Чтение онлайн

—Попробуй встать. Нам надо уходить.

—Я пока отдохну, милорд. Вы поищите какое-нибудь оружие.

Ингвар разгрёб остатки кровати. Загородил досками уцелевшие светильники. Тот сундук, где Бёльверк нашла масло, принадлежал повару. Ингвар посмотрел, осталось ли что-то, что может ему пригодиться.

Нашёл кольчужную рукавицу мелкого плетения. Для чистки моллюсков, чтобы не лишиться пальцев, когда лезвие соскальзывает со створок. А к ней в придачу толстую стёганую прихватку с петелькой. Половину бутылки того самого масла, тлеющего сейчас в самодельных аладдинках. Баночки с солью, перцем, гвоздикой. Мешочки с сушёными апельсиновыми

корками, с орехами.

Единственный человек, чья одежда в лагере могла бы ему подойти, хранил в сундуке только один парадный комплект поварского обмундирования. Алые штаны и двубортный китель с вышитым у сердца гербом — тремя золотыми саламандрами. Алый шейный платок. Алый колпак.

—Неприметненько, да?

Рутерсвард нашёл в себе силы, чтобы прохрипеть:

—Милорд ярко жил. И говорил, что и умирать надо ярко.

Из плотного мешка, в котором хранилась одежда, Нинсон сделал узелок и побросал туда вещи. Несколько пустых тыковок-горлянок, липких от сидра. Мешочек сухарей. Заплесневелую луковицу.

Поварской нож. Подозрительно похожий на тот, что он видел в Убежище на спинке кресла у огромного письменного стола с башнями оплавленных свечей. Тот же странный отступ лезвия. Та же табачного цвета хваткая рукоять. Тот же латунный упор для большого пальца. Но, разумеется, это был обычный нож мастера-повара — никакого клейма Кутха.

Единственное оружие? Нет, можно соорудить ещё.

Нашёл сбитый Бёльверк замок. Достал из него отмычку. Распутал верёвку, которой был привязан к кровати. Сложил вдвое, продел сквозь дужку замка. Затянул узел. А на руке сделал петлю. Примерился. Правой рукой ему с кистенём не управиться из-за больного плеча. А левой не попадёт. Ладно, пусть левой. В правой будет нож.

Выплюнул окровавленный перстень, который до сих пор держал за щекой, карябая зубы. Куда его? На палец? Отберут, когда поймают. Наскоро привязал к волосам на затылке. Может, не заметят в густой гриве.

—Все, старина. Идём.

—Нет, милорд. Это вы уходите. А я должен здесь остаться. С моими ребятками.

Ингвар видел, что переубеждать старого воина бессмысленно. Мелькнула мысль о том, что доспехи больше не понадобятся Рутерсварду. А вот его, Нинсона, они могут спасти. Но нужных слов не нашлось. Как такое скажешь?

Тебе, мол, всё равно, одна дорога, а я ещё поживу, так что раздевайся. Да и скороход из Великана был никудышный. Без брони больше шансов уйти.

—Рутерсвард, послушай. Я смотрю на мёртвых, но не чувствую их мёртвыми. Я не чувствую смерти, Рутерсвард. А для колдуна это край. Со мной что-то не то. Ты мне нужен, Рутерсвард. Нужен! Я не знаю, куда идти. Я больше вообще никого не знаю. В целом, клять, мире.

—Ты нашёл отмычку. Давай её сюда. Первый же, кто ко мне наклонится, получит её в ухо. Открою замочек, так сказать. Кстати, о замочках. — Рутерсвард сплюнул. Зубы окрасились кровью. — Шкаф открывается руной. Янь знает какой. Которой у вас, у колдунов, обычно всё открывается. Эшер мне говорил, да не помню. Под нижней полкой. Там тайник. Там Мортидо. Возьми его скорее. Спасай его и себя.

—Мортидо?

—Ну да! Чичероне! От самих Лоа! Покажи ему мир!

—А ты?

—А я… Умирать надо ярко, да?

