Чтение онлайн

– Почему же пастырь это делает? Даёт опору безногому? Вы видите меня? Судя по этим безжизненным впадинам вместо глаз, нет.

– Вы повторяетесь, восточный вельможа. Пастырь ведёт заблудших на их путь. Вы явно сбиты со своего. Теперь я хочу спросить.

– Извольте, – князь относился к фантастическому существу, как к данности, принимая пастыря, словно это сосед по выпивке.

– Какую дорогу вы выберете? – он указывал на расходящуюся тропинку. Я понимаю, что ваш путь избирается самостоятельно, поэтому могу лишь предложить его продолжение.

Князь несколько вытянулся:

– Куда же ведёт

каждый из них?

– Я ждал этого вопроса, князь. Уходящая направо, извилистая, покрытая терновым кустом и ядовитым плющом тропа раскроет вашу жизнь, дарованную первым князем Кондром. Вы займёте своё место среди совета братьев, наставляя весь народ Камнеземья на путь истины, покалеченной, обожжённой, разбитой, но единство достойной…

– А второй путь?

– Что же, в любом случае и левая тропа скалиста и непроста. Но она продолжит вашу жизненную колею. Вы не собьетесь, идя и по ней. Но, мы оба знаем, куда ведёт эта дорога.

Князь обратил взор на пастыря. Не имеющий глаз словно пронизывал до глубины души. Князь почувствовал, что это создание знает очень много. Тайны, которые нельзя обнародовать, более того, подобное не должны знать даже самые близкие. Осознавая, что скрывать ничего не выйдет, князь молча встал земли. Упираясь о палку, он подал знак, о принятии помощи, но после, стараясь изо всех сил, принял свой горделивый вид и прошёл мимо пастыря на левую тропу.

Существо проводило Волнореза пустым взглядом. Пастырю не дано менять мир, пастырь проводит черту, а пересекают эту черту лишь люди.

Князь шёл твёрдо, словно тело было в порядке, а дух не надломлен. Но у расходящихся троп он всё же остановился. Глядя на совершенно разные пути, он задал ещё один вопрос:

– А какой путь будет верным.

После короткой паузы, с надлежащим бездушием, пастырь ответил:

– Тот, который вы выберете.

Князь не оборачивался, он понимал, что существо уже, скорее всего, ушло. Придав самому себе уверенности, он устремился по ранее выбранной дороге.

Рыбаки шумели, вытаскивая сети из вод Кондра. Пойманные осетры бессильно извивались, всё сильнее запутываясь в сетях. Парусники открыто и свободно ходили над глубинами озера, подгоняемые северным ветром, этим же потоком обдувало спину Творимира, который сделал выбор.

Глава 3. Караван.

Блеклый свет пробивался сквозь полураскрытые ставни. В пространстве небольшой комнаты на одноместной кровати лежал юноша, разгоняющий потоки пыли дыханием трёхдневного запоя. Лексан не так часто выходил из этого состояния, прибыв из Каргополя, гонец всё чаще утопал в вине. Ему не задавали лишних вопросов. Заслужив право на собственное место при царском дворе, он протягивал каждый новый день, который ничем не отличался от старого. Всё потеряло былые краски: рассказы наставников о невероятных подвигах гонцов и правоте их дела остались далеко позади, ещё в той самой гончей школе. Сейчас реальность представляла собой один-два выезда в пригород с несрочным заданием, которое начиналось кубком вина, а заканчивалось бочонком медовухи.

Когда беспокойный сон всё же овладел его сознанием, в дверь постучали.

– Я не дома! – послышался пьяный отзыв.

Стук повторился, уже настойчивее.

– Я не дома! – отозвался Лексан, ещё глубже зарываясь в подушку.

На этот раз в дверь не стучали… её снесли с петель… Рухнув на пол рядом с кроватью, она неожиданно разбудила гонца. Его окосевший взгляд направился вниз, не совсем осознавая, почему дверь не во входе, а тут, он посмотрел на место, где дверь

висела обычно. Два огромных стражника, пугающе похожих на великанов, стояли позади молодой женщины, прикрывающей лицо платком. Это была советница князя, по-видимому, запах грязных сапог, смешанный с трёхдневным перегаром и наглухо завешанными окнами был ей несколько не приятен.

– Для тебя есть поручение, будь любезен выйти ко двору, разговор продолжим там.

– Я уже говорил, – бормотал Лексан, отворачиваясь к стенке, поднося при этом к губам стальной кубок, – меня нет, – после этого он стал отхлёбывать вино.

– Демонстрация затянулась, – нервно прошептала Анфиса.

Поняв суть слов советницы, громилы вошли в комнату. Один из них резко выдернул кубок из рук гонца, это задело его, на что Лексан резко вцепился в кубок. Не плошая, второй стражник лёгким движением своей огромной руки взялся за шиворот его кафтана, подвесив гонца в воздухе. Лексан пытался дёргаться и изворачивался, как обезглавленная змея, вскоре осознав свою беспомощность, он просто расслабил мышцы и свис, как трофейная охотничья туша. Второй стражник перекинул его через плечо, подвесив, словно мешок с картошкой, и все четверо направились к заднему двору.

Оказавшись в указанном месте, стражник сбросил юношу на землю.

Лексан был похож на побитую дворнягу. Его глаза расходились в разные стороны, чем-то напоминая рачьи. Анфиса стояла в трёх шагах, позади неё закрывали солнце двое стражников.

– Не в моих правах навязывать нравоучения, тем более, когда передо мной взрослый человек. Однако твоё несвоевременное пьянство не позволяет воспринимать тебя всерьёз. Итак, опустим отступления. На данный момент при дворе нет посыльных дальнего следования. Вспоминая достойно выполненное поручение по Каргополю, совет решил назначить тебе ещё один поход.

Лексан ощущал вибрации, исходящие из вне, подсознательно понимая, что с ним говорят, он пытался воспринимать речь, но увы…

– Ты слышишь? – повысила тон советница.

Гонец кивнул.

– Вполне возможно, что путь будет длителен. Дорога может занять не месяцы, а сезоны. Посему, в твоё распоряжение будет дана грамота царского приближения, – она протянула гонцу свиток, стянутый золотой плетью, и скованный восковой печатью. – Береги её, данный документ действителен на протяжении от северных гор, до южных морей, предоставляя владельцу право на одну ночь в постоялом дворе, один прием блюд и так далее. Главное, что в одном заведении грамота действует единожды.

Словно великан, заваленный камнями, гонец стал подниматься на ноги. Приложив недюжие усилие, он сумел совладать с тяжёлым телом. Вдохнув очень глубоко, он продвинулся к бумаге. Подойдя почти вплотную, он с силой выдохнул, что вызвало струйную рвоту. Окатив землю перед ними, он вероломно попал на каждого из трёх.

– Это более чем достойный ответ, – прошептала Анфиса, поднеся к носу платок.

Один из громил толкнул гонца в грудь, с силой, достаточной, чтобы он снова оказался на земле. Лексан расстелился на пыльной площадке, злобно хихикая.

– На закате быть у конюшен, – говорила в нос советница, зажимая его платком, – если не о себе, так о животном позаботься.

Вечерело, гонец приближался к хлеву, выглядя иначе. Его лицо было выбрито, кафтан вычищен от грязи, а сапоги натёрты. Анфиса ожидала его у одноглазого коня, теперь без стражников. Ведя своей мягкой белой ручкой по мускулистой шее, она чувствовала тепло этого несломленного исполина.

– Жизнь не справедлива, – полушёпотом говорила советница, не оборачиваясь, – я помню, каким был этот гнедой на скачках…