Кровь
Шрифт:
— Slika je vredna tisoc besed. Zdaj ni vse se pripravljeno. In ko Stefan in Pasa bosta prisla, vam pokazemo. (Это лучше увидеть, чем услышать. Сейчас ещё не всё готово. Вот Штефан и Паша приедут, тогда мы вам продемонстрируем.)
Лиза разочарованно вздыхает. Драган что-то шепчет Даниелю на ухо. Даниель кивает и, прочистив горло, снова обращается к группе:
— Necesa sva se domislila. Vendar potrebujeva vaso pomoc. Liza, Bela, pojdita k gospi Kovac, prosita jo vkljuci elektriko v kapeli, (Мы кое-что придумали. Только понадобится ваша помощь. Лиза, Бэла, сходите к госпоже Ковач, попросите, чтобы она включила электричество в часовне.) — к мужчинам, — In bomo sli v skladisce, ko Dragan tu bo vse pripravil. (А
Девушки отправляются в сторону административного корпуса, что-то обсуждают по пути, на миг приостанавливаются — Лиза передает Бэле тетрадь. Мужчины уходят в противоположную сторону. Драган входит в часовню.
Компания снова перед часовней. Стоят напротив входа рядом с мешком, полным песка. Даниель и инспектор держат в руках лопатки с прямоугольным полотном. Доктор Пеклич понимающе улыбается. Девушки в предвкушении события подпрыгивают на месте то ли от возбуждения, то ли пытаясь согреться. Лиза держит наготове телефон.
Даниель негромко, как бы самому себе,
— Skoraj sem sram, da to naredim brez fantov. Pasa je izumil vse. On in Stefan sta tukaj delala. (Мне почти стыдно делать это без парней. Паша всё придумал, и они со Штефаном тут до утра трудись.) — и вздохнув, бодро осведомляется: — Ste pripravljeni? Lahko vidite? (Все готовы? Хорошо видно?)
Лиза с нетерпением:
— Daniel, come on! (Даниель, ну же!)
Даниель:
— Dragan! (Драган!)
Драган, появившись в дверном проёме часовни, поднимает руку, в знак готовности. Даниель кивает. Драган отходит в глубину часовни, становится рядом со саркофагом, скрывающим тайный ход. Каменная крышка уже лежит, как положено, сверху. Даниель комментирует:
— Trenutno vampir namerava odstraniti pokrov v upanju, da bo pobegnil po skrivnem prehodu. Se nismo ga zakopali, ampak zacnemo po kosilu. (Вот вампир собирается снять крышку, надеясь убежать через тайный ход. Он пока не завален, но мы этим займемся после обеда.)
Драган склоняется над крышкой, хватается за край и, изображая сильнейшее напряжение всего тела, толкает неподъёмную каменную плиту. Сейчас же с неимоверной скоростью весь дверной проём охватывает гудящее пламя. Лиза тонко вскрикивает от искреннего удивления. Бэла смотрит на бушующую стену огня, как зачарованная. Мужчины восторженно переглядываются.
Огненные языки с треском и гулом рвутся вверх, жаркое, насыщенно алое трепетание пышет гипнотической гибельной красотой. Отблески пламени пляшут в немигающих глазах восхищенных зрителей. Откуда-то сверху доносится торжествующий вопль. Компания, вздрогнув, на секунду отвлекается от завораживающего зрелища — Тинек, высунувшись из замкового окна где-то на втором этаже, издает ликующие крики, оживленно размахивая руками.
Тут новый шипящий звук, исходящий от часовни, привлекает всеобщее внимание. Это Драган сбивает пламя струей огнетушителя. Словно очнувшись от оцепенения, инспектор и Даниель начинают забрасывать огонь песком. Лиза, спохватившись, делает запоздалые снимки. Доктор Пеклич и девушки вслед за ним благодарно аплодируют и посмеиваются.
Огонь потушен. Инспектор устало отдувается:
— Upam, da je nacrt za nujne primere. Dejansko bolje je, da ne igramo z ognjem. (Надеюсь, что это вариант на крайний случай. Всё-таки с огнем лучше не шутить.)
