Летняя вьюга
Шрифт:
Дашка задрала голову… и её сердце разом провалилось в желудок… Стоящее почти в зените Солнце заливало пустыню страшноватым белым светом, без всяких полутеней и рельефа. А ниже жуткой люстры, голубоватой подковой над несуществующей дверью, висел огромный ущербный серп Земли. Рогами вниз, как личная дашкина триумфальная арка. ОНИ БЫЛИ НА ЛУНЕ.
От волнений за судьбу экспедиции Мыша отвлекла Натали. И отвлекла надолго и вкусно. А сейчас, завернувшись в огромное полотенце, женщина просто покачивалась вместе с Димой в гамаке, во дворе большого дома, и разглядывала звёзды. Неторопливо заходила почти полная луна.
– Здравствуйте,
– Редьярд Киплинг, сэр! Человек и Книга Джунглей! – подмигнув несколько застеснявшейся своего "наряда" Наталье, завёл шарманку Мыш.
– Ну, вы тут вообще совсем!
Во двор, разбуженные голосами, вылезли Светлана с Игорем. "Колонизатор", с прищуром осмотрев загорелых подопечных "туземцев", отметил явный некомплект.
– А Дашка с молодёжью где, у Козихи?
– В море, – Ровно ответил Дима.
– Какое море, ночь…
– Mare Tranquillitatis, – обернувшись через плечо на Луну, продолжил Мыш, – вроде уже должны долететь.
– Таак. Везде поспела. Кто ещё знает?
– Познакомьтесь, Борис Викентьевич. Наталья. В теме происходящего.
– Очень приятно. – Профессор кивнул.
– Взаимно. Дима мне о вас много рассказывал. Ещё знают Юля с Серёжей, и Кристина, моя дочка. Григорий не в курсе.
– Нда. Не в обиду, но…
– Но по секрету всему свету получилось, – закончил Джа.
– А на Луне с ней, сейчас, Юлька Музалевская, с кавалером, – дополнила Света.
Подошёл Григорий, поздоровался с отцом. Посвящённые изобразили на лицах полное отсутствие всякого присутствия.
– Погано, как-то, – тихо сказал Наталье Мыш.
Та просто изобразила глазами согласие. Борис Викентьевич, тем временем, отвёл младшего сына в сторону, и что-то быстро ему сказал, после чего вернулся к прочим отдыхающим. Натали, уже, с космической скоростью, сменившая свой наряд на более пристойный, собрала на стол чай.
– Демоны Максвелла… кстати, в манге они уже тоже были. Верданди летала на метле, куда был такой демон встроен, в "Моей богине".
Собеседник Кита, бывший коллега по "генштабу" и один из авторов знаменитого "Мира танков", навестил Передельского, ожидая ночного минского поезда. В своё время этот, то ли на самом деле циничный, то ли хорошо такого играющий, интеллектуал, самоиронично обозвал себя "еврейским мальчиком с узкой грудкой". Происходя из среды обедневшей советской "знати", "мальчик", носящий истинно арийское имя Вячеслав и заслуженную флотскую фамилию, тоже вполне себе русскую, был невысок, отнюдь не узок, давно и удачно женат, воспитывал ребёнка. От "мальчика" у него был, пожалуй, только анимешный юзерпик на аккаунте в "живом журнале". В "Море Дирака" футуролог вывел своего теперешнего собеседника, как одного из ключевых персонажей.
– Вот. "Где я энергию возьму, я вам что, реактор?" – Передельский не упоминал о своей новой работе, общаясь со Славой. "Умному достаточно". – Понимаешь, чем пахнет?
– Ну да. Вечность пахнет нефтью. Точнее, уже не пахнет.
Разговор со старым приятелем, в общем, ни к чему не обязывал, и никаких "сливов", через него, Кит делать, естественно, не собирался. Но… "нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся"…
Космонавты потрясённо молчали, сбившись в плотную кучку. "Пришло" даже флегматичному, как пень, Серёге. Только сейчас рыжая полностью осознала, что она сотворила. Родная планета была далеко, демонстрируя феечке скорбно-удивлённую ухмылку…
Рога большого голубоватого серпа были чуть размыты земной атмосферой. Колючие иголки, глаза бесчисленных звёзд, недобро уставились на троих "детей" под чужим небом. Здесь было тихо и пусто. Юлька вдруг, словно не выдержав слабого лунного притяжения,
опустилась вниз, на тёплую пыль и песок, стала на колени. Сгребла горсть мелких камешков.– Это что… правда?!
