Контракт
Шрифт:
— Кислое молоко. — Покачала головой северянка и отдав сосуд арбалетчику принялась задумчиво теребить кольца и пряжки пояса. — Козье. Нашла в лёднике в одном из домов. Решила, что если возьму себе, хуже уже не будет.
— Гадость какая. — Поморщился щедро отхлебнувший из бурдюка стрелок. — Терпеть эту дрянь не могу. Так вот. Ты сильно хочешь оставаться здесь? Скорее всего, завтра Гаррис объявит людям, что ты как особа приравненная к дворянской крови милостиво прощена его сиятельством, но имеющиеся между вами разногласия препятствуют дальнейшему… партнерству. Задаток конечно он отнять не сможет, но вот остальное вряд ли выплатит.
—
— К тому, что если судьба распорядилась так, что с этим нанимателем мы уже завтра расстаемся, нам сейчас некуда идти, и мы снова вместе, я предлагаю тебе небольшую прогулку. Как насчет того, чтобы пройтись вокруг села? Поищем следы и все такое. Мне уже несколько часов мнится, что я видел следы пиктов на границе леса…
— Я не лгунья! — Набычилась дикарка. — Барон хоть и гад, но он нас нанял! И тебя тоже! И то что ты еще не предложил я делать тоже не буду!
— Не кричи. — Поморщился Ллейдер. — Я ведь просто размышляю. И ничего бы нам, кстати не было, вздумай барончик жаловаться бургомистру, мы могли бы просто сказать, что он тебя несправедливо обвинил. Оклеветал. Ты не виновата. Закон нарушил его гребаное сиятельство Август цу Вернстром. Ты, жертва его произвола.
— Ты говоришь как городской судья. — Поморщилась великанша и перекинув косу со спины на плечо принялась теребить кончики растрепавшихся волос. Мешаешь правду и ложь словно Падший-обманщик на тинге[9] богов. Выворачиваешь закон так, чтобы он играл только на тебя.
— А разве не для этого закон нужен? — Насмешливо вскинул бровь Ллейдер. — Кстати, мне кажется за это ты меня и любишь. Я умею быстро думать. И выжимать максимум выгоды из сложившийся ситуации.
Сив глубоко задумалась.
— Нет, — сказала она в конце концов и упрямо помотала головой. — Я не уйду. Духи земли и неба молчат, но духи погибших, — кивнув в сторону костра северянка вздохнула. — Плачут и просят меня остаться. Просят отомстить.
— Дура упрямая. — Фыркнул Ллейдер.
— Нет. — Покачала головой воительница после долгой паузы и отбросив волосы за спину скрестила на груди руки. — Я не лгунья. А ты что-нибудь придумаешь. Обязательно. Как всегда.
— Значит, как всегда. — Понимающе усмехнулся стрелок. — Кстати, барончик с магом сейчас ужинать будут. Не хочешь узнать о чем они болтают??
— Хедвиг сказал держаться от него подальше. — Поджала губы Сив и посмотрев в сторону с трудом видимого сквозь пламя, по стоящего по другую сторону площади дома, отрицательно помотала головой. — Вряд ли нас пустят внутрь.
— Я сказал послушать, а не сидеть с ними за одним столом. — В черных, будто угольные ямы глазах магута заплясали огненные саламандры. Гаррис сказал, что ночевать по любому будем здесь. И на страже нам стоять не доверят. Хочешь опять до утра под повозкой мокнуть? Или будешь половину ночи выбирать дом, где пол не залит дерьмом и кровью? Сама же видишь, опять гроза идет. Указав на медленно наползающие из-за, окрасившегося в бордово-алый цвет горизонта, тяжелые тучи арбалетчик заговорщически подмигнул дикарке. Как по мне, самое время нам искать место для ночлега. Остальные на сеновале обустроились. Да вот что-то не хочу я до утра их храп слушать. К тому же у меня от лошадиного пота в носу свербит и глаза слезятся.
— Лошади… — Дикарка брезгливо скривилась. — Не хочу, чтобы лошади рядом….
— Чердак. —
Возвел очи горе стрелок и указав на озаряемые отблесками свечей окна дома где разместился цу Вернстром, громко щелкнул пальцами. — Отличная идея, правда? Барончик велел печь растопить, так что ночью там будет тепло. И клопов наверху наверняка поменьше, чем в самом доме.— А он нам разрешит? — Усомнилась дикарка. — Не будет против?
Лицо Ллейдера стало похоже на морду оборжавшегося сметаной кота.
— Понятия не имею. Но я уже сказал Гаррису, что мы будем ночевать отдельно. — Пояснил он. — Поначалу этот железный лоб, конечно возражал и размахивал руками, но я объяснил ему что тебе стыдно за содеянное и ты не хочешь показываться остальным на глаза. А потом он сам меня попросил, чтобы мы там заночевали. И даже обрадовался.
— Встреть тебя Падший, удавился бы от зависти. — Озадаченно покрутив головой великанша, с хрустом размяла пальцы. — С чего это он разрешил? Прямо над головой у этого… барона.
— А почему нет? — Хмыкнул Ллейдер. — Все дело в том, что я знаю старый магутский секрет — как отвадить от дома змей.
— Змей? — Непонимающе моргнула воительница.
— Ну да. — Ухмыльнулся арбалетчик. — Я тут утром огневку подстрелил, так барончик настолько перепугался, что три солдата целый час дом с факелами осматривали прежде, чем он в горницу зайти решился.
— Огневку? — С отвращением передернула плечами Сив. Гадость… Терпеть не могу… Стой. — Глаза горянки расширились. — А огневка… Они ведь до конца лета только по одиночке ползают. Тут других быть не может.
Ллейдер насмешливо вскинул бровь.
— Но остальным об этом знать незачем, так? К тому же я магут или не магут? Я рассказал совершенно обратное. Что огневки в начале лета потомство дают, и их привлекает запах мертвечины, так что их тут наверняка полно. Пусть прыгают и боятся каждой хоть чуть-чуть похожей на змею тени.
Великанша снова задумалась.
— Так он, тебе получается жизнь должен. — Протянула она наконец. — Ты ведь теперь можешь, что угодно у него просить…
— Нет… — Покачал головой арбалетчик. — И даже не думай об этом говорить. У Ромейцев нет обычая долга жизни. А у благородных особенно. И их обычно очень раздражает, когда им кто-то напоминает о долгах.
Сив зло сплюнула под ноги.
— Змеи значит… И как ты будешь их отгонять? Натрешь стены чистецом? Разольешь по двору деготь? Ты думаешь… — Кивнув в сторону гудящего в десятке шагов пламени северянка широким жестом обвела пространство. Разве этого не достаточно[10]?
Лицо арбалетчика приняло на редкость паскудное выражение.
— Всего понемногу пожалуй… Протянул он. А секрет простой. Стоптанные сапоги, старые портянки и грязные обмотки. Кстати, там за домом бочка воды стоит. Не хочешь заняться стиркой? Говорят, женщин это успокаивает.
— Сам свое барахло стирай. — Буркнула, явно обидевшаяся, Сив.
— Ну как хочешь, — безразлично пожал арбалетчик и облизнув губы, кивнул в сторону угрожающе потрескивающего погребального костра. — Я бы на твоем месте постирал. И свое и мое. Гаррис из этой бочки воду для барона набирает. Ну так что, пойдем? Или твое уважение к духам требует простоять здесь до рассвета?
— Пойдем. — Согласно кивнула Сив и заложив большие пальцы рук за пояс, сгорбившись зашагала в сторону чернеющей на фоне стремительно темнеющего неба избы.