Летняя вьюга
Шрифт:
– Давай уж на "ты", как все, ладно? Не такой я и старый. Да, ты права, в том плане, что Дарья осталась человеком, нормальным… но тут такое дело. Неспроста именно она нашла волшебный шарик, как мне кажется. Взломщица.
– Она… как Нео, да?
– Нда. Кошмар робота Бендера. "Мне кажется, я видел двойку…"
– Что?
– Извини. Проехали. Пойду пройдусь.
Кошмар пришёл внезапно. Искрящиеся вершины кавказского хребта, снег… и холод. Холод страшный, забирающийся под любую одежду и обувь, скрючивающий пальцы рук, сотрясающий внутренности. Джина вздрогнула, морок отлетел прочь. Сидящий на соседнем кресле,
Впрочем, миссис Голино отлично понимала, отчего снятся кошмары. Дело было не в пережитом когда-то страхе, и всяких там любимых психологами посттравматических синдромах. Прошлое умерло, говорил отец Джины, старый вояка, и сын уважаемого человека с Сицилии. И спал спокойно до сих пор, пройдя Вьетнам вдоль и поперёк. Заместитель директора просто жутко вымоталась за последний месяц. Результат этой работы был пока не виден, но… управление агентурой такого уровня требовало постоянного внимания, пользу приносило один-два раза за "время жизни" агента, зато и информационный барыш был королевским. Но больше всего Джину убивала не работа, нет. Как это не лицемерно звучало, разведчица любила свою работу, находя в ней смысл жизни. Давила и плющила, бетонной плитой, необходимость контактировать с "обществом", провались оно ко всем чертям… Особенно напрягал секретарь ЗО, Джефф Мортон. Пожилой мужчина лет шестидесяти, обрюзгший, со свинячьими стеклянными глазками, внушал женщине неописуемое отвращение. Смешанное со страхом – за зрачками-фотоэлементами секретаря была… пустота. Нет, даже не эгоизм… Это было чувство абсолютного, нечеловеческого презрения к… людям. Просто людям. Прочие участники и кандидаты Западного Общества были более человекообразны, что ли. Или… лучше скрывали свой сверхчеловеческий снобизм.
Неделю назад Джина дала себе обещание – если мутноглазая гадина свернёт себе шею в ванной или подавится костью, она станцует на столе. Обязательно.
Телефон пикнул – у разведчицы была привилегия не выключать сотовую связь в полёте. На экране был просто набор цифр, но Голино не удержалась от радостной улыбки. Провидение, наконец, повернулось лицом к измученной шпионке. Группа "В" русских вычислила Вьюгу.
– Передельский нашёл Вьюгу. Это Дарья Владимировна Чекан, ученица одиннадцатого класса долгопрудненского физмат-лицея. Данные в файле, вот флешка. Его инет у нас под крышкой.
– Отлично. – Шалимов вышел во двор, где уже стоял, степенно куря у своей "Ауди", начальник оперативников. – Интересно, доложится или… ладно, Коль, начинай копать по любому. Время дорого.
– Уже. – Волков был короток. – Поехал я. Спокойной ночи.
Изгнанная с кухни Юлька, дожидаясь начала пиршества, занялась любимым делом – препирательством со старшими коллегами. Сидящий рядом с ней Серёга почти ничего не понимал, но был преисполнен гордости за свою подругу, спорящую сейчас с целым доктором наук, причём практически на равных.
– Как вы магнит-то подвесили, ведьмочки?
– Вот. – Не вдаваясь в словесные объяснения, Терция набросала жирным чёрным маркером эскиз устройства фейского космического "движка".
– Блестяще. Снимаю воображаемую шляпу. И Дашка вокруг вас допзащиту поставила, как я понял?
– Да. Я никак другое не пойму. Почему у меня в расчётах, вот… получилось три семьсот
примерно, а по реальному расходу – скорость истечения за семь выскочила?Профессор улыбнулся, прищурился на юлькины записи.
