Чтение онлайн

— Нет! — Фабриций протянул дрожащую руку, лицо передернулось от боли при этом усилии. — Я умираю, и душа моя не приемлет мести. Я пришел в этот Храм Скверны, неся крест и говоря словами Господа, готовый к смерти, чтобы только освободить мир от Того, кто принес столько несчастий. И я был услышан: пришли вы и убили змей. Сейчас они могут существовать и умирать только под землей или удрать в леса и там подыхать. Они не будут больше вредить людям.

Фабриций взял ладонь Кормака в свою левую руку, Вульфера в правую и произнес:

— Кельт и Норманн, вы — братья, хотя и разных рас, разных убеждений. Слушайте! — его лицо как будто прояснилось, он приподнялся. — Мой Господь сказал мне: все различия между вами не важны перед

лицом угрозы Темных Сил. Да, мы все — братья.

Глаза Фабриция закрылись. Кормак стоял молча, сжимая меч. Через какое-то время он глубоко вздохнул.

— Что он сказал под конец?

— Не знаю, — потряс головой Вульфер. — Он сошел с ума — безумие убило его. Но он был смел и не боялся смерти. А вообще-то лучше всего будет, если мы уйдем отсюда. Это нехорошее место…

— Да. И чем скорее, тем лучше, — согласился Кормак. — Дальше, в Уэссекс. Омоем наши клинки в доброй саксонской крови!

— Тигры моря! Люди с волчьими сердцами, грабители из огня и железа! Кормильцы воронов, смакующие убийство и смерть! Гиганты, которым смертоносная песнь меча милее любовной песни!

В усталых глазах короля Геринта мелькнула тень.

— Это для меня не ново. Годами именно эти обезумевшие голодные волки убивали моих людей.

— Возьми любую страницу из записок Цезаря, — сказал Конал, менестрель, — разве не пишет он, как посылал волка против волка? Так покорили наших предков, которые тогда тоже были волками.

— А сейчас они скорее напоминают овец, — отозвался король с сожалением в голосе. — В мирные годы под властью римлян они забыли военное искусство. А без легионов Рима мы, борясь за жизнь, даже не способны защитить наших женщин.

Конал отставил стеклянный кубок и наклонился над резным столом.

— Волк против волка! — воскликнул он. — Ты говорил мне, да я и сам хорошо об этом знаю, что мы не можем послать пограничные отряды на поиски твоей сестры. И не могли бы, даже если бы знали, где искать принцессу Елену. Придется тебе взять наемников, ведь те, о ком я сейчас говорил, так же отважны и дики, как и англы, напавшие на нас. В подобной ситуации это самый лучший выход.

— Только вот пойдут ли они против своих, и вдобавок под предводительством бритта? — с сомнением заметил король. — И не изменят ли они мне?

— Они ненавидят друг друга не меньше, чем мы ненавидим их. Кроме того, ты можешь пообещать им награду, если они вернутся с принцессой.

— Расскажи мне о них, — приказал Геринт.

— Вождь, Вульфер Хосаклирф, — рыжий великан, как и другие люди на его родине. Он по-своему ловок, но предводительствует главным образом благодаря своим воинским доблестям. Лучше всего он управляется с тяжелым топором на длинном древке: обращается с ним, как с игрушкой, а щиты и черепа противников разбивает с такой легкостью, будто они стеклянные. Когда он, весь забрызганный кровью, со спутанной бородой и горящими глазами, врезается в шеренги врагов, размахивая своим топором, немного находится желающих сражаться с ним. Но там, где нужна истинная ловкость, ловкость ума, он полагается на свою правую руку — хитрого, как змея, и давно нам известного эриконского кельта Кормака Мак Арта, которого еще называют Волком. Когда-то он был предводителем ирландских пиратов, нападавших на берега Галлии и Испании и даже на самих викингов. Когда началась междоусобная война между названными братьями, он присоединился к викингам, а точнее, к юттам — именно из них происходит Вульфер и его компания. Кормак — типичный кельт, высокий и мускулистый, напоминающий дикого кота. Его любимое оружие — меч, и он знаменитый фехтовальщик. Обычно викинги не умеют фехтовать, их бой на мечах напоминает молотьбу. Теперь же, когда почти забыто искусство римских фехтовальщиков, Кормак — это из ряда

вон выходящее явление. Говорят, что в бою он ведет себя абсолютно хладнокровно, но является очень грозным противником, потому-то его и называют Волком. Те, кто осмеливались сражаться с ним, в лучшем случае спасались бегством.

