Лунные дни
Шрифт:
Глеб так мало спал сегодняшней ночью, что мгновенно провалился в черный колодец сна.
И очутился на стройке.
Он видел свои лапы – черные, сильные лапы, ступающие так не слышно… почти не оставляющие следов. Когти – толстые, жесткие, острые, он на пробу выпустил их, любуясь – почти такие же опасные, как его клыки. Он поднял взгляд, увидел человека напротив и радостно оскалил зубы…
Глеб так резко отпрянул-оттолкнулся от стола, что чуть не упал вместе с табуретом. Услышал испуганный возглас:
– Что такое?!
Он готов был поклясться,
Глеб мотнул головой и поднялся. Сказал хрипло:
– Плохая идея. Плохая… я чуть…
– Что случилось, Глеб?
– Когда я представил все… да я ведь могу запросто сейчас перекинуться, прямо сейчас!
Мила вглядывалась в его лицо с сочувствием. Кивнула понимающе.
– Это, наверное, как с сексом? Начинаешь вспоминать, представляешь, фантазируешь и обязательно возбуждаешься…
И Глеб наконец расхохотался.
Они решили, что спать будут по очереди. Глеб – днем. Оба как по договоренности не упоминали о том ближайшем времени, когда Луна возьмет над ним полную власть.
Волчок – так Мила теперь называла его про себя – уснул сразу. Рухнул как подкошенный на диван и только проворчал что-то, когда она укрывала его пледом.
Мила вымыла посуду: две каких-то жалких чашки, ни рукам занятия, ни уму отвлечения! Честно уселась за компьютер. Даже некоторое время посражалась с текстом, пока не поймала себя на том, что механически исправляет "е" на "и" и обратно. Сдалась, крутнулась на стуле и стала смотреть на спящего оборотня.
Парень как парень. Ну лохмат, волосат, кого это в мужчине удивляет… Как бы она смогла опознать в нем вервольфа? Может, точно такие же живут рядом с ней по соседству, каждый день здороваются… Мила от души повеселилась, представляя, в кого бы могли бы обратиться ее соседи по лестничной площадке. Склочница Анна Ивановна – точно в какую-нибудь гиену. Пятнистую и плешивую. Падалью питающуюся…
Итак, она попала в зону особого внимания двух оборотней. Один – вот он, собственной персоной продавливает ее диван. Пошел в добровольные охранники, считает себя виноватым в том, что другой хочет ее скушать. А почему, собственно, второго так на ней перемкнуло? В столице десяток миллионов человек, есть и поупитаннее. Поаппетитнее. Может, это все домыслы нервного оборотня и не менее нервного офицера магической полиции? Никто ей двери пока не выбивает, в окна не лезет, клыками над ее лилейной шеей не щелкает…
В кухне хлопнула форточка, Мила подпрыгнула от неожиданности и испуга. Глеб уже сидел, упершись обеими руками в диван и тупо смотрел на нее мутными глазами. Мотнул головой, спросил хрипло:
– Что?..
– Ничего. Спи.
Точно ему требовалась только ее команда – рухнул обратно и засопел. Охр-р-раничек…
Он проснулся сам, когда на небе появилась пока еще прозрачная Луна. Тело выламывало,
выкручивало – как всегда перед обращением. Но сегодня он хотя бы выспался. Мила что-то готовила на кухне и напевала. Намерено шлепая ногами, он пришел на кухню. Хозяйка, даже не повернув головы, тут же спросила:– Глеб, а он запал на меня из-за запаха? Запаха моей крови?
Все это время она продолжала формулировать вопросы!
– Да.
Глеб оседлал табурет.
– И пока его… этого не поймают, он так и будет меня искать?
– Да. Это как… болезнь. Мания. В этом смысле можно нас считать… маньяками.
Мила отбросила ложку, повернулась к нему.
– Глеб, а ты?
– Что – я? – спросил он агрессивно.
Она что, хочет узнать, не околдован ли и он ее запахом? И как прикажете на такой вопрос отвечать? Скажешь "да" испугается, скажешь "нет" – обидится. Женщины, они такие… неадекватные.
К счастью, Мила спрашивала про другое.
– Ты тоже можешь найти меня по запаху?
– Да.
– Везде?
– Ну, если ты не улетишь на самолете прямо из окна… думаю, да.
– Хорошо, – Мила вновь повернулась к плите. – Сейчас поужинаем, потом мне надо работать.
– Он вам и об этом рассказал? – задумчиво спросил Рева. – Ну, и… как?
– Что – как? – не поняла Мила.
– Как вы к этому относитесь?
– Крайне нервно! Меня, например, очень волнует, как и когда вы собираетесь поймать того, со стройки?
– Вам рассказать все свои планы?
– А почему бы и нет? У дилетантов всегда можно услышать свежие советы.
Рева выразил гмыканьем все, что он думает о дилетантах и об их советах. Мила слушала его сопение. Если сразу не бросил трубку, значит, разговор – такой или сякой – но состоится.
– Засада, это я понимаю! – Мила все-таки не выдержала первой. – А если он сюда не вернется, раз тут так наследили? Ну знаете, как птица не возвращается в гнездо, если трогали ее птенцов или яйца…
И тут же прикусила язык, вспомнив, как наследила сама.
– Вы обсуждали это с Панфиловым?
– Да. Он сказал, не уверен, что вы, маги, справитесь с оборотнем. Что тут справились бы оборотни… правда, не в период полнолуния.
– Хм… а свою помощь он вам не предлагал?
Какую помощь – биться за нее, чужого человека, с другим оборотнем? С чего бы это, он что, ненормальный?
Хотя – разве нормальный?
– Нет, мне не предлагал. А вам?
– Нет.
Снова молчание.
– Мы тут подумали, не согласитесь ли вы…
Заминка во всегда уверенном голосе Ревы – есть отчего насторожиться.
– Не соглашусь – на что?
– Ну раз он все равно как бы… взял ваш след…
– Нет!
– Я же еще не досказал…
– Можете и не трудиться! Не собираюсь я быть вашей подсадной уткой! Я что, похожа на сумасшедшую?
– Да, – честно сказал Рева. – Очень.
Мила отмахнулась от выглянувшего на повышенный голос из ванны Глеба. Бритва в руках. А чего это он бреется на ночь? В гости собрался или… что?