Ловцы снов
Шрифт:
– Я могу все исправить, – предложила я сразу, не давая ему опомниться. – Еще тогда пожалела, что резкой была, но ты тоже пойми, не люблю, когда руки распускают… Перегнула палку. Нужно позвонить и извиниться. А потом лучше Ольгу к нему подослать, ты прав. Но извиниться должна я, тут без вариантов. Кто нахамил, тот и подлизывает, согласен?
– Ты чего, Алиса? – Он прищурился, и я затылком ощутила, что сказала что-то не то. Или не так. Что, наша всеобщая любимица еще и мисс Деликатность была? Черт, все-таки Егор был в чем-то прав: буду вести себя, как Яна, начнут присматриваться, подозревать в душевном нездоровье, а там и до дурки рукой подать. – Я обидел
Он смешно выпятил нижнюю губу, выражая, видимо, обиду. Я решила не лезть на рожон и свалить все на якобы негодование Алисы. К тому же, Мышь в кафе подкинула мыслей, из произошедшего явно можно было сделать определенные выводы, а мне это сейчас на руку.
Я многозначительно помолчала еще несколько секунд, старательно изображая злость вперемешку с раскаянием. Потом грустно понурилась и томно выдохнула:
– Извини… Меньше всего хотелось тебя подвести.
Бросила на Андрея долгий взгляд из-под ресниц. Знаю, такие взгляды на мужчин действуют. Вполне определенно.
– Ничего, проехали, – потупился он и ожидаемо покраснел. Как-то слишком быстро среагировал, даже неинтересно. Я смотрела на его пунцовые уши и старательно подавляла отвращение. Ненавижу нерях. Еще меньше люблю лебезящих мужиков. – Ты сегодня очень красивая…
Ну вот, приехали! Настолько близко этот хмырь мне явно не нужен. За руки хватает, краснеет, как помидор, что дальше? Полезет со слюнявыми поцелуями? Как же хорошо, что у меня в запасе всегда есть легенда о женихе. «Но я другому отдана и буду век ему верна!»
– Готовилась, – честно призналась я. – Я правда хочу все исправить. Обещаю извиниться перед Виктором и сделать все возможное, чтобы вернуть нашего мецената обратно.
– Зря готовилась, – помрачнел Андрей. – Алмазов не придет.
– К…как не придет?!
Казалось, у меня из-под ног выбили землю. Стена пошатнулись, грозя обрушить на макушку потолок. Зловеще моргнула лампа дневного света у нас над головами, затрещала и погасла, опуская теневые кулисы.
Занавес! Приехали…
– Вот так. Позвонил, сухо извинился и сослался на дела.
– Думаешь, из-за меня?..
Андрей многозначительно дернул плечами, хотя поза его осталась обвиняюще-обиженной, а профиль по-настоящему гамлетовским. Да уж, настроение у него скачет, как конь. Галопом.
Помнится, был у меня поклонник-актер. Мастерства – кот наплакал, зато эмоциями фонтанировал эпично, от тех свиданий у меня всегда кружилась голова и оставалось легкое чувство эйфории. Правда, потом он меня порядком достал, и я свалила. Настроение у него менялось со скоростью звука: от восторженного поклонения, до дикой ярости. Ревновал так, что выжигал этой ревностью все, даже мой извечный голод. Впрочем, с ним он выжигал и фон, наглухо. Отчего я возвращалась к мужу подавленной и опустошенной. Дошло до легкой фазы подозрений и рекомендации обратиться к психологу.
Тогда я впервые подумала, что существует иной вид энергетического вампиризма, недоступный даже стриксам. Тот актеришка имел к нему определенный талант. Но и я многому у него научилась. В первую очередь, не вестись на тупые истерики.
– У меня баланс на телефоне нулевой. Дашь позвонить?
– Не глупи. Посмотри на себя – трясет всю. Побледнела… Не выспалась, что ли?
Ага, как
же. Сдохла! Достали эти игры в вежливость. И улыбка картонная, которую приходилось приклеивать к губам. Всплески бесконтрольной ярости, мгновения отчаяния, тоска эта беспросветная под стать погоде. Алиса, выживающая меня из своего тела, пусть и не осталось ее совсем… или осталось?Когда же Виктор меня найдет? Найдет ли? Может, Гоша и думать забыл об утренней просьбе. Прилипла девица какая-то в кафе, начала заливать про почившую с миром Яну. Очень смахивает на плохую шутку. Я бы триста раз подумала, прежде чем отца такой мелочью тревожить. Нет уж, нужно брать дело в свои руки!
– Будь другом, дай телефон, – терпеливо попросила я, стараясь не встречаться с Андреем взглядом. – Мне по личному делу нужно. Жениху позвонить.
– Нашла время! – буркнул он, но телефоном все-таки поделился. Старым, кнопочным, с вытертой задней стенкой и совершенно нечитабельными символами на кнопках. Такие еще существуют? – Не задерживайся.
Я сделала несколько шагов в темноту, словно она могла защитить меня от назойливых, липких взглядов. В темноте можно расслабиться, прислониться спиной к стене, сделать несколько судорожных вдохов, не боясь быть уличенной в слабости. Закрыть глаза. Досчитать до десяти. Дрожащими пальцами разблокировать телефон. В списке контактов найти официальное "Алмазов".
Длинные гудки показались пыткой, а короткое "Слушаю" – избавлением. Правда, голос оказался женским, хотя не менее знакомым. Альбина мне всегда нравилась балансом между рассудительностью и женской легкомысленностью, твердостью духа и той самой мудростью, которой многим людям никогда не постичь. Виктор обстоятельно выбирал людей для общения, а уж выбору жены уделил достаточно времени и усилий. И не прогадал.
– Добрый вечер, Альбина, – произнесла я и удивилась, насколько охрип от волнения голос. – Пригласите, пожалуйста, Виктора к телефону.
– Кто его спрашивает?
Мне померещилась в голосе сталь. Та самая, по которой становится ясно: вежливости не жди. Тебе совершенно не рады.
– Знакомая. Меня зовут Алиса, и я бы хотела…
– Послушайте, деточка! – тон тут же сменился на презрительно-поучающий, подобным тоном дают понять, что ты лишний на этом празднике жизни. – Не звоните сюда больше. Так будет лучше для всех.
"Для кого?" – почти вырвалось у меня. Хорошо, что почти – я точно знала: Виктора к телефону не позовут. Более того, об этом звонке он вообще не узнает. Черт, и угораздило же его оставить телефон без присмотра!
Неужели, он и правда спал с этими девочками? Женская ревность не появляется из ниоткуда, к тому же Альбина никогда не отличалась излишней подозрительностью и склочностью…
Короткие гудки – как приговор. Хотя приговор все же озвучивают, а тут… Неизвестность всегда мучит сильнее самой ужасной определенности. Меня же бросили висеть, как ненужную марионетку.
Черта с два! Так я и сдалась. Не дождутся. Не так просто заставить меня опустить руки. Альбину я, конечно, безмерно уважаю, но своя жизнь дороже. Не навечно же она у Виктора телефон забрала. Сам-то небось в ванной, иначе не позволил бы ей так распоряжаться его имуществом. Жену он бесспорно любит, но границы она всегда чувствовала. И не пересекала. Вообще на моей памяти она впервые позволила себе склочность, наверняка ведь неспроста. В этой истории с Алисой еще нужно как следует разобраться, понятно ведь, что с Виктором их связывало гораздо больше, чем просто знакомство в захолустном клубе по интересам.