Из часовни, неся опустевший огнетушитель, выходит Драган:
— Kaj pravite, inspektor? (Что скажите, инспектор?)
И тот отвечает с искренним воодушевлением:
— Pozar na izhodu ne bo ga ustavil. Mora tudi biti ogenj znotraj kapele. (Горящий выход его не остановит. Надо,
чтобы и внутри часовни горело.)Даниель, опустив глаза:
— Ja, to je dobra ideja. (Да, это хорошая идея.)
Лиза не скрывает улыбки, остальные сохраняют невозмутимый вид, как будто ничего особенного не происходит.
Компания, всё ещё не отошедшая от увиденного, медленно идет от часовни к замку. Все возбужденно переговариваются: Инспектор и доктор Пеклич, Даниель, Лиза и Бэла (Драгана поблизости нет). Даниель галантно напоминает девушкам о ловушках под окнами, те притормаживают, сворачивая правее.
Тут в метре от них воздух сверху вниз прорезает нечто трудно различимое и смачно шмякается в снег прямо на серебряные колья, издав отвратительный звонкий хруст. Лиза непроизвольно взвизгивает и отскакивает, схватившись за плечо Даниеля. Остальные на мгновение в ступоре замолкают. Насаженная на колья, в снегу красуется обезображенная голова манекена в средневековом шлеме. Инспектор беззвучно ругается. В замковом окне прямо над головой всей компании заливается заразительным озорным смехом Тинек.
***
Все (инспектор, доктор Пеклич, Даниель, Лиза, Бэла, Тинек и госпожа Ковач) собрались в просторной зале замка. Тут пустовато. Пробивающийся из узких окон свет едва рассеивает тени в обширном помещении. По стенам висят скудные экспонаты, драпировки, какие-то карты и пояснения к ним. В одном углу устроена довольно корявая диорама: пластиковая средневековая красавица, обряженная в грязно-синее одеяние, провожает в поход безголового воина в мутно-бордовой тунике. Бутафория всей сценки видна невооруженным взглядом.
Даниель с невозмутимым видом начинает пристраивать к шее воина пострадавшую от рук Тинека голову. Инспектор хмуро наблюдает за процессом и в то же время крепко держит Тинека за плечо. Госпожа Ковач осыпает мальчугана упрёками и оплеухами, в ответ на что он пытается состроить виноватое лицо (хотя улыбка так и лезет наружу) и слабо прикрывается свободной рукой.
Бэла и Лиза, не забывающая фотографировать всё подряд, осматривают небогатую обстановку. На одной из стен среди глянцевитых плакатов с видами замка они обнаруживают парные портреты. Пожилой мужчина с длинным желтоватым лицом и по-собачьи грустными глазами. Молодая немного бледная женщина с тяжелыми тёмными косами, прикрытыми лёгкой, как паутинка, полупрозрачной тканью. Бэла останавливается у портретов и вглядывается в них с напряженным вниманием.
Просторная светлая комната. Молодая женщина в богатом красном одеянии низко склоняет увенчанную тяжелыми тёмными косами голову.
Бэла читает надписи на табличках под портретами, беззвучно двигая губами: «Wolfred Seelandski, 9 stoletje» (Вольфред из Зееланда, IX век), «Katarina Seelandska, 9 stoletje» (Катарина из Зееланда, IX век). Женский портрет, по-видимому, интересует её сильнее. Она сосредоточенно скользит взглядом по глянцевитой поверхности, испещренной многочисленными трещинами. Как живое, выступает из тёмной глубины картины тонкое нервное лицо, миндалевидные карие глаза, сухо сжатые тонкие губы. В руках у женщины небольшая книжечка с надписью: «Morte accepta, regrediar».
Лиза давно стоит в другом конце залы, где на стене отливает алюминиевым блеском какая-то неправдоподобная амуниция. За спиной Бэлы Даниель, инспектор и госпожа Ковач уже все вместе энергично трудятся над реконструкцией воина. К одиноко стоящей Бэле подходит доктор Пеклич:
— Это копии, к сожалению, но довольно приличные.
Бэла:
— Доктор… э-э-э… а-а-а… — очевидно, взволнованная, она никак не может сформулировать свою мысль и только перебирает междометия, указывая на портрет.