Лиловый (I)
Шрифт:
– - Значит, ты из дома Билал? Что это за дома? Расскажи о них, -- спросил Ханса, когда заметил, что ее круглые серые глаза смотрят на него. Фатима приподняла брови.
– - Какое тебе дело?
– - Белоглазый вон говорит, мы должны знать о вас как можно больше, если собираемся сразиться с вами.
– - И ты думаешь, так я и рассказала.
– - Ну не рассказывай, -- буркнул Ханса.
– - Сам белоглазый, в общем-то, тоже может об этом рассказать не хуже тебя.
Фатима помолчала, подобрала ноги. Может, ей холодно?.. Девушка-билал была одета в темно-серые узкие штаны и рубашку такого же цвета, и сапоги ее доставали до колен, а на плечах
Подумав, Ханса снял с себя бурнус (он все равно сидел вплотную к костру, и пламя даже чересчур сильно пригревало ему спину) и набросил на нее. Фатима вскинула на него глаза.
– - Если все эти холода из-за темного бога, то не очень-то он вас любит, -- пробормотал Ханса, неловко отводя взгляд.
– - ...Я не знаю, -- тихо сказала девушка.
– - Асвад не посвящает нас в свои планы. Мы знаем только, что он желает мучений и смерти варварам.
– - Варварам? Это ты нас так называешь?
– - Да, -- она взъерепенилась.
– - По нашим понятиям, вы -- варвары. Вы кочуете по пустыне в вонючих юртах, и все, что вас занимает, это ваши мерзкие верблюды. Я скорее умру, чем сделаю хоть глоток верблюжьего молока.
– - Да?
– - Ханса смешливо посмотрел на нее.
– - Да ладно, оно вкусное. Между прочим, не все племена кочуют, если ты не знаешь. И у нас есть очень большие и красивые города, а китабы, которые живут в северных горах, и вообще мастера-зодчие. Ты б видела, как они строят, сразу бы передумала насчет варваров.
Фатима немного обескураженно молчала.
– - Кстати, и у кочевников есть шатры, -- добавил Ханса.
– - Сама ткань, из которой они ткутся, -- настоящее произведение искусства. Она не пропускает дождь и холод. И внутреннее убранство таких шатров бывает богатое, с расшитыми тканями, подушками и все такое.
Вспомнив об этом, он немного скис: разбойники, конечно, в шатрах ночевали нечасто, такой шатер был только у атамана, и они с Лейлой еще маленькими иногда играли посреди подушек, строя из них крепости.
– - По ту сторону хребта Талла находятся наши города, -- сказала вдруг Фатима.
– - К северу, в самих горах, и с этой стороны живут грязнокровки, они убогие, и их жилища тоже, но с юга все совсем не так. У нас принято строить дома из камня, обычно этим занимаются грязнокровки под присмотром знатных людей и самого Асвада. Они тупые, ничего серьезного им поручить нельзя. Мы сами -- другое дело. Всего вокруг Эль Габра есть три города, в самом далеком правит клан Эмин, откуда родом был Ваджра... его родоначальник первым открыл в себе наклонность управлять ветром, и хотя тогда только Асвад мог заметить это, с тех пор потомки того человека получали все лучшее, и Асвад заботился о них. Во втором городе за власть обычно состязаются люди кланов Марид и Долгар, и много веков там правили мариды, потому что в доме Долгар не было людей с Даром. Но недавно ситуация изменилась. В третьем городе родилась я сама... его делят между собой дома Билал, Майяд и Таур. Сейчас там правят Майяд, потому что в их клане одни из самых сильных Одаренных, и даже предательство Исана не сильно пошатнуло их власть.
– - И хорошо укреплены ваши города?
– - Лучше, чем ты думаешь, -- она оскалила зубки.
– - А ты в своем доме единственная с Даром?
Фатима опустила голову.
– - Да, -- потом призналась она.
– - Я главная надежда клана... была.
Ханса задумался.
Заглядывать по ту сторону Талла оказалось так странно и чудно; никогда в жизни он не интересовался такими вещами, а тут вдруг ему пришло в голову, что там живут такие же люди, только...Только их рассудок во власти темного бога.
– - Одаренные среди племен появились уже очень давно, -- заметил он.
– - Некоторые утверждают, что целых две почти тысячи лет назад. А у вас они по-настоящему появляются только теперь. Не думаешь, что это значит, что темный бог слабее шести?
– - Нет, -- возразила Фатима и замолчала, надувшись. Лицо у нее при этом стало совсем детским каким-то, и Ханса смутился.
Он хотел было что-то сказать, когда резко вскинулся на своем месте Острон. Это зачем-то привлекло внимание Хансы, но Острон остался сидеть, глядя куда-то в сторону. Ханса поежился, догадавшись, что темный бог опять разговаривал с ним.
– - Асвад всегда с нами, -- сказала Фатима.
– - Он лично направляет нас и вместе с нами сражается против варваров. А где ваши шесть богов? На самом деле я думаю, Асвад -- единственный настоящий бог, а ваших богов и не было никогда.
***
Город был объят огнем. Горело все, что только могло гореть; люди в порванных бурнусах, в кольчугах еще бегали по улицам, но все это уж была бестолковая суета, которая тоже должна была скоро закончиться. Небольшие отряды сражались с безумцами в серых лохмотьях, но то и дело в их собственных рядах неожиданно ятаган или скимитар обращался против своих же.
Город уже по сути пал. Объяты огнем были дома. Багровое зарево отражалось в круглой крыше Эль Кафа, над которой было серое дымное небо; маленький отряд стражей сумел подняться по лестнице, отбиваясь от безумцев, и один из них бросился в Эль Каф: даже в такое отчаянное время люди надеялись на того, кто руководил ими все это время, и полагали, что он найдет путь к спасению.
Он незримым, неосязаемым духом следил за растрепанным человеком в некогда алом халате, и чувство собственной беспомощности, как это бывает во снах, терзало его. Знакомые коридоры Эль Кафа, темные, промелькнули в мареве небытия. Страж Ангура ворвался в главный зал, где все еще стоял стол с картой города, и крикнул:
– - Командир! В городе повсюду одержимые, что нам делать, командир?
Человек, стоявший к нему спиной, не обернулся, так и остался стоять, будто проблемы целого мира ничего не значили для него.
– - Город пал, -- глухо сказал Муджалед.
– - Темный бог одержал победу.
– - Но командир...
– - Надежды нет, -- с нажимом перебил его Косматый.
– - Все, что нам остается, -- это покончить с собой!
– - Командир!..
Он хотел кричать, но у него не было легких, не было рта. Он видел, как Муджалед быстро занес кинжал, что держал в руках, и резко опустил его.
Марево застилало холл. Он не хотел видеть этого, он хотел проснуться...
И не мог.
Ангур пал, прошелестел бесплотный голос. Бравый командир Муджалед свел счеты с жизнью. Его душа досталась мне.
– - Это неправда, -- возразил Острон, чувствуя невыносимый холод.
– - Этого не может быть! Только не Муджалед. У него всегда была большая сила воли. И Муджалед точно верит в нас. Ты обманываешь меня, темный бог!
Ничуть, ответил голос. Вы все связаны воедино. И всех вас ждет одна судьба...