—Рутерсвард! Соберись! Идём!

—Стань легендарным колдуном, сынок. Пусть всё это было не зря.

—Я стану.

Но Рутерсвард уже не слышал его. Отключился.

Ингвар выполнил последнее желание и вложил железный штырь отмычки

в немощную руку. На прощание сжал плечо командира погибших Жуков.

—Мы ещё увидимся, друг. В другой книге. Обязательно. Думаю, я уже довольно скоро дочитаю свою. До встречи. Пусть твоя следующая игра будет не хуже.

Шкаф оказался не заперт. Рядами стояли запечатанные амфоры матового чёрного фарфора. Проведя светом, можно было различить ускользающий, словно нанесённый мокрой кистью, узор. Поблёскивающие картинки изображали зверей.

Огромная амфора с рисунком дракона на нижней полке была дополнительно закреплена поперечными ремешками. Ингвар видел такие крепления в лекарских саквояжах, наполненных стеклянными пузырьками.

На средней полке умещались два горшка, больших, как вёдра. На полке повыше стояли четыре крынки поменьше, размером с кувшины. Ещё выше — обычному человеку надо тянуться, а Ингвару как раз на уровне глаз — шесть маленьких банок. В узоре просматривался шестигранник с пчелой внутри. Похоже, мёд. И раз уж он теперь стал поваром и имущество наполовину состояло из специй для приготовления глинтвейна, было бы разумно взять, в первую очередь, мёд.

Оказалось, сосуд вылеплен заодно с крышкой. Чтобы открыть такую баночку, придётся её разбить. Нинсон бросил в узелок все шесть горшков.

Рядом с амфорой, по боку которой летел дракон, были втиснуты какие-то тряпки и кожаные ремешки. Грязная истёртая обувка тех, кто переоделся в шелка Таро. Воров было двое, и обе пары обуви более или менее подходили по размеру. Что, если задуматься, странно. Так как среди налётчиков не было никого ростом с Великана Нинсона. Наверное, всю удачу он извёл на шанс встретить сразу двух человек с гигантскими ногами.

Ингвар разрезал светлую льняную рубашку на полосы, из которых сделал портянки. Обулся в расхлябанные кожаные поршни, найденные в шкафу. Пока завязывал, порвал тесёмки. Но удалось прижать их обмотками.

Изрезав на онучи рубаху, Нинсон запоздало понял, что она много больше тех, что он видел в гардеробе Тайрэна. Большая красно-бурая толстовка тоже оказалась впору. Всё ещё не хватало какой-нибудь верхней одежды.

Где-то здесь внизу должен быть тайник.

Что такое Мортидо, Нинсон не знал. Слово карябало, как вставший в горле ком. Оно определённо что-то значило для него. Или, может быть, для Таро Тайрэна.

И ещё Рутерсвард говорил про чичаррон.

Что такое чичаррон, Ингвар прекрасно знал.

Чтобы приготовить чичаррон, нужно взять куски свежей свиной шкуры. Положить в глиняный горшок, сполоснутый кипятком. Залить тёмным ромом. Лимонным соком. Добавить чеснока. Всю ночь мариновать. А перед обжаркой обмакнуть в яйцо и извалять в муке. Если есть специи, можно добавить. Лучше перец.

Эта хрустящая свиная закуска вкусна и сама по себе. Особенно перемешанная с красным луком и бобами. Но если чичаррон мелко покрошить, можно добавить в любое блюдо.

Вряд ли Рутерсвард заботился о последней трапезе Таро Тайрэна, легендарного колдуна, миссию по защите которого провалил. Скорее всего, просто бредил.

Ингвар прижал руку к нижней полке. Пробежался пальцами по едва видимым очертаниям драконов. Вверх-вниз, влево-вправо, так до тех пор, пока не нашёл место, в котором ему хотелось бы бросать Сейд. И плавно погрузил Инги в дерево. Приложил руки. Несколько раз постучал. Фальшивая панель выпала на ладонь.

Рядом не было ни Тульпы, ни Эшера, а он колдовал.