– Ага. – Дашка уже справилась с шоком. И полезла в машину, за фотиком и коммуникатором.
Серый тоже "разморозился". Это было немудрено – маленький кусочек привезённого с собой воздуха разогрелся о лунную поверхность, и феечке пришлось быстро модернизировать свою охладительную схему, чтобы всем троим не свариться живьём. Рыжая деловито щелкала фотоаппаратом, снимая лежащий флаг, "Апполон", лунные пейзажи и Землю. Перемазанная пылью и обалдевшая Терция, наконец, приняла вертикальное положение и космонавты, аккуратно ступая, чтобы не подпрыгивать, подошли к американскому кораблю.
Предложение Серёги нацарапать на опоре модуля три весёлые буквы девушки с негодованием отвергли, и путешественники ограничились сакраментальным "здесь были…", с перечислением имён второоткрывателей. "Космонавт-бездельник" сообщил, что он в туалет, и скрылся за второй опорой. Дашка фыркнула – это было настолько глупо, что даже сказать нечего. Когда горе-исследователь вернулся, феечка устроила полноценную лунную фотосессию, сделав добрых три сотни снимков, и несколько видеороликов, с участием всех путешественников и даже "Таврии".
– Главное, лишнего не запость, – заметила Юлька. – Как домой полетим, я, что надо выложить, на ноут свалю.
– Смотри, это следы Армстронга, – как-то философски заметила фея, не отвечая подруге, – странно… он уже старый совсем… а следы остались. И наши – останутся. Навсегда.
– Так вакуум. Ничего не портится. Разве метеорит упадёт…
– А пойдёмте, заточим что-нить. – неромантично влез Серый. – Надо отметить же!
Отмечать, впрочем, путешественники были вынуждены чаем – алкоголя, естественно, с собой не брали. Плотно перекусив, Дарья ещё немного поснимала, разделив воздушную капсулу надвое, и чуть полетав над поверхностью Луны. Юлька совершенно не нагуляла аппетита, и ограничилась чашкой кофе, зато Серёга, как ни в чём не бывало, слопал здоровенный гамбургер, и, обнаружив рядом с фейским космическим корабликом плоский камень, начал выцарапывать на нём послание потомкам. Завершив свою работу, космонавт-бездельник тоже стал щёлкать на вьюгин НТС уныло серые окрестности, не забывая и себя, любимого, и сидящую на капоте машины Терцию.
– Ну, что? – плавно опустилась на крышу "Таврии" волшебница, – рисуем?
– Полетели… нет, подожди! – "навигатор" вдруг нырнула в салон автомобиля, после чего решительно направилась, поднимая пыль босоножками, к упавшей штанге флага. В руках у Юли была пластиковая звёздочка – навершие новогодней ёлки, зачем-то прихваченная ей с Земли.
– Ты куда? – удивилась феечка, догоняя подругу, и охлаждая её путь по раскалённому солнцем грунту.
– Вот. – Терция подняла звёздно-полосатый флаг, сдёрнула с себя пояс, и притянула им новогоднее украшение к штанге. – Можешь закрепить?
– Конечно.
Флагшток вонзился в грунт намертво. Над вновь установленным американским "матрацем" гордо сияла красная звезда.
– А чё. Всё по чесноку. – Одобрил свою девушку подошедший Серёга.
– Да. – Рыжая осмотрела конструкцию, и сделала пару снимков.
Вернувшись к машине, Юлька добыла свой блокнот. В нём, ещё на Земле, по атласу, "принцесса хаоса" примерно разметила вьюгин сюрприз для земных астрономов – громадное, в полторы сотни километров, лого супергероини с сайта Вьюги, начерченное на Луне линией толщиной в тысячу четыреста метров – полный размах дашкиной ноосферы. Идея была крайне проста – использовать часть прихваченного с Земли воздуха как громадные и разреженные "крылья", аккуратно вытаскивающие на поверхность светлые частицы титановых оксидов, содержащиеся в тёмном реголите моря Спокойствия. Таким способом обработанная поверхность отражала свет в пять раз лучше нетронутого грунта вокруг. Увидеть такую подпись с Земли мог бы любой обладатель приличного телескопа.