– Таак. Знаешь… чем грешат все теоретики? Они свою модель с реальным миром путать начинают. Заметь, я тебя не молодостью попрекаю, это тот недостаток, что сам проходит… в отличие от всех прочих, да. Я и деду твоему на это указывал, и Светке. Гипнотизируете сами себя своими формулами и компьютерами, а потом на мироздание обижаетесь, что не спешит вашей красоте следовать…
– Я не обижаюсь. Но я же вашу модель взяла, что вы в ФИАНе гоняли. А она соответствовала объективным измерениям…
– Каким измерениям, Юля?! Ты взяла мою плазму, что мы в восемьдесят четвёртом получили, "лидочку с самообжатием", так? Вот тут у тебя температура… уже к такой плазме понятие температуры, как энергетической характеристики, вообще не очень применимо, это, уж прости за банальную тавтологию, средняя температура по больнице. А уж к дашкиному волшебному… лазеру… у неё только литий с дейтерием сталкивается, так? А в моей, вон, смотри на вкладке – всё подряд, там разновероятных реакций чуть не две страницы! У Дарьи уже не плазма, а химера! Натуральная химера, законы, по которым это работает, ещё не записаны! Ты их выводить будешь, с Дашкой вместе! А здесь ты, я смотрю, высчитала коэффициент концентрации, для вашего… зеркальца. Чисто геометрический, умозрительный. Эдакую колдунскую нормировку. Помножила на мои расчёты, и оп-ля, готово! Нет, незачёт, юная леди, это примитив! Так дела не делаются.
Чекан помолчал несколько секунд, успокаиваясь, ободряюще глянул на несколько подавленную таким драйвом Терцию.
– У Дарьи уже не средняя по больным, а средняя с учётом медперсонала и морга. Бессмыслица, короче. Но… с весами, испытание – это ты молодец, несомненно. Чисто инженерный подход – принимаем двигатель за чёрный ящик, смотрим только на результат. А особенно ты с акселерометрами угадала. Там тебе вообще ничего думать не надо было.
– Ну, я это прочитала… а почему у меня такая разница между расходами при испытании и в космосе-то?
– А ты точно уверена, что Дашка всё повторила один в один?
– Говорит, что да.
– Хорошо, ты достоверно знаешь, сколько, и в каком режиме вы сожгли на Арабатке?
– Да. Там мы полминуты на тонне примерно потупили, а потом всё, что осталось, на трёх.
– Тогда я знаю ответ. Да, остаток вы жгли шестьдесят три секунды. Ты ролик, что украинская рыбоохрана сняла – в сети видела, с вашим огоньком?
– Конечно.
– И… сколько он длится?
– Блин!!! Восемь минут…
– Психология, она такая зараза, да…
Поняв, что футуролог не собирается темнить, Волков решил сделать штатному психу ответный "подарок" – толсто намекнуть на то, что интернет-трафик Кита не является для его временных коллег тайной. Поэтому, когда Передельский приехал, в девять утра, в офис спецгруппы "В", и сразу, без обиняков запросил всю информацию по Дарье Чекан, оперативник просто открыл на компьютере наспех, за бессонную ночь, уже собранное, готовое досье. И отметил, что умник всё понял, коротко и благодарно кивнув.
Всех сотрудников ждал небольшой сюрприз – на доклад аналитика (Шалимов, разумеется, решил потешить самолюбие привлечённого интеллектуала, предоставив ему право "доложиться" сольно) заявился собственной персоной Стас.
Передельский понимал, что нежданный гость и есть тот, кому он обязан своей работой в спецгруппе Совбеза. И степенно начал своё повествование, под благосклонные кивки Волкова. "Государев убийца" был доволен – всё шло по ЕГО плану. Главное было успеть, успеть в срок, отпущенный смертельным недугом Маргарите. Но теперь у неприметного человека с холодными глазами была надежда…