— Ты мог бы их найти для меня? — спросил Геринт.

— Господи, они на расстоянии вытянутой руки — в маленькой бухте на западном побережье чинят свою ладью перед новым походом на англов. У Вульфера только один корабль, но движется он со скоростью ветра. К тому же его люди такие лихие рубаки, что их боятся больше, чем какого-либо другого врага, даже и более многочисленного. Они обожают воевать, и я думаю, что при достаточно высоком вознаграждении сделают то, чего мы ждем.

— Обещай ему все, что он захочет. Похитили не только принцессу, прежде всего похитили мою любимую сестру, — лицо короля омрачилось.

— Положись на меня, — сказал Конал, наполняя кубок вином. — Я знаю, где их найти и как с ними разговаривать, но мне нужно твое королевское слово, что я могу обещать

Кормаку исполнить любое его желание. Из этой банды он самый недоверчивый.

Геринт кивнул головой. Он знал, что у этого менестреля свои тропинки. В большинстве вопросов он потрясающе невежествен, но в некоторых, в том числе дипломатии, безусловно, большой знаток. Его ловкость равно благословляли и проклинали, а волшебная игра на арфе открывала ему двери, которые не уступили бы натиску топора. Там, где гибли доблестные воины, он проходил цел и невредим, а его закулисные переговоры с викингами были и вовсе легендой. Король полностью доверял менестрелю.

Вульфер сидел задумавшись. Он запустил в бороду пальцы и что-то бормотал про себя. Огромный, из-за рогатого шлема казавшийся еще выше, чем был на самом деле, он повернулся, чтобы задать вопрос сидящему рядом с ним смуглому, гладко выбритому мужчине. Этот человек, тоже рослый, но не такой массивный, как Вульфер, был, безусловно, более подвижным и ловким. Он не носил, как викинги, золотых украшений, его венчали не рога, а конский султан, похожий на его собственные волосы, черные и ровно постриженные.

Кормак Мак Арт, а это был он, даже не обернулся к Вульферу. Его холодные серые глаза внимательно смотрели в тонкое лицо Конала. У того не было ни арфы, ни меча. С непроницаемым выражением он глядел на мрачное и покрытое шрамами лицо кельта.

— Ты для меня что первый встречный — как я могу это проверить? — спросил Кормак. — Одних твоих слов и обещаний недостаточно. Откуда мне знать, что это не хитрость и не попытка послать нас на поиски чего-то несуществующего или просто в объятия врагов? Кроме того, у нас есть еще небольшое дельце на восточном берегу Британии…

— То, что я предлагаю, будет для вас выгоднее любого пиратского набега, — прервал его менестрель. — Если ты пойдешь со мной, я отведу тебя к человеку, который убедит тебя и представит доказательства. Но мы можем идти только втроем: ты, Вульфер и я.

— Ловушка, — буркнул ютт. — Кормак, я ошибся…

— Нет, Вульфер, — Кормак покачал головой и внимательно посмотрел на менестреля. — Если это западня, то он в ней окажется вместе с нами, а этот парень не так глуп.

— Если ты доверяешь мне в этом, то почему не веришь в остальном? — ответил Конал.

— Разница заключается в том, что здесь речь идет только о нашей с Вульфером жизни, а там — о всей команде. Я обязан все проверить. И я не думаю, что ты лжешь, но ведь и тебя могли обмануть.

— Тогда пойдем со мной. Тому человеку вы поверите безоговорочно.

Кормак поправил шлем и встал. Вульфер, все еще с сомнением покачивая головой, отдал последние приказания сидящим у костра викингам. Одни из них готовили еду, другие играли в кости, третьи чинили вытащенную на берег ладью. Глухая стена леса вокруг пиратов служила им идеальным укрытием.