Лёд и Серебро
Шрифт:
Нет, с уроков она не ушла. С чего бы? В конце концов, то, что у Иви и Кэсси не хватает такта не ее проблема, и не ей из-за этого страдать, верно? Но все же на химии она никак не может сосредоточиться на теме, и весь урок не сводит глаз с Тайлера. Хэвен до крови закусывает губу.
Что сделала Ками?
Глава 16. Дневник
Мама была бы недовольна. Она посмотрела бы на нее самым своим строгим взглядом и сказала, понизив голос до шепота для большего эффекта: «не твое – не трогай».
"Смотря, с какой стороны посмотреть", – ответила бы Хэвен.
Она не считает, что делает что-то неправильное. Скорее, с самых похорон она уверена, что должна это сделать. Бабушка была бы не
Книга.
Она с интересом рассматривает находку.
Книга очень старая. Толстый черный переплет, страницы пожелтели и помялись, оборваны по краям. Она аккуратно открывает книгу, боясь испортить. Бабушка оставила ее здесь, значит, она имела для нее большое значение. На первой странице, в левом нижнем уголке мелким красивым почерком выведено: «дневник».
Так это дневник! Хэвен переполняет восторг и нетерпение – если это дневник бабушки…
Но стоит ей перелистнуть страницу, приятное предчувствие сменяется разочарованием – первая запись начинается со слов: "13 мая, 1654". Она с раздражением захлопывает дневник, потеряв к нему всякий интерес. Клавдия всю жизнь посвятила изучению истории и раскопкам в Стрэнджфоресте, ее дом был завален различным древним хламом, она буквально расставляла его повсюду… Но не это. Хэвен снова открывает дневник. Это она не выставила напоказ, а держала поближе к себе.
Хэвен пробует наощупь тонкие хрустящие страницы. Она хотела бы иметь такой же красивый почерк. Не то, что ее каракули. Ее вдруг охватывает ощущение дежавю. В детстве их любимой игрой с Ками было расследование. Они изображали детективов, бродили по дому, искали улики… Про себя она улыбается. Почему она раньше никогда об этом не вспоминала?
Закрыв дверь в комнату, она забирается на высокую кровать, удобно устраивается среди подушек и открывает первую страницу.
13 мая 1654
Не могу поверить, что сегодня мне уже двенадцать! Мама говорит, что я достаточно выросла, чтобы больше помогать ей с моими младшими братьями и сестрой. Мои подруги ненавидят сидеть с детьми, а я очень люблю Стивена, Малкольма и Ивонн. Играть с ними для меня намного веселее, чем общаться с соседскими девочками. Они только и могут, что говорить о мальчиках, да о своих волосах.
16 мая 1654
Сегодня произошло кое-что, что так меня расстроило, что я почти ничего не смогла съесть за ужином несмотря на то, что мама приготовила мой любимый пирог. До сегодняшнего дня я думала, что у меня есть лучшая подруга. А сегодня утром оказалось, что все секреты, которые я ей рассказываю, она говорила другим девочкам. Не могу понять, как Вера могла так со мной поступить. Наверно, я никогда больше не смогу доверять кому-то…
Хэвен падает на кровать, не сдержав раздраженный смешок. Серьезно? Бабушка так тщательно хранила вот это? Дневник какой-то глупой девчонки с ее скучными детскими рассуждениями?
Не может быть такого! Она возвращается к чтению.
…Вера извинилась. Нужно иногда прощать людей, я так думаю. Мы снова друзья, я этому очень рада…
…Малкольм заболел, всю ночь он плохо спал и был такой горячий! Мама качала его на руках, но ему лучше не стало. Тогда отец позвал Вейлу, она заварила много разных трав в большом котле и приготовила отвар. Мама дала Малкольму выпить его с ложечки, не знаю, как он это выпил, оно очень неприятно пахло… Но сейчас утро, и ему стало намного лучше. Вейла настоящая волшебница!..
…Я сказала ему, что не хочу, но он все равно поцеловал меня. Фу, это было так противно! Никогда больше не буду целоваться с мальчиками…
Хэвен перелистывает страницу за страницей. Читать это больше не в ее силах. Но она все же надеется найти нечто стоящее. Неизвестной девочке исполняется тринадцать, а стиль написания все тот же, детский, и ничего интересного в ее жизни не происходит. Она доходит до середины и останавливается. Дальше идут желтые пустые листы. Видимо, дневник вести ей надоело.
«И Слава Богу, – с сарказмом размышляет Хэвен, – писать мемуары не самая сильная твоя сторона…»
Она перелистывает один лист, второй, третий и....
Почерк такой же аккуратный, но буквы больше, края немного заострены.
3 июля 1659
Сегодня мой день рождения. Мне семнадцать, мне подарили столько подарков мама и друзья, что и не сосчитать! Но, если честно, мне они не нужны. Из них мне дорог лишь один. Я пообещала, что он всегда будет со мной, и так я и сделаю.
Он такой красивый. Серебряная роза, а вокруг нее шипы. Это самое красивое украшение, которое когда-либо у меня было. А еще на нем выгравировано мое имя.
20 июля
…с Верой я больше не заговорю. Я знаю, то, что она сказала, говорят все. Да она, вероятно, в полной мере и не осознает значения своих слов. Я знаю, на самом деле ей просто страшно. Но ее страх не оправдывает ее поведения. Ее слова не оправданы тем, что все говорят также. Потому что я знаю: все не правы. Он этого не заслуживает…
2 октября
…мы еще никогда не заходили так далеко в Лес. Я бы никогда не пошла туда одна, но с ним мне не страшно заблудиться. Мы нашли огромную поляну, полную красивых цветов. Прости, мой Дневник, но я не хотела возвращаться…
7 ноября
Скоро наша свадьба с Бьерном… Всего через четыре месяца. Каждое утро я молюсь о том, чтобы этот день никогда не настал. Я не стану его женой, не стану ему принадлежать. Он сказал, что сделает все, чтобы это предотвратить. И я ему верю…
14 ноября
…мне не нравится слово "любовь". Оно неверно истолковывает то, что я хочу сказать тебе, мой дорогой Дневник. Я люблю маму, Стивена, Ивонн, люблю Малкольма, хоть его больше нет после той ужасной болезни. Я люблю Веру, хоть и изредка злюсь на нее. А его… Нет, его я не люблю. То, что я чувствую… Это слишком… Я не могу подобрать слов… Подходящих слов я не знаю. А, может быть, их и вовсе не существует.