Короли ночи
Шрифт:
— Клянусь Тором, — изумился Вульфер, — да он жив!
— Воды! Ради Бога, воды, — прошептал мужчина.
Кормак поймал на лету флягу, которую бросил ему Хакон, и приставил к губам узника. Тот пил жадными глотками. Потом он с усилием поднял голову и взглянул на Кормака с непривычной для викингов кротостью и смирением.
— Благословен будь, господин мой, — раздался слабый дрожащий голос, в котором, однако, чувствовались следы былой силы и уверенности. — Как давно я в раю?
Вульфер и Кормак изумленно переглянулись.
— Нет, это не рай, — пробормотал несчастный, — я все еще в цепях.
Викинг выругался и внимательно осмотрел оковы, после чего коротким,
— У тебя мало времени, — произнес Кормак. — Скажи нам, как тебя зовут и откуда ты, чтобы мы могли сообщить твоим близким.
— Меня зовут Фабриций, господин, — он говорил с трудом, — я из города над заливом…
— Из твоих слов явствует, что ты христианин.
— Священник, но об этом говорить нет времени. Оставьте меня и уходите, прежде чем зло настигнет вас здесь.
— Клянусь пределом Одина, — буркнул Вульфер, — я не уйду отсюда, пока не узнаю, кто проделывает такое с людьми!
— Зло. Зло, более мрачное, чем темная сторона Луны, — пробормотал Фабриций. — Рядом с ним неважна разница между людьми, и ты, сакс, кажешься мне братом.
— Я не сакс! — возмутился дан.
— Это не важно. Все нормальные люди для меня братья. Таковы слова моего Господа, которых я, каюсь, не понимал, пока не попал в это место.
— Так это не храм друидов?
— Нет. Боже, я попал в руки Демонов Темных Веков, чудовищ времен кровавого хаоса и воющей бездны. Эти твари, спрятавшись на римских кораблях, прибыли сюда с Востока сеять гниль на чистых берегах Британии. Чудовища, еще более древние, чем друиды, служащие еще более страшному злу, уроды, которые показываются только при луне…
Невыразительные слова стихли, и Кормак осторожно потряс умирающего за плечо. Тот осмотрелся вокруг, медленно приходя в себя.
— Умоляю вас, идите, — прошептал он. — Мне уже ничто не грозит, но вы… Они сломят ваши души своими чарами, а тела пытками, как это сделали со мной. И он придет сюда, чудовище, верховный жрец зла со своими проклятыми легионами! Слишком поздно! Слышите? Они уже приближаются! Может, Бог убережет вас, а если нет…
Кормак фыркнул, как разъяренный тигр, а богатырь-викинг повернулся с топором в руке. Что-то и правда приближалось по одному из коридоров — доносящиеся звуки напоминали стук тысяч копыт о камни.
— Стать в строй! — скомандовал Вульфер. — Закрыться щитами и кровь из носу, но стоять до последнего!
Викинги построились в полумесяц, ощетинившийся сталью и закрытый щитами, окружив умирающего. То, что выбежало из темноты, напоминало волну черного безумия, кровавого сумасшествия — козлоподобные создания, передвигавшиеся скачками, с человеческими руками и лицами, на которых человеческие черты смешались с козьими; — среди них были и другие — с торчащими клыками и глазами, налитыми кровью. Мелькали змеиные и крокодильи хвосты… Позади Кормак увидел еще одну фигуру, одетую в черное, освещенную призрачным кровавым заревом. Это был человек, но до такой степени лишенный человеческих черт, что все эти твари рядом с ним казались милыми и симпатичными зверюшками.
Наблюдения Кормака были прерваны, когда эта толпа вступила в бой с викингами. Чудовища не были вооружены, но благодаря клыкам, рогам и когтям, данным природой, сражались, как дикие бестии. Викинги с решимостью, подогреваемой страхом, которого они до сих пор не знали, бились не менее ожесточенно. Клыки и когти в кровь раздирали тела, но защищенные
шлемами и щитами даны были менее уязвимы, чем нападавшие на них твари, которых они уничтожали сотнями, орудуя мечами и топорами.— Тор и его кровь! — закричал Вульфер, разрубая врага одним ударом. — Они увидят, что одолеть вооруженных воинов труднее, чем пытать нагого священника!
Оставляя за собой горы трупов, выходцы из пекла бросились бежать, но еле заметный в полумраке предводитель вернул их несколькими непередаваемо странными словами. И они вновь двинулись в атаку, устилая пол телами. Вал трупов вокруг викингов стал еще выше. В конце концов немногие недобитые чудовища удрали тем же коридором, которым пришли. Вульфер с трудом удерживал своих людей от погони. Но никто не мог удержать Кормака, который побежал вслед за фигурой в черном.
Кельт преследовал убегавшего по нескольким коридорам, но в большом зале тот остановился и обернулся. Это был высокий мужчина с нечеловечески холодными глазами и странным лицом, гладко выбритым, татуированным фантастическими узорами. Взмахнув коротким, странно украшенным мечом, он набросился на преследователя, но кровавая ярость, охватившая Кормака, не оставляла ему никаких шансов. Кем бы и чем бы верховный жрец ни был, он казался смертным, поскольку стонал и бранился на непонятном языке, когда острие кельта пронзило его раз, и другой, и кровь брызнула из его груди и плеча. Кормак все оттеснял и оттеснял жреца, пока тот не оказался на самом краю отверстия в полу и здесь, пораженный в грудь, упал вниз с диким криком. Крик, удаляясь, затих. Кормак удовлетворенно рассмеялся. Никогда еще он не отправлял противника в ад такой прямой дорогой.
Кельт двинулся назад, на поиски своих разбойников. Несколько рогатых созданий промелькнуло перед ним, но так быстро, что не было смысла за ними гнаться. Через несколько минут, отзываясь на оклики, он присоединился к ожидавшим его на месте битвы товарищам.
— Ты убил его, — прошептал Фабриций, — я вижу его кровь на твоем мече. Она просвечивает сквозь ножны. Другие этого не замечают, но я вижу и знаю, что теперь я свободен и могу говорить. Еще до Рима, до появления настоящих кельтских друидов и даже еще перед пиктами был Он, Учитель Человека. Так его звали, и он действительно был последним из расы, владевшей миром до появления человека. Говорят, что это его рука подала Еве яблоко и послало Адама ей навстречу. Кулл из Атлантиды, великий и могучий властитель, перебил этих чудовищ в решительной схватке за жизнь. Но этот один остался, чтобы и дальше сеять зло и уничтожение. Сейчас я многое вижу из того, что открывается только на пороге смерти. До человека были люди-змеи, а до них были Старейшие с головами в виде звезд. Они создали все человеческое, а потом и этих тварей, когда поняли, что человек не оправдает их ожиданий. Это святилище было последним местом, оставшимся от их цивилизации на поверхности земли. Теперь они скроются под землей, прячась от людей, до того дня, когда мой Господь призовет их перед лицо свое в день Суда… — старик закашлялся и умолк.
Кормак почувствовал, как у него похолодела спина. То, что говорил Фабриций, вставало перед глазами кельта страшными и странными образами.
— Успокойся, — сказал он, — это святилище уже не будет стоять здесь.
— Айе, — согласился пораженный увиденным и услышанным Вульфер, — Мы забросаем этот колодец камнями, и следа не останется.
— Был ты христианином или кем-то другим, ты был отважным человеком, — сказал Кормак, испытывая сожаление, не свойственное ему. — Ты будешь отомщен…