруг расплакалась и бросилась к Лизабет. Девушка оторвалась от герцога, бросив тому предостерегающий взгляд, и присела к плачущей девочке, которая тут же обняла ее за шею. Мужчины явно чувствовали себя не в своей тарелке.

– Виолла, детка, ты так расстроилась, милая! Не плачь...

– Мисс Лизабет, - сквозь рыдания, пробормотала Виолла, уткнувшись мокрым носом в шею девушки.
– У меня теперь не будет мамы!!! Совсем!!! Ах, какая я несчастная!!!

– Милая моя, ну, хотите, я буду вашей мамой? Помнится, вы говорили, что хотели бы такую маму, а?
– Нежно гладя девочку по волосам, прошептала Лизабет, боясь услышать отказ. Может все-таки ребенок любил Викторию и был к ней привязан?

Виолла отодвинулась немного от девушки и, шмыгая

носом, неуверенно спросила:

– А вы бы хотели? Быть моей мамой?

– Очень, Виолла, я очень хотела бы иметь такую дочку, как вы, юная леди, - с чувством ответила девушка, не отводя взгляда от внимательных карих глаз.

Немного подумав, девочка снова спросила:

– Но вы же не можете быть моей мамой, если не выйдите замуж за папу?!

– А вы были бы против?

Девочка нахмурила бровки и вытерла лицо платочком, который ей протянул доктор.

– Нет...думаю, что я не была бы против вашей свадьбы.

Лизабет радостно улыбнулась, и вздохнула с облегчением. Все мужчины тоже испытали огромное облегчение, едва инцидент был исчерпан и поток слез перестал заливать личико девочки. Однако взрослые явно поспешили с выводами.

– Только я согласна при двух условиях!
– Твердо заявила Виолла, топнув ножкой.

– Это что еще за тон, юная леди, - возмущенно воскликнул герцог.

Лизабет умоляюще посмотрела на него, отчего мужчина тут же расхотел выяснять отношения с дочерью.

– Я внимательно слушаю, - спокойно ответила девушка.

Виолла обвела всех присутствующих умными глазами.

– Я не стану называть вас мачехой, а только моей любимой мамочкой, это первое, - сердито произнесла она, словно ожидая, что кто-нибудь не согласится.
– А второе, вы никогда не будете оставлять меня одну в замке, не отправите от себя далеко и будете любить меня сильно-сильно!

Лизабет улыбнулась, заметив, что это более чем два пожелания, но она их все с радостью выполнит, ведь Виоллу она и вправду полюбила "сильно-сильно". Нортон был благодарен Лизабет за проявленный такт и понимание к Виолле, что он и выразил позже в поцелуе, едва закрылась дверь за спинами Джонатана, Вильяма и Виоллы. Джонатан заверил герцога, что будет бывать в замке, как можно чаще, и если вдруг понадобится его помощь, он сразу явится по первому зову. Вильям и Джонатан отправились с Виоллой прогуляться по парку.

Оставшись наедине, влюбленные предались поцелуям и построению планов на будущее.

– Любовь моя, Джонатан опустил меня на грешную землю всего одним вопросом...он действительно как-то вылетел у меня из головы от счастья, когда вы согласились стать моей законной супругой.

Лукаво улыбаясь и подставляя лицо под страстные, обжигающие поцелуи, девушка спросила:

– Какой вопрос?

Нортон вновь увлекся, исследуя губами женскую шейку, подбородок, щеки, глаза, лоб, затем отодвинулся слегка в сторону со вздохом сожаления, что вынужден прервать эту сладостную пытку и вернуться к действительности.

– Сколько вам лет?

Девушка удивилась.

– А разве я вам не говорила? Нет? Мне через два месяца исполнится двадцать один.

– О, только не это! Так я и знал, что не бывает в жизни полной чаши счастья, обязательно что-нибудь или кто-нибудь встанет на пути к ней, - Нортон крепко прижал девушку к своей бурно вздымающейся груди, и возмущенно добавил.
– Но почему вы мне об этом никогда не говорили?!

Лизабет хмыкнула и пробубнила в жилетку кофейного цвета: